Дракон в море

Герберт Фрэнк Патрик

Спарроу нахмурился.

– Но я до этого не доживу, – продолжал Рэмси. – Я чувствую, будто мы проживаем занятое у кого-то время. И хотелось бы сделать вклад в банк – весь груз этой нашей великолепной нефти.

– Может, хватит? – спросил Спарроу. Атмосфера добросердечия и веселья, царившая до того на центральном посту, исчезла. – Вы боитесь, что я сейчас выдам какой-то прибацанный древний секрет Безопасности? – спросил Рэмси с вызовом.

Гарсия бросил на него любопытный взгляд.

– Идите в свою каюту, – приказал Спарроу.

– Есть,

шкип, – ответил Рэмси, копируя акцент Гарсии. Тон его был достаточно оскорбительным, но обвинить в несубординации его еще было нельзя. Потом Рэмси направился к задней двери. – Я хочу переговорить с вами перед следующей вашей вахтой, – сказал Спарроу. – У нас было мало времени, чтобы прийти к взаимопо… Его перебило то, что на контрольном пульте реактора загорелась красная лампа тревоги. Потом цвет сменился зеленым, снова красным, снова зеленым… Гарсия тоже увидел это.

Рэмси обернулся и увидел последнее перемигивание красного и зеленого огней.

– Что-то нарушено в реакторном отсеке, – воскликнул Спарроу. – Наверное, это последствия близкого взрыва торпеды, – предположил Рэмси.

– Скорее всего, при волнении на поверхности, – сказал Гарсия. – Это цепь «Т» во вторичной системе замедлителя, – присмотрелся к приборам Спарроу. – Спереди, по правой стороне. Буди Леса, пусть идет на помощь.

Гарсия нажал на кнопку тревоги.

– Попробуем просмотреть на экранах, – предложил Спарроу. Рэмси вернулся к рулю и взял управление на себя. Гарсия только поглядел на него и бросился к пульту телеконтроля.

Появился Боннет.

– Что стряслось?

– В реакторном отсеке что-то неладно, – объяснил ему Спарроу. – Цепь «Т».

– Это прямо и справа, – сразу же включился Боннет. Он прошел вперед, чтобы лучше видеть экраны, схватился за релинг, потому что качка была приличной.

Спарроу заявил:

– Я иду туда.

Он поглядел на контрольный пульт. Лампочки все перемигивались: красная, зеленая, красная, зеленая… – Лес, пойдешь со мной, поможешь надеть скафандр. Я проползу по правому тоннелю, а там воспользуюсь ручным манипулятором и зеркалами. – Поглядите, капитан, – сказал Гарсия. – Гляньте вот сюда. – Он показал на экран.

Спарроу подошел к нему.

– Управление центрального замедлителя, – сказал Гарсия. – Когда мы проваливаемся в волну, это как раз и происходит. Вот! Все увидали. Длинная рука манипулятора дергалась, будто многосуставчатая конечность насекомого. Поломка была в верхнем шарнире плеча. Обломок верхней распорки болтался при качаниях лодки. – Плечо раскололось у самого шарнира, – сказал Гарсия. – И теперь оно болтается свободно. – Он поглядел на контрольный пульт. Красный, зеленый, красный, зеленый.

Когда загоралась красная лампочка, болтающийся обломок касался кабеля контрольного устройства. Вспыхивала искра.

Теперь Гарсия указал на нижнюю часть экрана, где было основание системы управления.

– Вот здесь

неприятности покруче. Свернуло основание системы. Поглядите на эти срезанные болты.

– Лес, я передумал, – сказал Спарроу. – Оставайся с Джонни на центральном посту. Джо, идем со мной. – Он бросил взгляд на Рэмси, поколебался, потом приказал:

– Опустись поглубже, чтобы не мешало волнение. Руки Рэмси легли на рукояти управления: горизонтальные рули на два градуса, компенсационная система открыта, давление внутри корпуса в норме. Внезапно он открыл, что лучше довериться телу, запомнившему уроки интенсивной подготовки, и был уверен, что это будет правильней всего. Спарроу прошел на мостки машинного отделения. Гарсия за ним.

Рэмси включил сканеры машинного зала, чтобы следить за их действиями. «Ну и выбрал же я времечко, чтобы начать свою операцию, – подумал он и поежился. – Хотя для этого годится любое время». – Мы идем сделать это, – сказал Боннет. – Нас ничто не остановит.

Рэмси удивленно поглядел на первого офицера. Боннет уставился на экран. Рэмси последовал за его взглядом. Спарроу и Гарсия спускались по лестнице к тоннелю по правому борту. Спарроу рывком открыл хранилище в переборке и снял скафандр. – «Восточники» безумцы, если думают, что победят его, – сказал Боннет.

– Он как Бог!

Что-то в его голосе… Рэмси переборол дрожь.

Экран показывал Гарсию, помогающего капитану надеть неуклюжий скафандр. Рэмси вернулся к своим рычагам, чтобы выровнять подлодку. Ему показалось, что необходимо что-то сказать, и он сказал:

– Мы опустились ниже зоны поверхностного волнения.

Боннет поглядел на него.

– Ты что-то сказал?

И обратил свое внимание опять на экран.

Рэмси манипулировал рукоятками, держа лодку в равновесии. Спарроу был уже одет в скафандр. Он неловко повернулся. Гарсия помогал ему.

Рэмси прямо-таки распирало от любопытства: «Что показывает телеметрия?

Контролирует капитан себя, или начинается возбуждение обратной связи?»

В плотном скафандре Спарроу быстро почувствовал, что покрывается потом. Пальцы слушались плохо. «Чертов скафандр! Ага, вот!» Последняя застежка стала на место.

Спарроу сделал глубокий вдох и сказал в свой микрофон:

– Проверка… проверка… Лес, ты меня слышишь?

Голос капитана грохотал из динамиков на контрольном пульте. Рэмси убрал громкость.

Боннет ответил в свой ларингофон:

– Слышу четко и громко.

– Джо, ты меня слышишь? – спросил Спарроу.

– Так точно, капитан.

– Слушай меня, Лес. Если это сломанное звено разболтается сильнее, оно станет бить по реактору. Станешь прослеживать все мои действия у себя на экране. Может статься, что я не смогу увидеть, как мне извернуться. Боннет поглядел на экран, показывающий реакторный отсек. – Сейчас сломанное звено стоит на месте, уперлось в зажимы первого уровня.