Доза

Офелия Луна

– В «Принт+». Назови свое имя.

– Владислав. Можно просто Влад. Приятно наконец познакомиться, Алиса, – с этими словами он протянул мне руку, и когда я вложила свою ладонь в его, по всему телу снова пробежали мурашки. Он крепко держал мою руку, смотря мне в глаза и еле заметно улыбаясь самым краешком губ, а когда, наконец, отпустил меня, я снова почти бегом побежала от него. Кого я боялась больше? Его или себя? Я не знала ответа.

Август с лихвой компенсировал дождливое лето небывалой жарой. Теперь все ругались на солнце, меня же волновало только то, что игра

шла с ровным счетом, а вопросов, на которые я не смогла бы ответить, было достаточно. Я уже знала свое желание, и мне было необходимо выиграть. Нужно было придумать такие вопросы, на которые он с большой вероятностью не стал бы отвечать. Или не смог бы. Вот это был хитрый ход, мы же не обговаривали то, что вопросы могут касаться только нас. Поэтому я приберегла коварный вопрос до пятницы.

– Задавай свой вопрос первый, – попросила я его в четверг. Он спросил про образование, и я выдохнула с облегчением, рассказав, что закончила университет по специальности «реклама и PR».

Настала моя очередь. Я хитро посмотрела на Влада, незаметно вдохнув побольше воздуха. Говорить, когда тебя сверлят взглядом эти глаза, было невыносимо. Особенно, когда собираешься задать такой вопрос.

– Сколько у тебя? – спокойным голосом выдала я, и улыбка расползлась по моему лицу.

– Прости, что? – ответил он, еле сдерживая смех.

– Ты понял, – я сощурила глаза и покосилась на пряжку его ремня. Он поперхнулся. Это была моя маленькая победа.

– Ответ «достаточно» тебя устроит?

– Нет.

– А я могу ответить на твой вопрос чуть позже? Скажем, более развернуто? Обещаю, мой ответ полностью удовлетворит твое любопытство, – и с этими словами он сделал шаг ко мне, оставив между нами жалкие пару сантиметров. Меня бросило в жар, и я с трудом заставила себя сконцентрироваться, чтобы выдохнуть ему в лицо:

– Нет, – он сделал шаг назад, ухмыляясь, и я почувствовала небывалое облегчение.

– Тогда я отказываюсь отвечать. Вот и ломай теперь голову.

– Правда думаешь, что я сильно хотела это узнать? Ты всего лишь попался на уловку.

– Ну-ну, я еще могу сравнять завтра счет, не забывай. А потом и вовсе обыграть тебя, – с этими словами он развернулся и медленно направился к своему офису.

– Или проиграть, – шепнула я так, чтобы он не слышал.

Наступила пятница. Сказать, что я переживала – ничего не сказать. Какой бы вопрос он ни задал, я была уверена, что не смогу ответить на него. Оставалось надеяться, что он попадется на мою уловку.

– Я тебя внимательно слушаю, – весь его внешний вид кричал о том, что мне конец.

– Ладно, – я приподняла брови, – дата моего рождения? – улыбка моментально слетела с его лица.

– Что? Это я тебя должен спросить. Понятия не имею, – и тут же вернулась обратно, – я сказал правду.

– Нельзя говорить «Не знаю», забыл? – я почти смеялась.

– Это не честно. Пересмотрим правила.

– Пересмотрим. Только когда завершим вопросы этой недели, – он молча обошел меня и встал сзади, приблизившись губами к уху, и заговорил в него, от чего по мне снова прокатилась и упала вниз живота горячая волна.

– Я

мог бы не согласиться засчитывать этот вопрос, и тебе бы пришлось задать другой, так как ты сама знаешь, что это не честно. Но я подыграю тебе, позволю выиграть в этот раз, но потом не жди от меня пощады. Я буду задавать такие вопросы, что ты не сможешь их повторить, не то что ответить на них. А желания… Сама увидишь расплату за свою хитрость, – он резко отстранился и снова оказался передо мной, кривя губы в ухмылке, а я не могла выдавить из себя ни слова в ответ.

– Что ж, раз я в любом случае проиграл, задам обычный вопрос. Где ты живешь?

– Недалеко… отсюда.

– Это не точный ответ, – он покачал головой, – мне нужен адрес. Я не могла сказать ему свой адрес, абсолютно точно.

– Я не буду отвечать на этот вопрос, – процедила я сквозь зубы.

– Ого, не думал, что ты откажешься. Это интересно. Однако, в любом случае, я проиграл. Придумала желание?

– Да, – улыбнулась я, – не сложное и не жестокое. Надеюсь, ты вспомнишь мою доброту, если я когда-нибудь проиграю, – он насмешливо посмотрел на меня, всем своим видом говоря: «И не надейся».

– Хочу сделать несколько совместных фотографий. Прямо сейчас, – он смотрел так, словно сомневался, в своем ли я уме.

– И все? Ненавижу фотографироваться, но я думал, ты придумаешь что-нибудь изощреннее.

– Это я всегда успею. Давай, вставай рядом.

Я достала телефон и стала фотографировать. Мы кривлялись и корчили рожи, делали вид, что фотографируемся на паспорт, смеялись и дурачились. Я сделала много отличных фотографий.

– Теперь ты сможешь любоваться мной в любое время, – ухмыльнулся он.

– На самом деле у меня жуткая память на лица, я с трудом могу воспроизвести их в памяти, и это меня сильно напрягает. Не хочу забывать, как ты выглядишь.

– Спасибо, что упростила мне задачу. Не придется задавать этот вопрос на следующей неделе.

– Не скучай, – я бросила на него последний взгляд и зашагала прочь.

Неделю назад я думала, что, если мы будем разговаривать, это разрядит напряжение, которое образовывалось между нами при каждом пересечений взглядов. Я ошибалась. Оно росло и росло с каждым днем, и держать себя в руках становилось все сложнее. Чем больше я стремилась утолить жажду, тем сильнее она становилась.

Поздно вечером, пересматривая фотографии, меня вновь накрыло леденящее чувство, подобное тому, которое настигло вечером того дня, когда стреляли в Рому. Я не помнила, как делала эти фотографии. Мой мозг словно стирал из памяти моменты сильных эмоций и не хотел мне их возвращать. «Стоит обратиться к врачу» – подумала я, прежде чем провалиться в сон.

Глава 8. Заброшенный архив

Очередные выходные с Антоном, вопреки наивным надеждам, не изменили ничего внутри меня. Я изо всех сил старалась быть ласковой и милой, но получалось откровенно фальшиво, правда, он этого не замечал и выглядел вполне довольным.