Драконье право

Мне снилось, что я бегу, бегу вслед за кем-то, но никак не могу догнать, безнадежно опаздываю… Нет ничего страшнее отчетливого понимания, что все зависит только от тебя, и ты сам во всем виноват… Дернувшись вперед в последней отчаянной попытке настичь ускользающую цель, я споткнулась, полетела вперед, инстинктивно выставив

перед собой руки… и открыла глаза. Удивительно, до чего же реальный сон!

Лениво потянувшись, взглянула на часы, и, ругаясь про себя, спешно вскочила с постели.

Я умудрилась проспать на дежурство!

Домовой Нат, видимо, снова решил бороться с моей работой подрывными методами — не разбудил вовремя. И чем ему не по вкусу адвокатура? Разумеется, я общаюсь с самыми разными людьми и нелюдьми, и нервотрепки немало, но зато увлекательно, да и деньги неплохие…

Скоренько умыться (вода в кране опять едва теплая!), надеть строгий костюм, накинуть пальто, схватить портфель и галопом на работу! Только бежать в любимых сапожках на шпильках — то еще удовольствие…

Мой дом всего в десяти минутах ходьбы от офиса, что особенно радует в такие хмурые и холодные дни. Утро выдалось ненастным: моросящий дождь, пронизывающий ветер, а под ногами месиво мокрого снега и льда. Бедная моя замшевая обувка!

Я успела основательно задубеть, пока добралась до работы. Сейчас бы кофе, большую кружку, над которой поднимается ароматный горьковатый пар… И пирожное с заварным кремом… Хоть беги в магазин!

Должно быть, клиентов впечатляет входная дверь, выкрашенная в цвета государственного флага — алый и голубой, а на меня всегда накатывает тоска, когда я вижу этот безмятежно-лазурный цвет… Небо над головой «радовало» угрюмой серостью, притом прогноз не обещал в ближайшие дни ни малейших послаблений.

Над дверью прибита веселенькая ярко-желтая табличка, гласящая: «Юридическая консультация Сигурдского района г. Альвхейма». В левом верхнем углу традиционный символ, переплетенные руны ансуз и эйваз — «защищать словом и делом», знаменующие благие цели адвокатуры.

Это режущее глаз великолепие приносит некоторую пользу: помогает подслеповатым клиентам отыскать нужный подъезд.

От перспективы восемь часов просидеть в малогабаритной офисной будке, как собака на цепи, хотелось выть на луну… Или хотя бы на лампу, как-то подозрительно мигающую.

У входа переминалась с ноги на ногу девушка, похожая на синюшного цыпленка: щуплая фигурка, побелевший от холода нос и синеватые руки, которые она тщетно терла, пытаясь хоть как-то согреться. Неудивительно, что она замерзла: тонкие колготки, легкие ботиночки, шорты и коротенькая курточка… Это смотрелось довольно мило, но явно не по погоде.

— Вы — адвокат? — спросила она тоненьким голоском, приплясывая, будто под дверью занятого туалета.

Давно мне столь откровенно не радовались!

— Да, — кивнув, подтвердила я. — Пожалуйста, минутку подождите…

— Только быстро! — проникновенно попросила она.

— Хорошо! — согласилась я,

недоумевая про себя. Неужели она настолько замерзла?

Пальцы от холода плохо слушались, я приплясывала на месте, с трудом отпирая замки.

Офис, милый офис! Выстуженный за выходные, он напоминал двухкамерный (то есть двухкомнатный) холодильник. Опять отопление экономят, непонятно только, за что мы каждый месяц платим такие деньжищи.

Бедная клиентка! Вряд ли ей удастся здесь хоть немного согреться.

Впустив девушку, я уселась в кресло и привычно поинтересовалась:

— Что вы хотели?

— У меня развод через полчаса! — ответила она, бросив взгляд на часы. — И мне срочно нужен адвокат! Я заплачу, сколько надо!

Ничего не скажешь, повезло. Гонорар обещал упасть в руки, как спелый плод — такие дела обычно не требуют больших усилий.

— Зачем? У вас раздел имущества? — уточнила я, доставая чистый лист и бланки соглашения с клиентом и ордера.

— Нет! — она решительно покачала головой. — Мы прожили-то месяц, какое там имущество?!

— Хорошо, — пожала плечами я. — Если вы уверены, что хотите меня нанять, то условия следующие…

Я объяснила порядок оплаты и прочие тонкости (впрочем, довольно кратко, так как время поджимало), получила ее подписи на необходимых документах и краткое объяснение ситуации. Наконец все было готово, а до заседания оставалось минут десять. Хорошо, что ехать недалеко.

Оставалось повесить записку «скоро буду» и бежать на заседание.

Такси мчалось так, словно соревновалось со Слейпниром [1] , зато доехали мы за считанные минуты.

Любопытно, как суд умудряется производить гнетущее впечатление, ведь совсем недавно здесь наконец сделали ремонт (и слава богам, а то штукатурка уже норовила упасть на голову), и теперь стены выкрашены в веселенький салатовый оттенок. Это не спасало, коридор все равно выглядел мрачным и унылым: ободранные скамьи, тусклый свет ламп, решетки на окнах, — недоставало только надписи при входе «Оставь надежду, всяк сюда входящий!» (впрочем, ее с успехом заменяли табличка «Сигурдский районный суд г. Альвхейма» и строгое предупреждение иметь при себе документы, удостоверяющие личность).

Но для меня этот вид был обыденным и почти уютным: работа, милая работа.

— Сонечка! — завидев в коридоре мою клиентку, к ней со спринтерской скоростью рванул молодой человек весьма симпатичной наружности.

Надо думать, это и есть неугодный муж.

Клиентка проворно шмыгнула за мою спину. Я умилилась, припомнив, как точно так же поступала в детстве моя сестренка, когда дразнила Артема. Даже захотелось обернуться, чтобы убедиться, что госпожа София Звонарева не показывает язык…