Дракон в огороде
Шрифт:
— Ничего у него без меня не бери. — едва слышно выдыхает наш защитник. — Не нравится он мне.
Я послушно киваю, как та собачка на торпеде в маршрутке, которой я частенько ездила в сад за Лизой несколько лет назад.
— Где же это у меня было… — слышу недовольное ворчание. — Наверное, здесь.
Повертев один из мешков так и эдак, разодетый щупает его со всех сторон и наконец-то развязывает. Мне стоит огромных усилий не податься вперёд и не выглянуть из дома, чтоб узнать, что же там этот мужчина взял
Что в мешках? Неужели наряды?
— Нашёл.
Клинвар напрягается. Этот новоприбывший вновь заходит к нему в дом, как к себе домой, и протягивает мне цепочку с каким-то кулоном.
Я замираю, настороженно глядя на хозяина дома и помня его предостережение.
— Это спасёт твою дочь. Просто накопитель. Полный. Когда энергия в артефакте закончится, что-нибудь придумаем, а пока… Возьми же.
Не пойму, в этих безумных мирах дети — божество какое-то, что ли? Например, для всех, кроме королевы Даинаи.
Я не питаю иллюзий, что люди или всякие непонятные местные расы какие-то другие и более хорошие, чем мои соотечественники. На самом деле я думаю, что этот Клинвар даже не меня пожалел, а как-то… Не знаю. Мне показалось, что он не собирался сразу предлагать помощь, а вот услышав, что моей дочери нездоровится… Может быть, я ошибаюсь, но ведь и этот чудак туда же. Первый — просто приютил, проявил гостеприимство и заботу, но вот второй… Как бы это сказать?
В общем, не понимаю, ему разве самому подобная штука не нужна? Не может же он во вред себе разбрасываться подобной всячиной?
Пока я нахожусь в шоковом состоянии и мечусь не только мысленно между двумя мужчинами, Клинвар всё уже решил:
— Это на самом деле поможет. — слышу разрешение в этой фразе и тут же вырываю цепочку с кулоном из рук раздетого. — Это очень мощный накопитель…
Замираю. Нет, правда, если бы мне протянули кобру и сказали, что она спасёт жизнь моей дочери, я бы и кобру схватила, но, ввиду последних событий, как-то моё доверие к людям… просело и поредело.
Вон, королева намагичила такого, что вообще непонятно, чего она там на самом деле хотела.
— Я не поняла, его можно носить моей дочери или нет? — против воли в голос пробираются истерические нотки. Мне кажется, что Клинвар несколько противоречит сам себе или я его неправильно поняла сразу.
— Можно.
— Нужно.
Снова киваю и поворачиваюсь к кровати. Оба дали разрешение, послушаюсь.
Надеваю на дочь цепочку, как ожерелье, что мы плели из резиночек. Через голову, не разобравшись с застёжкой и особо не осторожничая.
— Волосики, волосики… — сонно бормочет Лизка, нахмурив курносый носик.
Приходится вытягивать волосы очень медленно, чтоб снова не потянуть несколько волосинок.
— Я осторожно, солнышко моё. — шепчу, с трудом сдерживая дрожь в голосе.
— Уже пора вставать? —
— Лучше поспи ещё, радость моя.
Не представляю, что я ей скажу, когда она увидит, где мы оказались. Понятия не имею, как смогу ей объяснить хотя бы половину из того, что с нами произошло, пока она спала. Я стану для неё врагом на какое-то время… Потеряю доверие своей дочери.
Ай да гори оно всё огнём! Свалю всё на королеву! В конце концов, это не такая уж и ложь. Из-за неё же мы здесь оказались. А вот детали, пожалуй, опущу.
Только непонятно, что мы будем есть и как вообще жить.
Чувствую, как в уголках глаз выступают слёзы. Самое время наконец-то разреветься и дать волю эмоциям, но у меня получается заткнуть занудный голос моего внутреннего негативщика.
Разберусь! Со всем разберусь! Я вообще не имею права не разобраться со всем этим. Пять минут назад я думала, что моя дочь умрёт, мне об этом сказали в весьма равнодушной форме…
??????????????????????????
Почему это я сейчас расклеилась? Нормально всё у нас будет. Может, даже очень хорошо у нас всё будет.
Лизка разворачивается и быстро засыпает. Её личико расслабляется, а дыхание вновь становится равномерным.
Убираю руку с головы дочери и оборачиваюсь.
Поразительно, но я даже не слышала, как мужчины покинули дом.
Комната пуста. Дверь осталась незапертой. Бардак, горы барахла, грязь и только мы вдвоём.
Мне неймётся.
Наверное, сейчас я понимаю тех, кого раньше считала одержимыми. Бывает, что люди добиваются какого-то успеха или развивают какой-то навык, неустанно говоря о нём, демонстрируя и ставя на первое место. Как одержимые, они посвящают этому всё своё время, будто просто не могут остановиться.
…кажется, то же самое происходит и со мной.
Бесшумно добираюсь до двери, выхожу на улицу, крадусь вокруг деревянного, немного покосившегося домишки и останавливаюсь в нескольких метрах от пологой горы.
Хотела огород? Получай.
Больше похожий на длинную могилу, участок земли перерыт или перекопан. В три ряда пробиваются какие-то ростки, с синеватым оттенком на кончиках. Чуть дальше, метрах в пяти, там, где обрывается именуемый мной участок огородом, краснеют маленькие кругляши.
Помидоры, что ли?
Двигаюсь в сторону чего-то уродившего и прислушиваюсь к звукам этого места.
Очень тихо. Слишком тихо.
Пугающая тишина придаёт ускорения. Сердце грохочет, разбавляя нервирующую меня тишину, а глаза изучающе щурятся.
Ну точно, помидоры. Черри, скорее всего, уж больно маленькие.
— Эх, ладно, была не была. — срываю красный кругляш и разламываю его в руках.
Запах свежего помидора бьёт в нос. По ладоням струится сок, щекоча кожу и радуя.