Доверься мне

Тори

Улыбнувшись, он подошел к шкафу и достал большую черную сумку. Он собрался взять свои вещи сразу, лишь то, что нужно будет переносить, он оставит на завтра, правда таких вещей было не много. Его телевизор в диагональ пятидесят, ведь не сможет смотреть футбол по тому мини ящику, что был у Эмилии. Шкаф из дуба, который он сделал сам. Ведь он столько времени потратил на его резьбу. Ну и его мангал. Мясо с кровью было его коронным блюдом. А остальное благополучно помещалось в сумку.

Благодаря Луне и у Яна снова был план, когда он уже просто с ума сходил от безысходности. Но Соня вселила в него новую надежду. Тот разговор снова и снова всплывал его в памяти,

подталкивая его к действиям, и Ян застегнув молнию сумки, перекинул ее через плечо и направился к выходу. Он надеялся, что этот решительный шаг покажет Эмили всю серьезность его намерений, и поможет ему завоевать ее сердце и душу. Потому что он не собирался отступать. Никогда и не при каких обстоятельствах. Он был готов на все, лишь бы обрести частичку своей души. Ведь сейчас у него была только половина, вторая же принадлежала его паре. Той, которой самой природой предначертано наполнить его сердце теплотой и выносить его потомство. Ему не страшно было ждать прихода его цикла спаривания, и не нужно было бояться соединиться не с той. Он уже нашел свою пару, и теперь все его инстинкты были направлены только на нее одну. Она была единственной во всем мире. Осталось только убедить ее в этом.

* * * * *

Она еще раз проверила капельницу, и посмотрела на пациента. Он находился в глубоком сне от шока, боли и лекарств, но он выздоровеет. Оборотни намного быстрее регенерировали, и Эмилия знала, что если бы такие раны получил человек, то он бы давно умер. Она вздохнула. Все же она не могла оставить пациента на ночь. Его состояние было шатким, и она должна была быть рядом, чтобы помочь в нужную минуту. Вот только бета этого не понимал.

Девушка скривилась, когда снова вспомнила тот момент, когда Ян услышал об этом. Для его успокоения Альфа даже поставил сторожа у ее двери, но это, ни капли не помогло. Тот все так же противостоял против ее решения. И вот тогда включилась ее докторская часть, забыв на всю иерархию и ранг стаи.

– Он будет лежать у меня в доме, пока я не поставлю его на ноги, и мне все равно, что ты думаешь на этот счет!

Она снова поморщилась. Это же надо было при других так открыто противостоять бете, второму в стае. Еще хорошо, что Альфа покинул их на тот момент и не увидел этой картины: она стоит напротив Яна, тыча в его грудь пальцем, и громко произносит это, слыша, как рычит бета, тяжело втягивая в себя воздух. А после она развернулась, и сказала его подчиненным:

– Несите его в мой коттедж, в приемной достаточно удобная кушетка.
– И ушла прочь.

Черт, черт, черт. Ну, как она могла? Теперь у них еще один повод презирать ее. И она была уверенна, что ей еще придется объясняться с тем огнедышащим драконом, который последнюю неделю кружил возле нее.

– Ничего, я знаю, что поступила правильно. Я давала клятву лечить, и я исполню ее, чего бы мне не стоило.
– Сказала она спящему оборотню.
– Даже если это означает получить еще одну долю презрения, но теперь и от беты. Все правильно. Это к лучшему.
– Уговаривала она себя, хотя в душе знала, что ее беспокоит его мнение и отношение к ней. Как бы она не старалась избежать этого.

– Да, так и должно быть. Рано или поздно это бы случилось.
– Сказала она вслух, когда вышла из приемной, прикрыв за собой дверь и направилась по лестнице вверх в спальню.

– Я уверенна теперь его не будет в моей жизни, и я вздохну свободно.
– Проговорила она, когда взялась за ручку двери.

– Все правильно. Это к лучше...

Эмилия вошла

в спальню и застыла.

– Я знал, что ты оценишь, милая. И ты права это правильное решение. Так нам будет намного лучше.
– Произнес Ян с мальчишеской улыбкой.

А она, все так же молча, смотрела на него. Он лежал в ее постели, полностью голый. Ну это она предположила, что полностью, нижняя часть как никак была прикрыта простыней. Ее простыней. В руках он держал бумаги, изучая их при свете ночной лампы.

– Что ты здесь делаешь?
– Наконец придя в себя, громко спросила Эмилия.

Он приподнял бровь, как будто услышал что-то глупое и по мальчишески улыбнулся.

– Лежу, изучаю отчеты.

– Я имею в виду, что ты делаешь в моей постели?
– Озверела она, сама того не замечая.

– Лежу.

– Да, я вижу, что лежишь.
– Не выдержала Эмилия и закричала.

Его идиотское выражение лица, которое как бы говорило 'что за глупые вопросы?', да еще эта расслабленная поза и голый торс, который все время привлекал ее взгляд, просто вывели ее из себя. Казалось еще немного и она закипит.

– Раз видишь, то скорей переодевайся и ложись ко мне. День был тяжелым.

Она посмотрела на него, пытаясь, удостоверится серьезно он или издевается, но не увидела на его лице и маленького признака глумления. После чего она заставила себя успокоиться, и, взяв себя в руки, произнесла:

– Ян, что ты делаешь в моем доме?

– Как что? Живу!

– Ты не можешь здесь жить!
– С удивлением и неким ребячеством запротестовала она.

– В шкафу мои вещи, в ванной зубная щетка, я лежу на своей подушке, передо мной моя женщина. Конечно, я здесь живу.

Она снова в шоке уставилась на него.

– Пожалуйста, прекрати это.
– С мольбой в голосе произнесла она, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы.

Но это не могли быть они. Она ведь не плачет. Тем более из-за такого пустяка, как розыгрыши беты. Нет, нет, нет. Она будет твердой и выгонит его отсюда. Немедленно. Эмилия не заметила, как он встал с постели. Но когда опомнилась, то оказалось, что он стоит прямо перед ней. И первое, что она сделала, как не стыдно в этом признаваться, так это проверила гол ли он полностью. Она выдохнула, когда ее взгляд уперся в его темно-синие трусы, на которых отчетливо видно твердый бугорок. Покраснев, она быстро подняла глаза, встретившись с его понимающим взглядом.

– Эмилия, - начал он серьезным тоном, - с этого дня я буду жить здесь. С тобой. И это не обсуждается.

– Я перееду в другой коттедж.

– Для тебя больше нет свободных мест, но если и будут, то в каждой постели ты найдешь и меня. С этого дня мы живем вместе.

– Я не буду спать с тобой.

– В доме больше нет кроватей.
– С ухмылкой произнес он, и нежно касаясь ее подбородка, заставил посмотреть себе в глаза.

– Мы будем спать вместе. Ты будешь находиться в коконе моих рук. Защищенная и согретая. И со временем ты привыкнешь, что я постоянно рядом.

– А если я не хочу привыкать.
– С вызовом произнесла она.

Он наклонился к ней, почти касаясь ее губ своим дыханием как легким перышком.

– Ты мой воздух. Ты мой лес. Ты моя свобода. Я последую за тобой, куда бы ты не отправилась, и никогда не оставлю.

Казалось, время остановилось. Сердце перестало стучать, и она забыла о том, что ей нужно дышать. Она смотрела на него. Их разделял какой-то миллиметр. Она облизала губы, а потом вздохнув, отступила назад. Он хмыкнул на ее действия, и с улыбкой произнес: