Драконий день

Танжеринова Янтарина

Тианор, заглядывая Айриэ через плечо, изучил пуговицу и задумчиво хмыкнул. Магесса, увидев, возвращающегося капитана, молниеносно спрятала пуговицу в карман и шепнула любовнику:

– Про то, что её могли убить не здесь, молчи!

– Само собой!

Капитан возвращался не один, а в сопровождении долговязого типа, надвинувшего на самый нос капюшон чёрной кожаной куртки. Долговязый увидел тело, которое раньше загораживал Тианор, теперь отошедший в сторону, резко дёрнулся, капюшон слетел с его головы, и магесса узнала ''коллегу''. Мирниас сильно побледнел; у него, кажется, даже губы задрожали, но от тошноты он на сей раз удержался, только часто сглатывал.

– Это опять он, мэора? – бесцветно спросил Мирниас, с усилием отводя взгляд от тела. – Со своим ручным

монстром, этим… хогрошем, как вы его назвали?

– Он. Я ведь говорила, тварь будет кормиться. А беременная женщина – это лакомая еда, теперь хогрош будет сильнее.

Рассказывать о своих выводах Мирниасу она не собиралась, маг пока ничем не заслужил доверия. Он услышит то же, что магесса будет говорить всем остальным, кроме Тианора, естественно.

– Что?.. Зари ждала ребёнка, а этот неизвестный ублюдок посмел поднять на неё руку?.. – Мирниас неверяще уставился на магессу и стиснул кулаки.

– Вы её хорошо знали?

– Зари? Д-да, неплохо, - судорожно дёрнув кадыком, ответил молодой маг. – Я иногда растения собирал здесь в лесу, для зелий, а жена мельника тоже сюда ходила. Она для знахарки травы искала. Она ведь такая славная была… как он мог, мэора?..

Магесса неопределённо повела плечом, понимая, что маг не ждёт ответа. Он провёл ладонью по лицу, стирая морось, и тут Айриэ обратила внимание на его куртку. На самую обычную, довольно потрёпанную куртку ''наёмнического'' фасона, с потемневшими серебряными пуговицами, украшенными волчьей головой. Третьей сверху пуговицы не было.

М-да-а, это, пожалуй, не хуже выбитых инициалов. Вот и подозреваемый номер два. С одной стороны, он сам признался, что ходил сюда за травами. С другой – в последние два месяца стояла жара, и куртка ему бы не понадобилась. Следовательно, потерять пуговицу раньше Мирниас не мог, разве что очень давно, а по ней не скажешь, что она пролежала в лесу долгое время, её бы мусором и всякой трухой уже присыпало. Однако же весьма удачный момент выбрала пуговица, чтобы оторваться от хозяйской куртки, ничего не скажешь. Поневоле закрадывалась мысль, что уж слишком это нарочитая улика. Интересно, а что на сей счёт поведает сам Мирниас? Впрочем, если он здесь и был вчера вечером, сомнительно, что его любезность простирается настолько далеко, чтобы признаться в этом.

– Мирниас, вы пуговицу потеряли.

Он рассеянно глянул на куртку:

– А-а, да, я утром заметил, когда одевался. Не знаю, как это она… вчера, что ли, когда в таверну ходил.

– О, вы вчера рискнули выбраться из дома? – приподняла брови магесса. – В такую-то погоду?

– Сразу, как только буря чуть поутихла. Дома тоскливо сидеть, в таверне веселее.

Любопытно. Мирниас специально ходил в таверну, чтобы создать себе алиби, пока его тварь относила труп в лес и добавляла живописных деталей в виде сломанных кустов? Хогроши достаточно разумны, чтобы справиться со столь сложным поручением, тем более хозяин может руководить действиями твари издалека. Допустим, после тварь вернулась за хозяином в условленное место и отнесла его в лес: должен же маг приглядеть за всем лично, припасённой кровью землю полить и прочее. У Мирниаса, кстати, лошади нет, а хогрош в иных случаях получше лошади будет. Мирниас потерял пуговицу, но действительно не подозревал, что в лесу. Он не выказал ни малейшего беспокойства, когда Айриэ спросила про его пропажу. Что же, события могли развиваться и таким образом. Пока это всё только предположения, доказательств у магессы по-прежнему никаких. В конце концов, если рассмотреть другую возможность, пуговицу могли и подбросить на место преступления. К примеру, вчера в таверне срезали - у этого вечно заспанного ленивца целую куртку украсть можно, он и не заметит, не то что пуговицу. Если, конечно, растяпистость Мирниаса – не маска…

Поняв, что ходит в своих предположениях по кругу, Айриэ мысленно плюнула и бросила это бесплодное занятие.

