Шрифт:
Пролог
Сэр Жерар, Обер-камергер Ее Величества Луизы Благословенной, смерил хмурым взглядом отражение в зеркале своей тощей ссутуленной фигуры в потрепанном придворном кафтане и тяжело вздохнул. Он хорошо помнил времена, когда явиться в таком виде в королевские покои граничило с оскорблением короны. Да что там помнить-то – и полугода не прошло со дня, когда Двор – точнее, то, что от него осталось – вынужден был покинуть Столицу. Какой это уже по счету замок на их скорбном пути? Тридцатый? Сороковой?
Еще раз вздохнув, Обер-камергер взял из угла возле двери церемониальный посох, некогда увенчанный великолепным рубином, прозванным Камнем Альфреда, – навершие обломилось во время бегства из Столицы, когда древнюю реликвию пришлось использовать в качестве обычной дубины, иного оружия под рукой просто не оказалось – и вышел в коридор, ведущий к покоям Ее Величества.
Идти пришлось недолго: монаршее крыло располагалось на том же уровне замка, в том же секторе. Стоящий на посту гвардеец – в начищенных парадных доспехах и шлеме с пышным плюмажем, столь белоснежным, что сэру Жерару вновь сделалось мучительно стыдно за свой неподобающий внешний вид – хвала великому космосу, что его покойные отец и дед не могут лицезреть сего позора! – учтиво распахнул перед сановником дверцу, и Обер-камергер вступил в королевские покои.
Ее Величество изволили возлежать на высокой кровати под массивным пурпурным балдахином, опершись спиной на пирамиду взбитых подушек и до самого подбородка укрывшись мягким пуховым одеялом. С постели Луиза не вставала уже добрую неделю – с тех пор, как открылась и воспалилась рана, полученная ею при прорыве из осажденного врагами замка Стар. Тогда королева лично возглавила безнадежную, по мнению многих бывалых рыцарей, атаку и лишь милостью благословенного космоса осталась жива. В том страшном бою пали сэр Владимир, барон Старский, и сэр Бодуэн, командующий гвардией.
Опершись на посох, Обер-камергер склонился в почтительном поклоне.
– Сэр Жерар! – голос Ее Величества был слаб, но прозвучал почти сразу, не заставив сановника ждать и пары секунд.
– Ваше Величество! – Обер-камергер выпрямился и перевел взгляд на королеву. – Время пришло! – сообщил он, не затягивая. – Силы врага движутся к системе с трех сторон. В нашем распоряжении не более четырех часов, потом все пути к отступлению будут отрезаны.
– Отступлению… – едва слышно пробормотала Луиза. – Отступлению куда, сэр Жерар?
– В баронство Бор. Сэру Антону удалось сберечь большую часть своей дружины. Соединившись с ним, мы утроим наши силы. Замок Бор хорошо укреплен…
– Так же, как Стар, – выдохнула королева. – Так же, как Кар… Как Шосе…
– Бор называли самым сильным замком Великого Герцогства Ан – если,
– Да, – чуть заметно кивнула Луиза. – Аннау хорошо держалась. Почти неделю, не так ли?
– Шесть с половиной суток, Ваше Величество.
– Шесть с половиной суток, – повторила за ним королева. – Ну и сколько, по-твоему, продержится Бор?
– Как на то будет воля космоса, – проговорил сэр Жерар.
– Милость космоса оставила мое Королевство, – вымолвила Луиза. – Нет, сэр Жерар, я не полечу в Бор. Надоело неприкаянно метаться от замка к замку. К тому же, в своем нынешнем состоянии я просто не смогу править «седлом», а карет у нас, насколько я помню, не осталось.
– Можно взять «седло» на жесткую сцепку или воспользоваться капсулой оруженосца, – предложил Обер-камергер, прекрасно, впрочем, понимая, что королеве не хуже него известно об этих вариантах.
– Нет, – качнула головой Луиза. – Я решила: остаюсь здесь, в этом замке. Для того чтобы в последний раз встретиться с врагом лицом к лицу, он ничем не хуже прочих. Что же касается вас, любезный сэр Жерар, то к вам у меня последняя просьба…
– Все что будет угодно Вашему Величеству.
– Александра. Она не должна попасть в их руки. Спасите ее, умоляю! Вывезите из замка, спрячьте! Она еще совсем ребенок, но, добравшись до нее, они сразуже ее убьют!
– Так же, как и вас, Ваше Величество…
– Мои дни и так сочтены… Спасите принцессу, сэр Жерар! Это все, что вы в данных условиях можете сделать для меня… И для Королевства. Вы сделаете это? – Луиза немного приподнялась на подушках, и легкое одеяло соскользнуло с ее плеча, обнажив туго стягивающие ее грудь серо-алые бинты.
– Разумеется, Ваше Величество, – Обер-камергер воспользовался церемониальным поклоном, чтобы отвести взгляд от раны.
– В таком случае, идите, сэр Жерар! – приказала королева, без сил падая обратно на подушки. – Вы сами сказали: время пришло. Так не теряйте его понапрасну. И да поможет вам всеблагой космос!
– Слушаюсь, Ваше Величество, – проговорил Обер-камергер, отступая спиной к дверям.
Вновь оказавшись у себя, сэр Жерар аккуратно поставил посох обратно в пыльный угол и, позвонив в колокольчик, вызвал лакея.
– Приведи сюда мою дочь, – распорядился он. – И пусть кто-нибудь разыщет сэра Гуго. Срочно!
– Слушаюсь, милорд, – слуга удалился.
Вернулся он минуты через три, ведя за руку розовощекую золотоволосую девочку лет трех-четырех в длинном, по взрослой моде придворном платьице. Едва завидя сэра Жерара, расположившегося в огромном кресле с кожаными подлокотниками, та со всех ног бросилась к нему и ловко вскарабкалась на колени.
– Папа!
– Кристина! – укоризненно покачал головой Обер-камергер, делая рукой знак слуге, что тот волен удалиться. – Я же учил тебя, как должна вести себя благородная леди!
– Папа! – не слушая его, девочка прижалась щекой к его груди.
Лицо сановника окаменело.
– Мы полетим в новый замок, да? – спросила между тем дочь.
– Нет, Кристина, мы с тобой никуда не летим, – выговорил он. – Мы остаемся здесь.
– Это потому, что карета сломалась? – живо спросила девочка.