Доверься
Шрифт:
– Она…
Тейт кивнул и тихо сказал:
– Она не согласилась с тобой, полагаю?
– Нет. Они с Джил все еще придерживаются своей позиции.
– А ты – нет?
Когда его отец выпрямился в полный рост, он протянул руки и хлопнул его по плечам. Он притянул его в свои объятия, и Тейт почувствовал, как екнуло сердце, когда тот сказал ему на ухо:
– Ты – мой сын. А этот мужчина – он любит тебя, - когда он отстранился, Тейт заметил слезы в его глазах. – Он хочет, чтобы ты был здоров и счастлив. Я, может, и не до конца понимаю это, но как я могу
Он посмотрел поверх плеча Тейта, и когда Тейт повернулся к Логану, то заметил, что и его голубые глаза остекленели – от слез или третьего стакана, он не был уверен.
– Ей нужно решить, что для нее важнее. Но для меня на первом месте семья, и, Тейт, ты – моя семья.
Тейт обнял своего отца, а когда отступил, он поднял руку и смахнул слезу, которая собиралась скатиться. А потом ему в голову пришла мысль, которая, он знал, отвлечет не только его, но и Логана ото всего этого.
– Моя гитара еще наверху?
– Да, - ответил отец. – В твоей комнате.
Когда Тейт обошел островок, он спросил Логана:
– Хочешь, покажу тебе гитару, с которой таскался, когда был мальчишкой?
Логан перевел взгляд на его отца, будто спрашивая разрешения, и это было так не похоже на него, что Тейту показалось совершенно очаровательным.
Когда он встал, Тейт стянул бутылку и сказал:
– Мы вернемся через минуту, пап.
– Не торопитесь. Это и твой дом тоже.
Тейт кивнул, и когда обернулся к Логану, то ехидно приподнял брови и сказал:
– Пойдем со мной.
Логану казалось, что из-под ног ушла земля. Он ехал сюда, ожидая одного, а оказался ошеломлен совершенно другим. Отец Тейта пригласил их в дом, налил выпить, а потом разрешил подняться наверх.
«Ладно, может, последняя часть сильно отличается от того, что я представляю, но достаточно близко», подумал Логан, сосредотачиваясь на упругой заднице в драных джинсах, поднимающейся вверх по лестнице перед ним.
Он был достаточно расслаблен, чтобы мысль о посещении детской спальни Тейта творила с ним всякие непристойные вещи. Прибавьте к этому игривый взгляд, которым стрелял в него Тейт, прежде чем они покинули кухню, и, да, он не мог дождаться, когда увидит старую комнату Тейта.
Когда они поднялись наверх, Тейт повернул налево и прошел по узкому коридору, мимо старого книжного шкафа и нескольких дверей к последней, которая была заперта. КогдаТейт потянулся к ручке, Логан проконтролировал, что соблюдал дистанцию. Он понимал, что если они коснутся друг друга, он не захочет останавливаться, а учитывая, что они были в родительском доме Тейта, он решил, что лучше всего держать руки при себе.
Но перед тем, как открыть дверь, Тейт повернулся к нему лицом, и Логан не понял в чем проблема.
– Погоди-ка. У тебя очки с собой? – спросил Тейт.
Вопрос был настолько неожиданным, что Логан не мог придумать, что ответить. «Зачем мне мои…»
– Можешь
Логан полез в нагрудный карман своего свитера, и когда достал их, Тейт вернулся и встал перед ним, прижимая книгу к его груди. Он опустил на нее взгляд, а потом поднял его на мужчину, чьи глаза дьявольски блестели.
– Ты выглядишь практически так, как я представлял себе.
Логан приподнял бровь.
– В смысле, ты в свитере, а не в поло. И я абсолютно уверен, что если бы ты стеснялся, то смотрел бы на свои ноги, а не на мои губы. Но очки, книга, волосы идеально уложены. Да, вылитый ботаник, мистер Митчелл.
У Логана практически челюсть отвалилась от этого, и когда он шагнул вперед, Тейт поднес бутылку с выпивкой к своим губам и отпил глоток.
«Черт, он соблазнителен». В дранных джинсах, черной футболке и куртке Тейт был полной противоположностью ботаника. Он выглядел, как хулиган, сексуальный и крайне опасный, осматривая его с головы до ног, будто они были у себя дома, а не у его отца.
Логан, наслаждаясь своим «задумчивым музыкантом», решил разыграть свою роль как можно лучше, и опустил взгляд. Он притворился, что нервно постукивает большим пальцем по обложке книги в своих руках, а когда снова посмотрел на Тейта через свои очки, дьявольская улыбка, которая его встретила, заставила его затуманенный разум перейти в режим повышенного желания.
«Соберись, Митчелл»
– Да ладно тебе, Тейт. Ты говорил, что если я помогу тебе с домашней работой, ты покажешь мне свою гитару.
Тейт, не оборачиваясь, повернул дверную ручку. Он не сводил с него взгляда, открывая дверь и дожидаясь, когда он пройдет.
Когда Логан шагнул вперед, он проследил, что изобразил свой самый «застенчивый» взгляд из-под ресниц, и если стиснутая челюсть Тейта и его закрытые глаза были каким-то признаком, то он превосходно справился с его фантазией.
Довольный собой – и немного пьяный – Логан остановился посредине комнаты Тейта. Рядом с окном стояла узкая кровать с черным в красную полоску покрывалом. На стенах висели плакаты со звездами их поколения – классика, безусловно. А когда Логан обернулся к Тейту, прислонившемуся к закрытой двери и оценивающему его, он, на самом деле, ощутил поток нервозности смешанной с возбуждением. Единственным отличием было то, что ничего не нужно было делать с тем фактом, что ему нравится мальчик и с сомнениями, нравится ли он сам ему.
«Нет», он имел дело с мальчиком, который смотрел на него едва ли не с вызовом коснуться его – и он ни за что не сделает этого при наличии его отца внизу.
– Моя гитара там, - сказал Тейт, показывая на подножие кровати кивком головы.
Логан оглянулся туда и уже собрался подойти, когда Тейт оттолкнулся от двери и предложил:
– Присесть не хочешь?
Логан стал искать стул, что угодно, чтобы…
– На мою кровать.
– Тейт… - произнес он, чувствуя, как зашкаливает пульс.