Доживем до зарплаты
Шрифт:
Она лукавила, временная регистрация у нее была, иначе бы провинциалку не оформили официально на работу. Но Вера, далекая от бюрократических формальностей, слушала ее раскрыв рот.
– А общежитие от института тебе не дали?
– В общежитии нет мест, – вздохнула Татьяна, – все комнаты забиты. Обещали, что через месяц освободится койка. Но я, наверное, не доживу до этого светлого дня. Я уже даже на вокзале ночевала, но меня оттуда прогнали проститутки, решили, что я вышла на панель подзаработать.
Она опять горестно заскулила.
Вера мгновенно приняла решение:
– Если хочешь, поживи месяц у нас, в гостиной. Думаю, муж не будет против.
Радость Стремиловой была неподдельной:
– Ой, спасибо тебе большое! Я вас не стесню, обещаю! Я по хозяйству могу помочь, ужин приготовить, посуду вымыть…
Хозяйка рассмеялась:
– Спасибо, но я сама справляюсь. Главное, чтобы у тебя все наладилось.
«Наладится, уж не сомневайся», – зло подумала Стремилова. Веру она презирала. Такую дуру надо учить, потом сама спасибо скажет.
Однако затем план прохиндейки дал сбой. К немалому удивлению квартирантки, Сергей абсолютно не реагировал на ее призывные взгляды и фривольные намеки. Импотент он, что ли?
Вскоре Татьяне повезло. У Субботиных было двое детей – четырехлетняя Таисия и двухгодовалый Ваня. Младший неожиданно заболел, его увезли на обследование в больницу вместе с мамой. От волнения Сергей не находил себе места, и Стремилова очень искренне ему сочувствовала.
– Может, выпьем по рюмашке? – предложила она. – Снимем напряжение.
За вечер они уговорили бутылку коньяка. Больше мужчина ничего не помнил.
Очнулся Сергей от противного писка будильника. Голова раскалывалась, жутко хотелось пить. Он перевернулся на другой бок и уткнулся в квартирантку. Девушка спала на соседней подушке.
Он растолкал Стремилову:
– Что ты здесь делаешь?
Таня открыла глаза и сладко потянулась. Она выглядела на удивление свежей, словно после душа.
– Это была шикарная ночь, пупсик! – проворковала она. – А слова любви, которые ты мне говорил, я никогда не забуду.
– Какие еще слова любви? Ничего не было!
Сергей вскочил, заметался в поисках одежды. Он обнаружил ее на полу и принялся лихорадочно напяливать.
Стремилова подошла к нему, обняла за плечи.
– Нам было так хорошо вместе, может, продолжим?
Субботин оттолкнул ее:
– Слушай, давай договоримся – между нами ничего не было! Я, по крайней мере, ничего не помню! И если ты скажешь моей жене хоть слово…
– Поняла, не дурочка, – ответила Таня и вышла из спальни, соблазнительно покачивая бедрами.
Через несколько дней Вера с ребенком вернулась домой. Врачи решили, что операция мальчику не требуется, прописали медикаментозное лечение. В тот же вечер,
– Да, кстати, Верочка, мы с Сережей хотим тебе кое-что сообщить.
Сергей замер в нехорошем предчувствии, с вилкой около рта.
– Дело в том, – продолжала провинциалка, – что мы полюбили друг друга. А после восхитительной ночи любви мы решили никогда не расставаться.
Повисла длинная пауза. Стало слышно, как урчит дорогой бесшумный холодильник. Вера посмотрела на мужа:
– Сережа, это правда?!
Супруг подавленно молчал, зато провинциалка не умолкала:
– Прости, Верочка, но я не могу молчать. Лучше минута горькой правды, чем долгие годы сладкой лжи. Потом ты сама скажешь нам спасибо.
Сергей наконец пришел в себя:
– Веруня, не верь ей! У меня с ней ничего не было! Я люблю только тебя! Она это нарочно придумала, чтобы нас поссорить! Убирайся из нашего дома, стерва!
Он запустил в Стремилову вилкой, потом полотенцем. Татьяна не стала дожидаться, когда очередь дойдет до сковороды. Она подхватила заранее собранную сумку с вещами и сказала Вере:
– Сергей, конечно, будет все отрицать. Но тогда откуда я знаю, что у него на спине есть шрам, а? Подумай об этом.
Уже на пороге она ласково обратилась к чужому мужу:
– Сереженька, помни, что ты – самое ценное, что есть у меня в жизни. Я тебя люблю и буду за тебя бороться.
– Катись к черту! Не нужна мне твоя любовь!
Субботин продолжал осыпать Татьяну проклятиями, даже когда за ней закрылась дверь. Но мужчина и сам понимал, что Стремилова говорила очень убедительно, жена ей поверила.
Наверное, супруги все-таки помирились. Может быть, они даже договорились никогда не вспоминать об этом инциденте. Вера сделала вид, будто ничего не произошло, а Сергей понял, как ему дорога жена и что он не хочет ее терять.
Однако Стремилова не оставила семью в покое. Она регулярно звонила Вере и заводила одно и то же:
– Ты не интересуешь Сергея как женщина, он живет с тобой только из-за детей. А любит он меня. Отпусти его! Мы вынуждены скитаться по чужим квартирам, заниматься любовью на чужих диванах. Неужели ты не чувствуешь, как он без меня страдает? Все равно ты не будешь с ним счастлива!
Вера, вся в слезах, рассказывала о звонках мужу. Тот твердил:
– Не верь ей, это полная чушь. Я люблю только тебя. Стремилова просто сумасшедшая, ее надо поместить в психушку.
Вера хотела бы верить Сергею, но помимо ее воли в душе рождалось подозрение. Муж задержался на работе? Ага, навещал любовницу. Подарил жене цветы? Значит, заглаживает вину! Лег в постель и мгновенно заснул? Ну конечно, секс ему не нужен, он уже натешился на стороне!!!