Доверься мне

Русина Тина

– Ты наверняка слышал где-нибудь о господине Тарасове и его концерне "Единство"?

В этот момент Алекс мысленно выругался. На лице не отразилось ни одной эмоции, а их было более чем достаточно – и ярость, и гнев, и злость, и навязчивое желание кого- нибудь придушить, и не только господина Тарасова, но уже и Марка Савельевича, поскольку видимо работа будет связана как раз таки с этим Тарасовым. Алекс мысленно собрался и все свои мысли на тему отогнал подальше, решив вначале выслушать своего нанимателя.

– Лично не знаком, но наслышан, хотя возможно часть слухов просто досужие сплетни, – ответил Алекс, прокручивая в голове свою последнюю встречу с небезызвестным Тарасовым. Это теперь он глава концерна недвижимости, а не более как двадцать лет назад это вечно пьяный злобный мудак, избивающий ребёнка просто за то, что

он не его, и не может дать достойный отпор в силу возраста. Последняя встреча была воистину запоминающийся, по крайней мере для Алекса. Так его еще не были ни разу. И честно говоря, тогда Алекс думал, что все, больше ему не жить. Он как обычно пришёл со школы, переоделся в домашнюю одежду. Заскочил на кухню в надежде, что мать все- таки протрезвела пока он был в школе и может быть что-нибудь приготовила поесть. Собирался перекусить и на время сбежать из этого ада сомнительной семьи алкоголиков, с другом договорился пойти на рыбалку. О чем ещё может думать восьмилетний мальчишка? О еде и бесконечном нахождении на улице. Но на рыбалку он в тот день так и не попал. Впрочем, поесть он тоже не успел. Зайдя на кухню, обнаружил там отчима, тот уже довольно много выпил, но все ещё держался на ногах. Мать же спала прям тут на кухне, лицом на столе. Судя по всему она уже приняла свою долю выпивки и ей было абсолютно все равно, что будет дальше. Маленькая кухня казалось насквозь пропиталась дикой вонью перегара в сочетании сигаретным дымом, запахом блевотины и свежим спиртом. Отчим оторвал пьяный взгляд от бутылки и сфокусировал его на Алексе:

– Че припёрся?

– Поесть что-нибудь… – нерешительно протянул Алекс, уже предчувствуя бурю.

Отчиму не нужен был повод для того, чтобы в очередной раз поколотить его.

– Иди пожри в другом месте, здесь тебе не бесплатная столовка, – пьяно пробасил Тарасов.

Алекс счел за лучшее побыстрее смыться, поскольку поесть ему видимо не удастся, но не успел.

– Где тебя пол дня носило, сучий выродок? – от тона, каким это было сказано, ничего хорошего ожидать не приходилось.

– В школе, – промямлил Алекс, пятясь к выходу из кухни. Сегодня был как раз тот день, когда Тарасов считал, что в школе делать нечего, другая крайность была абсолютно противоположной – в другие дни Алекса лупили за то, что он не ходит. Хотя он всегда старался ходить, когда здоровье позволяло, ибо иногда после побоев он по несколько дней встать не мог.

Тарасов так резко сорвался с места, что было весьма неожиданно для человека в его состоянии, он схватил Алекса за грудки, и начал трясти и орать:

– Ах ты, сука! Какого хера ты там забыл?! Что, денег много? За такого выродка как ты никто платить ничего не будет!

Потом начал бить Алекса. Кулачищи заработали как два кузнечных молота – в живот, по ребрам, по почкам, в солнечное сплетение. И так бессчетное количество раз. После удара в живот Алекс согнулся пополам, после удара в солнечное сплетение и по ребрам потерял сознание от адской боли. Очнулся через полтора месяца в больнице, три недели из которых был в коме. Хирург, который оперировал его, сказал после, что это были одни из самых сложных операций в его практике, и вообще чудо, что он выжил после такой переделки. Поэтому да, Алекс помнил каждое мгновение этой запоминающейся последней встречи. Но ни одно из этих воспоминаний не отразилось в этот момент на его лице. Хоть он и в хороших отношениях с Марком, но все же ему не обязательно знать все.

– В общем недавно Тарасов лично позвонил мне с предложением встретиться и обсудить возможность нашего сотрудничества. Мы встретились, и он предложил проинвестировать один из его новых проектов. Как ты понимаешь, я тоже наслышан о Тарасове… и просто так выкидывать деньги на ветер не в моих правилах, – Марк Савельевич сделал небольшую паузу, собираясь с мыслями. Через пару секунд опять заговорил:

– Сюда сейчас придёт одна барышня, равной которой нет никого по части выявления разного рода финансовых афер. Как оказалось, очень сложно её нанять. В общем, она будет проверять Тарасова и его инвестиционное предложение, а твоя задача замести её информационные следы, ну и поскольку я знаю Тарасова, то на время выполнения этой работы, побыть её телохранителем – это я пообещал её отцу – поскольку я знаю тебя и думаю, что ты справишься.

