Доверие
Шрифт:
Пешеходный переход тут чисто символический: покосившийся знак в метре от заасфальтированного пятачка остановки, да стертая, едва узнаваемая зебра на дорожном полотне.
Макар только раз оглядывается, чтобы убедиться, что они идут следом, а потом уже ускоряет шаг, выискивая проход между заборами.
Стоит только поддаться тому чувству, что тянет вперёд, отпустить себя, как едва заметная совсем недавно нить будто набирается сил. Так что теперь он действительно видит, а не просто чувствует дорогу.
Алая, чуть мерцающая,
Сохнет во рту от одной мысли, что может быть там, в конечной точке их пути на сегодня. Но одно Макар знает точно — Косте пока не сделали ничего плохого. Хоть и не выпустили из того каменного мешка, где он был.
Мелькают на периферии заборы, проглядывают кое-где через крупную сетку дома и теплицы. Где-то что-то скрипит, лает собака, однако Макар не обращает на это никакого внимания. Лишь идёт всё быстрее, остро желая перейти на бег.
В какой-то момент он даже так и поступает: припускает вперёд, словно пущенный в полёт камень. Однако далеко убежать не успевает.
Спотыкается, едва не падая, когда его ловят за локоть, заставляя обернуться.
— Притормози, — требует Лука.
Макар слепо смотрит на него во все глаза, настолько погрузившись в себя и сосредоточившись на нити, что не сразу возвращается в реальность. Хотя сейчас и здесь есть на что посмотреть.
Как он раньше не замечал? А ведь брат говорил…
Лука словно светится. Мягкое золотисто-янтарное сияние исходит от него в сгустившихся из-за туч сумерках.
— Не беги так очертя голову!
А Алиса не светится. Лишь глаза мерцают затаёнными огнями.
— Мы знаем, что ты хочешь быстрее его найти, — мягко замечает Алиса, когда Лука отпускает его локоть.
— Но мы понятия не имеем что там, так что притормози! — заканчивает за неё Лука хмуро.
— Ты видишь?
Может, он тоже способен увидеть эту нить?
— Что?
— Нить, ведущую к Косте. Путь.
Лука смотрит. Прослеживает взглядом за движением указывающей направление руки.
Макар видит отблеск в чужих глазах, янтарный всполох по краю расширившихся зрачков, когда Лука на мгновение оборачивается к нему. Он не знает, что тот видит впереди, но видимо не нить. Потому как Лука отрицательно качает головой, подтверждая вслух:
— Нет. Никаких нитей. Только водоворот искр в тебе.
— Тогда идём. Бежать больше не буду, — не дав Луке или Алисе раскрыть и рта, обещает Макар, прежде чем снова пойти вслед за нитью, уводящей их всё дальше вглубь поселка.
Нить выводит их на самую окраину. К огороженному добротным, хоть и деревянным забором участку и дому с побитой погодой, некогда вероятно кирпично-красной черепицей.
Макар по
Вокруг тихо и пусто.
Если по пути сюда Макар всё-таки отвлекался то на громкий лай собак на участках, то на шипение едва не попавшей под ноги кошки, а один раз и вовсе чуть не налетел на светло-серую козу, которую вышла ловить бойкая и крепкая старуха в вязаном платье и платке, то тут…
Макар передёргивает плечами и оборачивается вслед за переступающей с ноги на ногу Алисой. Вдруг за ними кто-то наблюдает?
Однако участок за спиной выглядит заброшенным. Макару даже кажется, что ближайшее к ним окно дома заколочено. Правда точно разобрать так и не выходит. Дом прикрывают разросшиеся кусты. Да и не приглядывается он. Отворачивается, стоит только убедиться, что там пусто.
В горле сушит.
Макар знает, чувствует это где-то глубоко внутри, до цели едва ли не рукой подать. До забора с десяток шагов и там может быть ещё сколько-то. Что там, за деревянной преградой, совершенно не ясно.
— Нам туда? — отвлекает Лука. — Макар?
— Да.
«Кость?» — тянется Макар к брату и почти мгновенно получает ответ:
«Да?»
«Где ты?»
«Глупый вопрос».
Макар чувствует чужую усталость, смешанную с лёгкой апатией. Страха там давно уже нет. Или Костя научился каким-то хитрым образом избирательно блокировать.
«Или просто устал бояться…»
«Ты или я? Я все слышу».
— Я пойду, — заявляет Макар, нагнув ближайшую ветку и взглянув, через образовавшуюся щель, на спрятанный за забором дом.
В детстве он, конечно, не так активно, как брат с Глебом, лазил по кустам и деревьям, но какая-никакая, а практика всё же есть.
С дальнего угла как раз виднеется подходящая для задуманного ветка. Наклонилась так низко, будто приглашает. Всего-то и нужно — протянуть руку и ухватиться, а дальше только ногами по составляющим забор доскам перебирай и окажешься на той стороне.
— Размечтался!
В этот раз его останавливает Алиса. Вцепляется пальцами в рукав куртки, не давая сдвинуться. Смотрит хмуро, так что меж бровей образуется морщинка.
— По веточке и в лапы противника, да? И будет у него сразу два подопытных. Какая прелесть! — язвит Алиса фыркая.
— Она права. Если лезть очертя голову…
— А у нас есть варианты? У них мой брат! Там, прямо где-то за этим чёртовым забором, — шипит Макар. — Я не Костя, крыльев не имею, перьями не обрастаю и никогда не взлечу. Да, я оказался чёртовым компасом. Отлично, со мной не заблудишься. Но для спасения брата у меня есть только две руки, две ноги и голова, — а следом, уже более спокойно, добавляет: — Чем я и воспользуюсь. Вариантов всё равно нет.