Draco Dormiens
Шрифт:
Она положила коробку и туфли на кровать и начала было стягивать с себя майку. Тут ей в голову пришла неожиданная мысль, и она медленно опустила руки.
— Драко? — окликнула она. — Ты здесь?
Никто не ответил, но Гермионе показалось, что у гардероба прозвучал виноватый вздох.
— Я знаю, что ты здесь! — сказала она. — Мне нужно переодеться!
— Ну так давай, — голос Драко звучал немного приглушенно. — Я не возражаю…
— Малфой… — угрожающе начала Гермиона.
— Ну хорошо, хорошо, — отозвался Драко, и неожиданно
— Ничего я не почти, — отрезала Гермиона. — А теперь отвернись к стенке!
Драко, ворча, подчинился. Не спуская с него глаз, Гермиона выскользнула из джинсов и майки и натянула платье. Материя была роскошная, тяжелая, и, несомненно, дорогая. Она холодила кожу.
Гермиона расправила кружева и нагнулась, чтобы застегнуть туфли. Наконец, она выпрямилась и откинула волосы.
— Готово, — объявила она.
Драко обернулся и потерял дар речи.
— Гермиона… — выговорил он. — Ты выглядишь потрясающе…
— Правда? — удивленно спросила она.
— Посмотри в зеркало, — предложил Драко, показав на трюмо возле кровати.
Гермиона подошла к зеркалу взглянуть на себя — и покраснела.
Она никогда не понимала, как девчонки вроде Лаванда и Парвати могут тратить так много на одежду, но теперь до нее дошло: при чем тут деньги, если платье может сделать тебя такой…
Прекрасная тяжелая ткань отражала свет, как вода, густой сиреневый оттенок идеально подходил к ее темным волосам (Гермиона подумала, что он никак не подошел бы настоящей Лавендер, которая была блондинкой). Платье облегало ее и сидело так хорошо, что невольно приходило в голову, не было ли оно заколдовано. Впрочем, Гермиону это не волновало. Она крутнулась перед зеркалом, наблюдая, как взметнулась юбка: «Ух ты!…»
Драко продолжал сидеть на кровати, наблюдая за ней — Гермиона видела его отражение в зеркале. Она присела у трюмо, достала щетку из коробки Нарциссы и принялась расчесывать волосы. В зеркале она по-прежнему видела Драко позади себя, прислонившегося к стойке кровати.
— Тебе надо бы играть Отбивающим, а не Ловцом, — сказала она. — У тебя отличный бросок.
Драко фыркнул.
— Просто не верится, что я стукнул своего отца подсвечником по голове.
— Я была очень рада, что ты оказался там.
— Рада? — переспросил Драко. Он пытался сказать это беззаботным тоном, но палочка в его левой руке беспокойно постукивала по ноге. — Я видел, как Гарри целовал тебя. По-моему, тебе понравилось…
— Он просто хотел показать твоему отцу, что у него, как бы сказать… права на Лаванду, — спокойно сказала Гермиона.
— Но это не сработало, а? — заметил Драко, все быстрее стуча палочкой.
— Драко… — Гермиона повернулась к нему и протянула руку.
Драко отмахнулся.
— Все нормально. Я знаю, что он подонок, мой папаша.
Гермионе ужасно сочувствовала его, но сказать было нечего. Какое-то время оба молчали.
Наконец
— Как ты думаешь… когда мы вернемся в школу… мы останемся друзьями, вот как сейчас?
— Когда мы избавим тебя от заклятья, ты и сам не захочешь, — ответила Гермиона, но Драко это не убедило.
— Хорошо, предположим, я захочу, — продолжил он. — Ты не под действием заклятья. Что ты сама думаешь?
— Драко, занятия, наверное, закончились. Уже июнь.
Драко с повышенным интересом рассматривал шнурки на своих ботинках:
— Может быть, я мог бы навестить тебя как-нибудь… летом.
— Что? — уронила щетку Гермиона.
— Если у тебя нет других планов, — быстро добавил он.
— Что? — снова переспросила она.
Теперь он рассердился — что-то от прежнего Драко сверкнуло в его глазах — «мальчик с гонором», как называла его Парвати.
— Ты что, не хочешь, чтобы я приехал?
Совершенно невоообразимая картина представилась Гермионе: Драко, сидящий в их столовой между толстой теткой Матильдой и глухим дядюшкой Стюартом, они оба были бухгалтерами. Они пытаются вовлечь Драко в разговор об Уимблдоне, но Драко, явно не в своей тарелке в длинных черных одеждах и колпаке, ничего не понимает. В конце концов, он вытаскивает свою палочку и превращает всех сидящих за столом в жаб.
Безумное видение исчезло, и Гермиона воскликнула:
— Драко! Ты их возненавидишь! Они же все — Магглы!
— Может, все обойдется, — чопорно возразил Драко. — Я умею вести себя в обществе.
Еще одна, не менее безумная картина предстала перед ней — Драко с ее семьей на ежегодном празднике на пляже в Брайтоне. Драко был в плавках (да есть ли они у него? Колени хоть у него есть? — она же никогда их не видела) и надменно отказывается от мороженого, которое предлагает ее мать.
— Ну попробуй, тебе понравится, — уговаривает мама Гермионы. Драко вытаскивает палочку и превращает ее в жабу.
— Гермиона, ты сходишь с ума, — сказала она себе. Повернувшись в кресле, она взглянула на Драко.
— Послушай, — сказала Гермиона, — если мы вернемся в школу, и ты все еще захочешь навестить меня летом, так и быть — можно.
Драко просиял:
— Правда?
— Ну да, — ответила Гермиона, размышляя о том, что к сентябрю вся ее семья, вероятно, будет прыгать по листьям кувшинок.
— А Гарри гостил у тебя летом? — безразличным тоном спросил Драко.
— Да, — ответила Гермиона. — Но он привык быть среди Магглов, и мои родители любят его, так что… — она осеклась при виде его гримасы. — Может, хватит меня допрашивать о Гарри? — отрезала она. — Он мой лучший друг, и если у тебя проблемы по этому поводу…
— А целовал он тебя в кабинете далеко не по-дружески, — парировал Драко.
— Я же тебе говорила! Просто надо было поставить твоего отца на место!
— Ты это себе доказывай, — ответил Драко. — Уверен, что тебе это понравилось. Скажешь, нет?