Драконье лето

Силаева Ольга

Пальцы Марека вцепились мне в плечо. Дален замер над раскрытой папкой.

— И каждая красная ветка… — помертвевшим голосом начала Эйлин.

— …заканчивается коричневым кружком с крыльями, — радостно отозвался Саймон. — Не ожидали?

— Вы хотите сказать, что каждый маг — потомок дракона? Это подтверждено и несомненно?

— Вам решать, сударыня, вам и проверять, — Саймон посерьезнел. — Но мне не платили, чтобы я вам соврал.

— Мы проверим, — спокойно сказал Дален. — Сколько будет стоить твое

молчание?

— Рот на замок, — Саймон вскинул руки. — Даже дополнительной оплаты не попрошу. Девять тысяч — разве это деньги?

— Почему не десять?

— Потому что четыре знака, а не пять, — отозвался Марек. — С четырьмя знаками легче расстаться, а деньги, считай, те же.

— Что ж, — Дален наклонился над листом бумаги. — Считай, что ты их получил.

— Обязательно, — улыбнулся Саймон. — Как только взвешу на ладони.

Дален дернул за шнурок под столом. Через две минуты в комнате появился маг.

— Отведите нашего гостя к казначею, — сказал Дален. — И проследите, чтобы он остался доволен своими апартаментами. Ближайшие три дня он проведет у нас.

— Решетки и запоры входят в оплату? — Саймон встал. — Чего-то в этом роде я и ожидал. Мое почтение, судари и сударыни. Лин, надеюсь, я вас не обидел?

— Тем, что собирали обо мне сведения?

Он неожиданно подмигнул.

— Удачи на вашем… поприще.

Когда за Саймоном закрылась дверь, Дален медленно собрал листы и сложил их в папку. Никто не произнес ни слова.

— И что вы будете делать? — нарушила молчание я.

— Мы, — покачал головой Марек. — Мы будем делать. Боюсь, ты уже никуда не денешься, Лин.

— Ты же мне не доверяешь…

— Прости меня, я не мог не отправить Саймона в Темь после стольких совпадений, — заученно ответил он. — Ты хочешь продолжить этот разговор?

— Нет, наверное. Но маги… драконы… что теперь?

— Даже если драконы примут нас, найдутся недовольные, — ответила за Марека Эйлин. — И наоборот, молодые чародеи забудут о прошлых гонениях и бросятся на шею новоявленным родителям. Мы не знаем.

— То есть вы ничего не будете делать?

— Мы подождем первого шага с их стороны. Де Вельер, если вы помните, так и не передал нам ответ, — Эйлин встала. — У меня сейчас занятия. Марек, если еще есть новости, вываливай сразу.

— Это все, — Марек покосился на меня. — Извини, что…

— Лестница работает, и это главное, — прервала она. — Мне лететь вниз?

— В этот раз можешь идти пешком, ничего страшного. А вот завтра придется.

Эйлин подняла ладонь, и по комнате, колыхнув скатерть, пробежал упругий вихрь. Невидимый выдох опалил лицо, воздушная рука толкнула дверь. Эйлин быстрым шагом прошла к выходу, и дверь мягко закрылась за ней.

Я представила, как она идет по коридору, одна, растерянная, несчастная, и это насовсем, и мне стало жутко. А хуже

всего было то, что тогда, много лет назад, она поступила так, как я поступаю сейчас, в эту минуту, когда надо бежать к Квентину, и гнать, гнать его отсюда, если есть хоть малейший намек на то, что он не тот, за кого себя выдает. Я же сижу здесь. Идиотка!

— Ни одна глупость не остается неотблагодаренной, — нарушил молчание Дален. — В каком году ты родилась? Многие маги вели дневники; я попробую узнать, как и почему ты получила имя.

— Не стоит, — я качнула головой. — Мне и так не по себе.

В коридоре пробухали злые неуверенные шаги. Дверь приоткрылась, и Анри просунул в щель взъерошенную голову.

— Ну вы учудили, господа, — язвительно заявил он. — Лучшая волшебница всех времен опять устроилась на перилах и строит огненную лестницу до крыши. Сушеная малина кончилась, что ли? Или мировая скорбь нынче в моде? Как вы после всего этого будете решать мои задачи — ума не приложу.

В раздраженном голосе звучала явная тревога. Марек с задумчивым видом наступил мне на ногу. Я вздохнула.

— Не башня, а проходной двор, — ворчливо заметил Дален. Я моргнула: за пару секунд он превратился из учтивого изваяния чуть ли не в доброго дядюшку. — Где выкладки по зеркальным плоскостям, хотел бы я знать?

— Эйлин считает, что все сводится к чистой математике.

— Когда она это говорила? Если бы огонь сводился к технике, магией мог бы заниматься любой супостат-любитель, — Дален протянул руку за свитками. — Садись, будем разбираться.

Анри нетерпеливо приник к столу, сдвинув в сторону чашки. Вдвоем они склонились над свитками, уже не видя ничего вокруг. Когда мы уходили, они жадно и весело обсуждали новое заклинание, перебивая друг друга.

Снаружи никого не было. В отдалении тоскливо ошивался одинокий школяр; в воздухе ровно горела недостроенная лестница.

— Шедевр, — заметил Марек. — Лин, тебя предупреждать надо?

— Нет, я все поняла и никому не скажу, — мрачно отозвалась я. — И еще полгода буду раскаиваться, что подслушала, если тебе интересно. Марек, а Дален всегда такой разный?

— До того, как мы побывали в подвалах Вельера, он был таким, каким ты его видела только что. Он и сейчас таким бывает, только редко.

— А что там произошло? Ты все грозишься рассказать, только…

— Всякому овощу свое время, — Марек остановился у своих дверей. — Подожди, а Квентин тебе не рассказывал?

— Нет…

— Любопытно. Впрочем, ты потеряла столько крови, что я бы удивился, если бы он тебе рассказал.

— Вы двое из моей комнаты не выходили, — чуть улыбнулась я. — И постоянно рассказывали что-то хорошее, то ты, то он. Ты еще и гранатовый сок таскал… Марек, а как же Анри? Разве Дален с ним не поделится новостями?