Доверься мне
Шрифт:
*****
Он нашел ее. Наконец-то после стольких лет скитаний он все таки нашел ее. Он просто знал, что не мог ошибиться. И пусть она не покидала границ территорий этой стаи, не давая ему возможности полностью увериться в этом, он не сомневался, что это была она - его пара. Предвкушение бежало в его крови, подстрекаемое зверским голодом. Ни одна сука после той ночи не трогала его. Даже физическое удовлетворение с ними было слишком мимолетным, словно природа насмехалась над его глупостью. Он был первым ликаном, которому она подарила пару, и та
Оборотень прошелся по самой границе территории стаи, не нарушая ее кордонов. Прошлая попытка была веселым времяпровождением, и он гордый собой, оставив жизнь тому слабому оборотню, что попался на его пути. Это был подарок местному Альфе, который предостерегал его, давая знак быть наготове. И сейчас тот был готов к его появлению, он ждал его и даже выслеживал. Что лишний раз подстрекало ликана на безумные необдуманные действия. Но он всегда был слишком хорош для такого, даже когда был простым человеком.
Смутные воспоминания о его прошлой жизни еще терзали его ум. Тогда он еще не был идеальным, сколько бы им не пытался стать. А потом жизнь сама сделала его таким. И он наконец обрел свою настоящую сущность. Животную. И теперь наслаждался каждым моментом этой невероятной жизни, полной силы и дикости, срывающей цепи принципов и законов.
Да, плата за это была высока. Агония перерождения казалась адом. Словно сам Дьявол пришел по его душу. А после пришло облегчение, и он понял, что выжил. Тысячи не выживали, а он смог. Что еще раз служило доказательством о его высшем предназначении. Первое, что зверь сделал - это выследил ту суку, которая пряталась от него на протяжении многих лет. Программа защиты свидетелей хорошо оберегала ее, пока он был человеком, но от животного это не смогло ее спасти.
Ликан облизался, словно снова почувствовал кровь растерзанной женщины на губах. В венах забурлила кровь, от прилива желания и ярости. Луна действовала на него, подстрекая покрыть самку. Он рыскал по территорию, что теперь заняла стая, к которой он решил на время примкнуть. Мужчина ненавидел быть в подчинении, но признавал равную силу в Альфе, хотя знал, что смог бы занять его место, но пока его устраивала роль беты. Его Альфа устранит Альфу этой стаи, что было закономерностью в их мире, и лишит его ненужных боев, открыв двери к власти, к которой он стремился. Вот тогда зверь и избавиться от мешающего ему самовлюбленного полуликана, а пока приходилось пресмыкаться перед ним.
И это сводило ликана с ума. Подчинения не было в его крови. Он доказал это своей матери шлюхе еще в пятнадцатилетнем возрасте, зарезав ее кухонным ножом, а после обставил все так, что обвинили в этом отчима-алкоголика. Он снова подтвердил это, когда несколько месяцев держал в плену ту сучку, которая посмела бросить его после двух лет брака. И опять доводил это остальным особям женского пола, что смели пренебрегать им. Пока одной из них не удалось вырвать и заявить на него в полицию. К его радости дело затянулось, и неизвестно, чтобы с ним было дальше, если бы на машину, которая везла его на заседание, не напали ликаны. Как он наслаждался, наблюдая, как эти гордые звери с легкостью
Ликан вспомнил, как нашел эту стаю после перерождения, и доказал им, что достоин своего места в ней. И они делали набеги, ощущая полную свободу, неконтролируемую силу и власть. А в один из таких набегов он встретил ее. Маленького пугливого кролика, смотрящего на него своими невинными глазами. Возбуждение, которое он испытал тогда было равносильно вулкану. А потом она побежала. О, этот запах добычи, вкус преследования, радость от вида загнанной в угол жертвы. По глупости он спутал эту жажду с чувством обычного голода, лишь потом, потеряв ее, понял, что на самом деле это означало. Она была его парой, а он упустил ее. Позволил спрыгнуть с обрыва и упасть в темную воду.
Тогда зверь спустился вниз, обыскивая каждый участок берега, в надежде учуять ее запах, но все было бессчётно. Ликан завыл от чувства потери, которое накрыло его, разрывая на части. Долгие годы он ощущал эту пустоту, пока однажды, нападая в очередной раз на слабую стаю, он не почувствовал знакомый запах. Сначала неверие и непонимание заполнили его, а после зверь долго пытал оставшихся в живых членов стаи, женщин и детей. И они подтвердили его догадки. За день до их нападения стаю покинула молодая самка. Доктор. Ее аромат еще не успел выветриться из обитаемой ею комнаты. Он вдыхал его, выпуская на волю дикий вой радости и обещания. Ликан поклялся отыскать ее. А когда он найдет ее, то наконец сделает своей.
И вот теперь он приблизился к выполнению своего обещания. И все же зверь не мог действовать импульсивно, поддаваясь инстинктам. Стая, в которой она поселилась на этот раз была одной из самых сильных, а с ее Альфой считались многие вожаки. В одиночку он бы не справился. Тогда ликан пошел на соглашения, встретив случайно ошибку природы - полуликана полуобротня, который был предводителем небольшой стаи. Они кочевали долгое время, выискивая идеальную территорию и условия для своего обогащения и развития.
Занять место беты было проще просто, ведь равным ему по силе в стае был только Альфа. А он, высказав ему при вызове уважение, заслужил его доверие и признание. Может по силе они еще могли потягаться, но ума у того явно не хватало. Возможно, сказывалось его наследство от оборотня, больше инстинктов и звериной ярости, чем мозгов, но ему это было только на руку. Также ликану не составило труда привести стаю сюда, нашептывая Альфе, что это был идеальный вариант, чтобы пустить корни. И он послушал его, поверил.
Все складывалось как нельзя удачно. Его пара засела здесь, давая ему время на подготовку. Ко всему прочему официально она так и не вступали в эту стаю, словно чувствовала, что не принадлежала ей, ожидала его. Жаль только, что она мало покидала территорию. Всегда с кем-то. И поэтому он не мог подобраться близко, рассмотреть каждую ее черточку, впитать ее запах и дать знать о себе. Но ничего его время еще придет. Возможно, даже сегодня. Поэтому он был начеку, полный ожидания, в то время когда его стая предавалась лунному сумасшествию.