Доверие
Шрифт:
— Тогда почему ты не отвечал на звонки?
— Не говорю, что не был зол на тебя, но мы не расстаемся, Иди. — Его руки скользнули в задние карманы моих джинсов. — Это не так работает.
— И как же это работает?
— Мы продолжаем пытаться, — просто сказал он. — Если мы действительно хотим этого, то не сдаемся. Вот так просто.
— Я никогда не стыдилась тебя из-за твоего прошлого. Никогда так не думай.
— Иди, ты видела сегодня отношение учительницы. И знаешь, что твоя мама думает обо мне. Мое прошлое не исчезнет просто
— Это больше не ты. Они увидят.
— Тебе нравится уединение, я понимаю. — Ветер трепал его распущенные волосы, бросая их ему в лицо. — Кроме того, не так уж важно знают люди о нас или нет. Я уже ударил одного парня и угрожал другому. Ни у кого не хватит наглости пригласить тебя на свидание.
— Как это по-пещерному с твоей стороны.
— Зато работает. — Уголок его рта приподнялся. — Предложения, поступающие в мою сторону, сразу же прекратились с тех пор, как ты чуть не ударила Эрику.
Я улыбнулась.
— Видишь? — сказал он.
Я положила подбородок ему на грудь, посмотрев в его красивое лицо. Поскольку у нас, похоже, был сеанс откровенности, я могла раскрыть все карты. Я глубоко вздохнула и выпалила:
— Не психуй или что-то в этом роде, но я люблю тебя.
Его подбородок дернулся вверх, глаза расширились.
— Ты любишь?
— Да. Я люблю тебя и буду больше стараться не облажаться в будущем. — И он еще думает, что меня ничто не пугает — мое сердце почти выпрыгивает из груди. Эта боль, страх быть отвергнутой. Это было все равно, что броситься с гораздо более высокой скалы, понятия не имея, ждет ли внизу вода. — В любом случае. Я просто подумала, что ты должен знать.
Тишина.
— Это не имеет большого значения.
— Еще как, черт возьми, имеет.
Его рот накрыл мой, лишив меня дыхания. Его губы теплые и твердые, его язык обводит мои зубы, прежде чем скользнуть по моим губам. Целоваться никогда не было так приятно. Никакие неумелые попытки с другими парнями не шли ни в какое сравнение. Техника Джона заслуживала самых высоких похвал, но лучшее, что я могла сделать, это застонать. Мои руки скользнули под его футболку, исследуя его кожу и предъявляя права.
В мгновение ока он прижал меня спиной к водительской двери. Его руки блуждали, хотя оставались поверх моей майки и джинсов, держались вне очевидных зон лапания. Его пальцы погладили мои руки и скользнули по шее. И его поцелуи продолжали меняться, от сладких и нежных до глубоких и томительных. Я наслаждалась ими всеми. От каждого поцелуя у меня кружилась голова, а тело загоралось.
В конце концов мы остановились, чтобы перевести дух, прижавшись друг к другу. Нежным движением пальцев Джон приподнял широкий вырез моей майки, водружая ее на место поверх бретельки лифчика.
— Ты не обязан этого делать, — сказала я.
— Что?
— Я не собираюсь обламывать тебя и не собираюсь сходить с ума.
— Что ты имеешь в виду?
— Если мне позволено прикасаться к тебе под футболкой, тебе позволено
— Иди. — Он с трудом сглотнул. — Мы поторопились с сексом в первый раз. Но сейчас нам не нужно спешить.
— Это не спешка, я задаю темп.
— Ты уверена?
Казалось, легче действовать, чем продолжать разговор. Поэтому я взяла его за руку и положила себе на грудь. Поверх моей майки и лифчика, конечно. Но по тому, как его рука нежно сжала меня, приняв на себя тяжесть одной груди, было очевидно, что он меня понял.
Джон облизал губы, его взгляд был немного обеспокоенным, как будто я могла попытаться забрать грудь обратно, передумать и запретить ему доступ или что-то в этом роде. Раз, другой он поцеловал мои губы, прежде чем перейти к щеке, к шее. Легкая щетина на его подбородке дразнила мою кожу, а его дыхание согревало меня. Зубы впились в мою плоть. Я почувствовала, что горю. Был разожжен огонь, но я не хотела, чтобы его тушили.
— У тебя часто были девушки на заднем сиденье твоей машины? — спросила я, тяжело дыша, мои руки сжимали его задницу. У него была такая классная задница.
— Черт, — пробормотал он и усмехнулся, скользя свободной рукой по моему затылку. — Почему ты спрашиваешь меня о подобных вещах?
Я пожала плечами.
— Любопытно.
— Несколько раз, да. Но это не так уж удобно.
— Может быть, для настоящего секса да. Но как насчет того, чтобы просто пошалить?
Он быстро осмотрел местность, проверив, что поблизости никого нет.
— Чувствуешь себя уязвимой?
— По большей части мне холодно. Но в основном я просто хочу целоваться с тобой на заднем сиденье твоей машины.
— Да? — его большой палец провел по моему твердому соску через слои ткани.
Дрожь пробежала по мне, и я кивнула.
— Я не делала этого раньше. Это будет еще один первый раз.
— Тогда это то, что мы сделаем. — Он отступил назад, потянувшись к ручке задней дверцы. — После тебя.
Я улыбнулась, слишком нервничая, чтобы говорить. Глупо, на самом деле. Я же не была в его спальне и на его кровати. Заднее сиденье машины не должно иметь значения. Но оно имело.
Он забрался внутрь вслед за мной, закрыв дверь. Я скинула шлепанцы и стянула майку через голову, не останавливаясь, чтобы сделать глупые, стыдливые вещи, например, прикрыть живот руками, ведь это был Джон.
— Иди сюда, — сказала я, немного сползая вниз.
Больше не было никаких колебаний. Он встал коленями на сиденье, срывая с себя футболку, более чем готовый встретиться со мной без предметов одежды. Джон был прав; это было немного неудобно. Даже с широким задним сиденьем «Чарджера» мы оба были немного слишком высокими, чтобы поместиться. Вес его тела поверх моего, однако, был восхитителен. Наши рты слились, а его тело устроилось между моих раздвинутых ног. Понятия не имею, как смогла их тут раздвинуть, но черт побери, как хорошо он там ощущался.