Драконы моря

Посняков Андрей

Припухший месяц ухмылялся, прислушиваясь к сей странной беседе, и Александру вдруг почему-то захотелось плюнуть в эту нагло сверкающую лунную морду, плюнуть прямо в глаза… Хотя поди разбери, где у луны глаза?

— Короче так, месье, завтра же я заступаю на ваше место! Поглядим… А теперь пора спать.

— Спокойной ночи, месье Александр.

— Спокойной…

Антиквар устроил все неожиданно быстро: уже с утра к Саше подошел управитель, старый Василии. Ухмыльнулся:

— Я слышал, ты неплохой повар?

—

Очень неплохой, смею заверить!

— Славно. Тогда с сегодняшнего дня — марш на кухню. Посмотрим, как ты готовишь… Ну? Что ты стоишь?

— Мне нужен помощник.

— Сначала посмотрим, на что ты сам годишься!

Александр пожал плечами и, ничего больше не говоря, направился следом за мажордомом. На полпути оглянулся, махнул рукой Ингульфу — мол, все нормально, парень. Удивленно посмотрев на Сашу, подросток помахал в ответ и вслед за гнусно ухмыльнувшимся кривоногим Миршаком побрел к месту работы в сопровождении пары вооруженных копьями стражей.

Саша наконец оказался на кухне, располагавшейся под длинным навесом сразу за господским домом, где уже пылал обмазанный желтоватой глиной очаг. На разведенном огне, словно дожидаясь Александра, уже стояли большие глиняные горшки с крышками в виде маленьких куполов. У длинного разделочного стола деловито суетился Альфред Бади.

— Уфф!!! — радостно воскликнул он, увидев Сашу — Признаться, я уже думал — не вышло.

— Почему же не вышло? — Молодой человек деловито потер руки, — Мне, между прочим, велено приготовить что-нибудь неимоверно вкусное из тех продуктов, что есть. А что у нас тут есть? Мясо найдется?

— Есть, есть мясо. — Антиквар бросился к стоявшим у стены корзинам, — Только что привезли: баранина, свежайшая, ммм…

— Ага… — Уперев руки в бока, молодой человек обвел кухню хозяйским глазом, — Давайте, месье Бади, тащите на стол все, что есть, а там посмотрим.

Баранина, точнее, мясо ягненка пойдет на кушу, а вот из телятины — она тоже имелась — Александр решил приготовить рагу с оливками и подливкой из смеси толченого перца, тмина, чеснока и мяты. За приготовление подливки он тут же и засадил антиквара, сам же принялся пластать мясо сверкающим острым ножом. Покидал куски в горшки, поставил томиться, добавил курдючного жира и, утерев со лба пот, уселся на низенькую скамеечку и устало вытянул ноги:

— Ну вот, месье Бади, теперь можем часика три перекурить. Приготовление восточных блюд суеты не терпит.

— Три часа?! — удивился старик — Так долго?

Молодой человек хмыкнул:

— Ну, все три часа мы сидеть не будем — надо еще сладкое приготовить, детишкам на радость. Сотворим-ка мы… ммм… Это что у нас там, во-он в том горшочке?

— Мед, месье.

— Мед… А в той корзинке, я вижу, орехи. Так! Делаем слоеный пирог с ореховой начинкой в меду. Вкусно — пальчики оближете, месье Бади!

— Кто

бы сомневался!

Старик уже перестал удивляться, с видимым удовольствием исполняя порученные ему дела: замесить и раскатать тесто, приготовить медовый сироп, работал, так сказать, на подхвате, этакий поваренок из харчевни «Три пескаря».

Когда на кухню заглянул хозяин, всадник Гай Нумиций Флор, все вокруг шкворчало, кипело, булькало, в блеклое африканское небо поднимались клубы дыма и пара, вкуснейшие запахи — тушеной баранины, соуса, мяты, базилика, гвоздики, меда, — смешиваясь, наполняли все вокруг совершенно особым неповторимым ароматом, вызывающим выделение слюны у каждого, кто находился недалеко от кухни.

И посреди всего этого великолепия, как капитан на мостике, с большой деревянной ложкой в правой руке, важно расхаживал Александр, время от времени наклоняясь к горшкам и противням — что-то помешивал, что-то добавлял, пробовал… Настолько увлекся, что даже не сразу заметил хозяина виллы.

— Пахнет вкусно, Рус, — подойдя ближе, негромко заметил тот, — Очень даже вкусно. Надеюсь, твоя стряпня понравится госпоже.

— Я в этом не сомневаюсь, господин Нумиций!

— Надо говорить — «мой господин»!

— Ладно, мой господин.

— Да, похоже, вилик в тебе не ошибся.

Нумиций ушел, довольно ухмыляясь, отправился в дом с черного хода. И тут же во двор выбежали дети, Авл и Анна. Любопытствуя, встали поодаль, принюхивались.

— Может, дать им кусок пирога? — осторожно предложил антиквар, — Ведь готов уже.

— Нечего кусочничать! — строго возразил ему повар. — Тем паче перебивать аппетит. Сначала — рагу и куша, затем сладкое. И никак иначе.

— Хорошо, хорошо — Старик боязливо поежился. — Я просто спросил.

Обедали, как всегда, поздно, уже после полудня. Господа расположились в саду, в уютной беседке, увитой виноградной лозой. По старому римскому обычаю возлежали на ложах, накинув на себя легкие обеденные туники, не хватало только венков… Нет, кажется, на детишках были… Саша прищурил глаза… зеленели.

Между кухней и садом ловко сновали служанки с серебряными подносами, среди них и красавица Кассия. Ах, Кассия… Сашка уже позвал ее поужинать, что там останется. Девушка не отказалась, наоборот, радостно улыбнулась. Еще бы…

Ах, какие у нее стройные бедра, какой животик, какая грудь… И смуглая — волнующе смуглая — кожа, бархатистая, нет, шелковистая, теплая… А походка? Это ж какое-то эротическое чудо, а не походка! Нет, такой девчонке надо не прислуживать, а в «Мулен Руж» выступать! Да и подружки ее…

Впрочем, хватит на девок пялиться, пора и распорядиться.

— Так, девчонки! — Александр хлопнул в ладоши — Несем сначала рагу… Так, потом — куш, затем — во-он ту рыбу… Эй-эй, красавица, ты что там за кувшин потащила?