– И что, Мирниас, много вчера таких смельчаков вроде вас собралось?

– Да нет, мэора, человек пять деревенских и трое гвардейцев из замка.

– Удивительно, что вообще кто-то пришёл,

на радость папаше Брэддору, - хмыкнула магесса и кивнула магу: - Вы, Мирниас, если хотите, продолжайте поиски, а я уже всё осмотрела… Капитан, мы с мэором Тианоринниром пойдём с мельником побеседуем, а когда мэор маг закончит свои изыскания, можете уже убирать тело.

– Хоть прямо сейчас, нечего мне здесь искать, - глухо сказал Мирниас. – Магии тут нет, и вообще, я не дознаватель, чтобы на четвереньках ползать, следы выискивая.

– Так зачем же вы пришли? – полюбопытствовала Айриэ.

– Потому что его светлость счёл моё присутствие здесь необходимым, - ровно ответил Мирниас, старательно скрывая досаду. – К сожалению, я не вижу, как могу быть полезным в деле установления истины.

– Его светлости герцогу виднее, - веско заметил Паурен, легонечко одёргивая разговорившегося мага и заодно напоминая, кто, собственно, здесь главный. – А тело, мэора магесса, я пока убрать не могу. Его светлость изъявил желание осмотреть место преступления лично и скоро будет здесь. Он специально решил прибыть позже, чтобы не мешать вам.

– Я оценила его любезность, - заверила магесса. – Идём, Тианор!

Мельник находился дома - сидел за столом, потерянно уставившись в одну точку. Он ссутулился и будто разом постарел. Румянец исчез с ввалившихся, обвисших щек, морщины обозначились резче, а взгляд был потухший, как у старика. В уголке, обнявшись, тихонечко всхлипывали его дети.

– Как же это, мэора? – дрожащим голосом спросил мельник, увидев Айриэ. – У кого рука поднялась на нашу девочку? Она же солнышко наше… была.

Голос его сорвался, и он, как видно, не в первый раз за сегодняшнее утро, смахнул слёзы с покрасневших глаз.

– Найду ублюдка, - мрачно пообещала Айриэ, - и заставлю заплатить.

За такие р-р-развлеченьица поганый маг будет умирать долго – во имя Равновесия, чтобы уменьшить вред, который причинил миру.

– Вы знали, мэора, что Зари первенца ждала? – справившись с голосом, спросил мельник. – Она так и светилась вся, когда мне рассказывала…

Он опять утёр слёзы рукавом рубахи, потом нашарил в кармане скомканный носовой платок и с шумом высморкался.

– Брай Нэйс, расскажите-ка мне всё по порядку, - велела магесса, усаживаясь напротив. Тианор пристроился на другом стуле.

– Я уже капитану Паурену говорил… Ну, раз надо, слушайте, мэора Айнура. Зари моя в лес за травами почти что каждый день ходила. И для дома травы собирала, и для старой Фенры, знахарки, потому что та уж давно не девочка по лесу самой бегать, а моя Зари в растениях неплохо разбиралась. Вот знахарка и поручала травки собирать, за небольшую плату. Ну, Зари это не из-за денег делала, а потому что очень лес любила. Вот, значит, пошла она вчера опять за реку, как обычно, а я на мельнице занят был. К обеду Зари не вернулась, поели мы без неё, ну да это не в первый раз такое происходило. Бывало, она увлечётся, зайдёт далеко за какой-нибудь травкой особенной и не замечает, как время бежит, - с улыбкой на дрожащих губах припомнил мельник и почесал покрасневший нос.
– Потом буря налетела, да так внезапно, мы и ахнуть не успели. Я думал, Зари тоже не успела вернуться до ненастья и спряталась в шалаше знахарки. А непогода вовсю разгулялась, и мне так тревожно стало, я себе просто места не находил. Всё думал, как там наша девочка в холоде да сырости сидит, не заболела бы. Я уж не один раз в лес бежать порывался, да куда в бурю пойдёшь? Тем более я лес плохо знаю, заплутал бы в два счёта и Зари не помог. Я себя всё успокаивал, что, мол, она опытная, лес чувствует и вернётся, когда можно будет. Стемнело рано, а ночью я то спать пытался, то бегал из угла в угол. Ужасов себе всяких навоображал – и деревом-то её могло придавить, и заблудилась, и заболела да в горячке лежит там в шалаше. А то, чего на самом деле случилось, я и подумать не мог. Мы с работниками моими на рассвете пошли и недолго лес прочёсывали… Зари на ту полянку часто бегала и меня за собой всё пыталась таскать, нравилось ей там. Я, как увидел её там лежащую, думал, сам помру с горя… - закончил он сдавленным шёпотом и отвернулся.