Драконье пламя
Шрифт:
— Давай, бери кайло, — сказал Герендель, когда они выбрались из барака, служившего жильем.
Остальные суетились у входа в шахту. Тарик мрачно заметил, что Марил уже успел прихватить себе тачку — самая легкая работа в забое. Тарик взвесил в руке кайло, задумчиво поглядывая на затылок Геренделя.
Марил крикнул, показывая на Тарика, и Герендель обернулся.
— Верно! — крикнул он, вырывая кайло из рук Тарика. — Пора тебя в колодки!
— Но я же ничего не сделал! — закричал
— Если бы Марил меня не предупредил, то сделал бы, — отрезал Герендель. Он крикнул остальным: — Парни, этот решил, что ему еще денек охота в колодках посидеть. Ну так объясните ему, что вы про это думаете.
Остальные Изгои с ревом окружили Тарика, поволокли к колодкам, сунули в дыры руки, ноги и голову, заперли замок. Спина тотчас заныла от неудобного положения. Тарик знал, что к концу дня будет выть от боли.
— Но я же ничего не сделал! — снова закричал он — Я просто приноравливался к кайлу!
Остальные не слушали его.
— Следующие семь дней будешь сидеть на половинном пайке, — сказал Герендель, проверив замок еще раз.
— Да вообще жрать ему не давать, — прорычал Марил. — Всадники привозят еду только тем, кто работает. — Он обернулся к остальным. — Он же нашу долю жрать будет! Что скажете, ребята?
— Не будет жрать — сдохнет, — ответил Ренлин. — А работать за него все равно придется. — Маленький шахтер с крысиным личиком помотал головой. — Пусть посидит да подумает.
— Добрый ты очень, — проворчал Мария. — Ты еще скажешь, чтобы мы ему обед принесли?
— Нет, перебьется, — сказал Ренлин. — Но напоить надо. Ни к чему нам покойник, а то еще ведь и хоронить придется.
— Вот пусть Марил и поит, — приказал Герендель, давая остальным знак — Пошли. И так уже долго тут торчим.
Остальные четырнадцать Изгоев неохотно пошли в забой.
Марил подождал у входа, пока остальные не исчезли внутри, а затем, показав Тарику неприличный жест, двинулся следом.
— А вода? — крикнул ему Тарик.
Марил отмахнулся, схватился за тачку и потянул ее за собой в шахту.
Если бы у кемпа шахты № 9 был центр, то им стали бы колодки. Рядом было большое кострище, тщательно выложенное камнями, и большая свободная площадка, где шахтеры готовили мясо, когда им выпадала такая редкая возможность.
Колодки были обращены ко входу в шахту. Они стояли совсем рядом с рельсовой дорожкой. Деревянные рельсы вели к единственному каменному зданию кемпа, которое охватывало колодки полукругом и тянулось к дальнему концу кемпа, к каменному хранилищу огненного камня по ту сторону холма.
Примерно раз в час из шахты вылезал Марил, толкая полную тачку вверх по холму и потом вниз, к хранилищу. Минут через пятнадцать он возвращался,
К полудню горло у Тарика так пересохло, что он уже не мог кричать. Ноги, руки, плечи, спина и шея затекли и буквально выли от боли.
Взрыв хохота у входа в шахту заставил его резко поднять голову. Он увидел вылезающих на поверхность горняков. Обед.
Проходя мимо с мисками свежих клубней и солонины, они ворчали и ругали его. У Тарика подвело от голода живот.
Ренлин принес большой котел. Скоро на кострище загудел огонь, в котел бросили солонину, клубни и травы, и оттуда потянуло замечательным запахом. От усталости ли, от свежего ли воздуха, но стряпня Ренлина считалась самой лучшей, и Тарик разделял это мнение.
Когда остальные разложили еду по мискам, Ренлин подошел к Тарику.
Герендель нахмурился.
— Ты не должен кормить его, Ренлин.
— Да, а то так ничему и не научится, — проворчал кто-то.
— Да он весь высох, — сказал Ренлин, присмотревшись к Тарику.
— Ты его поил, Марил? — спросил Герендель.
— Ой, я и забыл! — воскликнул Марил невинным тоном, который никого не обманул.
— Если он помрет, будешь работать за двоих, — сказал Герендель.
— Я сейчас дам тебе воды, Тарик, — сказал Ренлин, отставил миску в сторону и вернулся с ведром воды. Налил немного в миску и вылил в рот Тарику.
Тарик закашлялся, захлебнувшись первым глотком. Ренлин дал ему еще воды. Засохшая глотка Тарика жадно впитывала воду.
— Много не давай, Ренлин, а то он заболеет, — предупредил Герендель.
— Я оставлю ведро здесь, — сказал Ренлин громко и хрипло. Обернулся к Марилу: — Думаю, тебе будет не слишком трудно его поить.
Марил злобно зыркнул на старшего, но промолчал.
Вскоре Герендель снова погнал смену на работу. Первый раз выбравшись из шахты с грузом огненного камня, Марил остановился и плеснул Тарику в лицо немного воды.
— Вот тебе!
Тарик все еще слишком хотел пить, он стал слизывать с лица капли. Марил расхохотался.
Во второй раз он прошел мимо, в третий тоже. На следующий раз остановился перед Тариком;
— Водички хочешь? — спросил он, зачерпывая из ведра.
— Да, — ответил Тарик.
— Беда какая, — сказал Марил, выливая воду из черпака назад в ведро.
— Пожалуйста… — взмолился было Тарик, но осекся. Он потерял все, когда стал Изгоем, но гордость он терять не хотел.
— Ну так попроси водички, шахтер. — Марил наклонился, чтобы заглянуть в лицо Тарику. — Ты попроси, может, и налью.
Тарик молчал. Он знал, что скоро его освободят из колодок, и вот тогда Марил получит свое.