Дождь (СИ)
Шрифт:
– Что!?
– Рэйнэн сглотнул и тряхнул советника со всей силы.
– Простите мне мою дерзость владыка. Вчера когда, сэр Лаш собрал нас перед балом и просил не спускать глаз с Ее Величества, я не посмел предложить этот вариант. Но на дне рождении было столько народу, и я боялся...,- Лэйр запнулся и резко дернул ворот сдавливавшего горло мундира.- Ее Величество, сказала, что никогда не снимает вашего подарка. Рубиновый кулон в форме сердца... Я позволил себе прикрепить к нему заклинание поиска. Я хотел его снять, когда бал закончится, но не успел вы...Вы покинули праздник. Понимаю, что сигнал слишком
– Кулон охранный артефакт эльфов, а значит, он усилит сигнал поиска в десятки раз,- облегченно выдохнул Рэйнэн.- Я твой должник Эйрон, до конца твоих дней. Проси что хочешь.
– Мне ничего не нужно,- мягко парировал Лэйр.
– Я сделал это не ради вас и не ради благодарности. Леди Таммиэлиэн удивительная женщина...
– Я понял,- кивнул Рэйнэн, направляясь вместе с советником к столу.
– Выбрасывай сеть.
Эйрон наклонился над разложенной картой империи, вытянув вперед руки. Зеленая сеть магии накрыла пространство тонкой паутиной силовых линий. Лэйр прочертил руну поиска и на карте, ярко красным, вспыхнула маленькая точка.
– Она на горе ветров,- произнес советник, удерживая заклинание.
– Я с тобой, - мгновенно бросился, за Рэйнэном открывающим портал Трэм.
– Нет дружище, - владыка положил руку на плечо друга.
– Это моя битва. И я не намерен ее проиграть. Отправляйся к разлому, ты нужен мне там. Если я прав, врата откроются как только луна полностью закроет солнце. Задержите сморгов, пока я не разберусь сестрой и Маорой.
Трэм порывисто обнял друга.
– Я задержу. Поторопись.
Темный император быстро шагнул в открывшийся портал и темная воронка с хлюпающим звуком, мягко сомкнулась за его спиной. Когда открывшийся проход выпустил его на горе, от представшей взору картины, кровь застыла в жилах. Тамми, обездвиженная темной магией, с перерезанными венами лежала на земле, лицо было мертвенно бледным с запекшейся в углах губ кровью, и только по открытым, полным слез глазам, Рэйнэн понял, что она еще жива.
Темная ведьма среагировала мгновенно, прижав нож к шее стихийницы, она ядовито выплюнула в лицо выходящего из тьмы императора:
– Ты быстр, темный выродок. Как ты нашел нас?
– По запаху,- жестко ответил Рэйнэн.- От тебя разит дерьмом на сотни миль, Маора.
– Не двигайся Авергард, - прошипела темная.
– Один твой шаг и я перережу ей горло. Глэйрэн собери кровь,- приказала она дочери.
– Глэй. Почему?
– Рэйнэн смотрел на сестру переливающую кровь Тамми в черные сосуды, стиснув кулаки и сжав зубы.
– Ты меня спрашиваешь?
– зло выдохнула она, закупоривая бутылки.
– Это я хочу спросить тебя почему? Почему ты предал меня.
– Я?! Я всегда был добр к тебе, - возразил Рэйнэн.
– Я всегда защищал вас с Алиэн.
Глэйрэн внезапно зло рассмеялась.
– Это я защищала тебя. С самого твоего рождения. Я спасла тебя... Я задушила ребенка Архи вместо тебя, что бы ты мог жить.
– Глупая девчонка, ты же говорила мне, что перепутала детей, - воскликнула Маора.
– Если бы ты не ослушалась меня, и сделала, как тебе было велено, я давно бы осуществила свой план. Ту чуть все не испортила.
Рэйнэн нахмурившись, посмотрел на сестру.
– Так это
– Это ты принесла яд моей матери. Ну конечно...Никто никогда и не подумал бы на маленькую пятилетнюю девочку. Даже отец не стал бы подозревать собственную дочь,- повернувшись к Маоре он холодно обронил.
– Ты еще большее чудовище, чем он Маора, раз втянула в это своего ребенка. Не пойму только одного, зачем ты пыталась отравить мою жену, если она теперь, так нужна тебе?
– Это я хотела ее отравить,- крикнула Глэйрэн.
– Идиотка,- бросила ей в лицо Маора.
– Я любила тебя,- продолжила Глэйрэн, неотрывно глядя в глаза брата, не обращая внимания на злобные выпады матери.
– Я полюбила тебя с первого взгляда, когда отец принес копошащийся, кричащий сверток и показал его мне. Ты казался таким маленьким, таким беззащитным. И я сделала все, что бы с тобой ничего не случилось. Я пошла против матери, когда отказалась убить тебя. Ты должен был быть мне благодарен. А ты...я столько лет смотрела, как эти темные дуры виснут на тебе, как ты меняешь их словно перчатки. Я потеряла счет, сколько их перебывало в твоей постели. Я терпеливо ждала, когда ты наиграешься, тебе надоест, и ты придешь ко мне. Но вместо этого, ты приволок во дворец эту тварь, и связал себя с ней клятвой крови. Ты плюнул мне в лицо. Ты растоптал мою любовь...
– Глэй, опомнись! Я твой брат,- Рэйнэн сглотнул от омерзения.
– Сводный,- истерично взвизгнула Глэйрэн.
– Сводный.
– Хватит, - оборвала ее Маора.
– У тебя еще будет время насладиться его мучениями дочка. Владетель ждет. Время на исходе.
Подхватив сосуды с кровью, Глэйрэн прочертила руну.- Твоя армия не сможет меня остановить, брат. Кровь твоей жены позволяет проложить портал к самому разлому, минуя щит. Ее кровь сделает сморгов неуязвимыми к магии смерти и откроет врата теней. Ты проиграл темный властитель,- обернувшись через плечо, она долгим взглядом посмотрела на Рэйнэна, потом шагнула во тьму и исчезла.
– Ну, вот и все,- торжествующе оскалилась Маора, пнув, лежащую без движения Тамми ногой.
– Отпусти ее Маора,- бесстрастно произнес Рэйнэн, отводя глаза от окровавленных рук жены. - Тебе ведь нужен я. Я здесь. Можешь делать со мной все что захочешь.
– Как же ты глуп темный выродок, ты даже не понял, кого притащил в этот мир. Я так долго ее искала. Столько лет... Я убрала Нелею и Ингероса, в надежде получить девчонку, но они спрятали ее, отбросив мои усилия на долгие годы назад.
– Риган и ты...
– холодно начал Рэйнэн.
– Риэрн, - по лицу Маоры пробежала тень.
– Моего брата звали Риэрн. Он был единственным выжившим после бойни, которую устроил твой отец на моей свадьбе. Да, это мы с ним все придумали... Восстание, что бы убрать тебя и твоего отца, и заполучить стихийницу. Жаль, что ты оказался таким живучим.
– Ты мстишь мне Маора, я понимаю. Я Авергард, но дочь Эрхардов ничего тебе не сделала. Отпусти ее.
– Что так? Отчего так печешься о ней? Ты...Ты любишь ее...
– Маора зашлась безумным хохотом.
– Темный властелин умеет любить... Нонсенс. О, теперь ты понимаешь меня, каково это терять тех, кто тебе дорог? Сколь многим ты готов пожертвовать ради нее? Как далеко готов пойти?