Алекс от этой новости был потрясен. С одной стороны это прекрасная возможность

так

близко подобраться к Тарасову и к его денежкам, и наконец-то отомстить, с другой стороны работать с кем то, тем более наверняка дилетантом в криминальных играх, да ещё и с женщиной – лишняя головная боль, с учётом того, что он привык работать в одиночку. Как то последняя мысль радости не принесла.

– Мне надо подумать, – сказал Алекс.

– Тут нечего думать, все уже решено, – ответил Марк Савельевич, – Тем более за вторую часть задачи, за охрану, естественно будет ощутимая доплата.

Алекс хотел было начать спорить, но не успел. На столе Марка зазвонил телефон. Он снял трубку:

– Марк Савельевич, к вам София Арндт, – послышался голос секретаря.

– Пусть заходит, как раз вовремя, – ответил Марк и глянул на часы – и действительно София Арндт пришла точно в назначенное время.

***

Софи, поднявшись на третий этаж, шла по длинному коридору, с одной стороны которого были огромные панорамные окна, открывающие потрясающий вид на разбитый внизу парк, а с другой множество дверей с самыми разными табличками – «Коммерческий директор», «Директор по персоналу», «Отдел закупок», «Отдел финансового анализа», «ИТ-отдел», «Бухгалтерия». Однако ни один из этих кабинетов не интересовал ее, поскольку цель визита в компанию «Вайсман и Ко» была совсем иная – личное приглашение генерального директора и одновременно и владельца этой самой компании. Возможно, с личным приглашением Софи слегка погорячилась, ведь по факту с ее агентом связалась помощница господина Вайсмана, которая и передала приглашение обсудить детали будущей работы. С другой стороны, возможно и не погорячилась, так как после звонка от Вайсмана был звонок от отца, который настоятельно рекомендовал принять это приглашение, ибо Вайсман был старым другом отца. И когда отец вот так вот звонил и рекомендовал, ничего другого не оставалось. С третьей стороны, отец вообще крайне редко звонил ей именно в таком формате, за все время это был пожалуй второй случай. «И вообще, у нас с отцом замечательные отношения, зачем их портить? От меня не убудет, да и денег как раз заработаю, причем как раз с учетом того, что предыдущий проект скоро закончится, и нужно будет искать новый» – размышляла Софи.

Уверенный стук каблуков разрывал тишину в коридоре. А тишина почему-то казалась немного неестественной, так как было начало рабочего дня в конце недели, и по идее сотрудники должны сновать туда-сюда озабоченные своими какими-то рабочими вопросами. Но Софи лишь отметила этот момент для себя и на секунду замешкалась перед дверью с табличкой «Генеральный директор». Взгляд скользнул по отражению в стекле, мысленно Софи проверила все ли в порядке, хотя итак знала, что все должно быть идеально. Сказать что прям таки примечательная внешность, нет, если не обращать внимание на детали, то сегодня Софи выглядела как обычный среднестатистический офисный сотрудник – туфли на высокой шпильке, юбка-карандаш темно синего цвета, ей в тон пиджак, подогнанный по фигуре и белая рубашка. Нужно отметить, что вещи ей все время приходилось подгонять либо вообще приобретать сшитые под заказ, поскольку она была очень худая с довольно внушительной грудью, которая на фоне ее худобы казалась еще больше. Дополняли образ незатейливая прическа – сегодня Софи просто заколола волосы заколкой с вензелями и камушками – и висевшие на носу очки. Очки были больше для солидности, чем для зрения. Софи мысленно улыбнулась – как ни странно, ее редко изначально воспринимали серьезно, в первую очередь думая уж точно не о ее математических и аналитических способностях.

Постучав, Софи решительно повернула ручку двери, ведущей в кабинет генерального директора. Она оказалась в приемной. За столом сидела женщина лет сорока, видимо секретарь или помощница директора, и что-то усиленно печатала на компьютере. Оторвавшись от своей работы, женщина внимательно оглядела гостью. Тем временем, Софи, сделав пару уверенных шагов, вручила ей свою визитную карточку. Секретарь, все также ни говоря ни слова, прочла надпись на визитке и еще раз оглядела посетительницу. Софи, казалось бы это должно было смутить, однако она уже привыкла к вот таким взглядам, неверию и непониманию во взгляде. Затем все также молча видимо сверила запись в графике встреч своего босса, потом бросила взгляд на огромные напольные часы, стоящие напротив нее в приемной, и подняла трубку: