Драконы севера
Шрифт:
Вот какова сила находчивых, быстрых ответов, и по той же причине, что если в мужчине большим благоразумием является всегда искать любви женщины более родовитой, чем он, то в женщине величайшей осмотрительностью — уметь уберечься от любви к мужчине выше ее по положению!»
— История интересная и поучительная, благодарю вас, Габриель! Скажите, на месте графини как бы вы поступили?
Габриель улыбнулась.
— А как бы вы поступили государь на месте короля Филиппа?
Она хлестнула коня плеткой и ускакала вперед, обгоняя весь отряд. Единственную даму в моем отряде проводили десятки взглядов.
— Могу я спросить ваше величество?
— Спрашивай,
— Говорят, что Габриель — бывшая портовая шлюха из Давингтона. Это не правда?
— Чепуха, Беннет! Бернадетта подобрала одну несчастную после пожара, но та почти сразу же умерла от ран. И ей повезло — глухонемая и слепая, та женщина влачила жалкое существование. Смерть оказала ей великую честь!
К вечеру мы достигли побережья, но начался прилив, и расположившись в лощине меж двух дюн возле ручья, мы решили ждать отлива на следующий день.
Беннет у костра рассказывал свои истории горцам и арбалетчикам. Я опять открыл книгу Бранхэрда.
Габриель пришла и села рядом. Она долго наблюдала за мной, не говоря ни слова. Вскоре я ощутил, что ее взгляд не дает мне сосредоточиться на книге.
— Габриель, тебе не кажется, что ты мне мешаешь?
— Вы очень упрямы, Грегори… В детстве вас мало пороли!
— Меня ни разу не пороли. Я был очень послушным ребенком!
— Верится этому с трудом! Будь вы на месте короля Филиппа — графине пришлось бы туго!
— О да! Я нашелся бы что ответить! Куры, конечно, везде одинаковы, но все зависит от повара и соуса с гарниром!
— Только куры?
— О женщинах я лучше умолчу.
— Нет, позвольте услышать и про женщин?!
Ее глаза смеялись, слегка прищуренные. Губы трогала улыбка. Сейчас, здесь у костра она была дивно хороша и нисколько не напоминала ту женщину, которую я впервые видел у стен Давингтона. Портовая Лили умерла окончательно….
Глава 7
Утром рано меня разбудила Габриель.
— Государь, прилив не будет ждать даже вас!
В сопровождении Гвена мы пошли через дюну к руинам Лайонбурга, обнаженным отливом. Было прохладно. Ветер толкал нас в спину и печально ныл среди развалин.
Горцы редкой цепочкой рассыпались следом.
— Как ты ощущаешь сосредоточие сил?
— У меня начинает ломить в затылке и в глазах мельтешат мелкие черные частицы, словно мошки… А ты?
— Только закрыв глаза, я вижу разноцветные или белые жгуты, вытекающие из земли. Почему здесь такой мощный источник силы? Потому что погибло так много людей и магов в тот день, когда волна обрушилась на этот берег?
— Маги здесь не погибли, они успели сбежать. А смерть многих людей здесь ни при чем.
Есть места на земле и в море, где силы, огромные силы вытекают из тела земли и устремляются в небо. Лайонбург был построен за неделю великим магом Скайлзом именно из-за этого источника силы. Замок короля Маркуса на берегу черного озера у Давингтона тоже построен у источника силы. Древние повелители королевства знали о таких местах и умели использовать.
Мы шли, петляя между руин, переступая через лужи морской воды и клубкииводорослей.
— Мы уже рядом.
Габриель приложила ладонь к затылку и поморщилась.
Ровная песчаная площадка среди руин, к который мы вышли, словно специально была устроена для нашего удобства.
Я попросил Гвена удалиться за полуразрушенную стену. Моим мечом Габриель начертила ровный круг на плотном сыром песке, потом еще шесть кругов так, что они все пересекались
Последними она вынула шпильки из волос, и пряди упали на плечи и на лицо. Только волосы оставались ее защитой от северного осеннего ветра…
— Что бы не случилось — не приближайся ко мне и не наступай на линии…
Обхватив себя за плечи, Габриель отвернулась от меня и пошла в центр начерченного узора. Она шла, решительно ступая босыми ногами по ледяному песку, изо всех сил стараясь не сутулиться. Ее обнаженное тело вызывало не желание, а только жалость и тревогу…
Она дошла до центра рисунка и встала на перекрестье рукоятки меча. От меня до нее было всего десять шагов. Я закрыл глаза. Аура Габриель светилась ярким золотым цветом. Жгуты силы вытекали из земли по краям рисунка, но внутри не было ни одного! Внезапно все стало меняться. Верхние концы жгутов силы начали склоняться внутрь рисунка к голове Габриель. Теперь я слышал звонкие слова заклятия. Жгуты силы сошлись в одной точке, и теперь словно фонтан пульсировал передо мной — фонтан силы! Открыв глаза, я увидел, как линии рисунка на песке начали пульсировать золотым цветом, и пульсация перешла на кусочки янтаря. Они то наливались светом, то гасли. Пульсация ускорялась. Габриель, выкрикивая заклинания, подняла руки на уровне плеч. Потрескивая ее волосы, распрямлялись и поднимались. Вскоре они все, каждая волосинка — выпрямились. Голова Габриель была словно окружена облаком волос.
Габриель стола ко мне спиной, но постепенно она начала поворачиваться ко мне… Нет, она стояла на месте… Вращался меч, на котором она стояла. Вскоре я видел ее вполоборота, потом боком, вот она уже повернулась ко мне лицом. Глаза зажмурены… Губы открываются, выталкивая звучные слова на незнакомом языке… Соски грудей набухли и затвердели… Волосы в низу живота также распрямились …
Меч продолжал медленно вращаться, и Габриель опять повернулась боком, а потом спиной ко мне.
Я закрыл глаза. Картина изменилась, фонтан силы пульсировал, блистая всеми цветами радуги. Аура Габриель мерцала дробящимися бликами, словно ограненный алмаз, вращающийся в луче света! Линии рисунка пылали золотом!
Открыв глаза, я обнаружил, что вращение начало ускоряться. Габриель крутилась передо мной все быстрее и быстрее. Пока не превратилась в смазанное вращением белое пятно тела и коричневое пятно волос. Она уже не говорила, она кричала свои заклинания.
Я сел на песок и отвернулся. Мне стало страшно за нее. Я сидел, тупо глядя на песок, и считал удары сердца. На третьей сотне голос Габриель перестал быть слышен.
Оглянувшись, я увидел, что все кончилось. Несколько мгновений, покачиваясь, Габриель стояла на месте с закрытыми глазами, а потом мягко, одним движением, будто утратив кости, упала на песок, стирая часть рисунка. Свечения и пульсаций больше не было.