Дотянуться до звезды
Шрифт:
– Спасибо. Это я и хотел знать.
Ночь. Пустырь. Видич подъехал за час до назначенного времени на своем "Бентли". Осмотрелся как следует. Минутах в пяти ходьбы был небольшой участок с густыми зарослями: не вся листва облетела с ветвей. Там он и оставил машину. Снова сел в салон, выключил свет и приготовился ждать.
Спустя полчаса на пустыре показался темный форд, освещавший себе путь ярким светом фар.
"Даже не пытается прятаться, подонок", - подумал Рус, сидя в укрытии. Но отсюда он не
Тем временем незнакомец выключил фары, свет в салоне, вышел из автомобиля и, прислонившись к дверце, закурил.
Мужчина. Высокий. Двигается проворно - значит, молодой. Это тот, кто прислал фото? Или его шестерка? Пришла пора выяснить. Руслан выбрался из "Бентли" навстречу резкому, пронзающему, пробирающему до костей осеннему ветру. Кожаная куртка расстегнута. Актер делал вид, что держит руки в карманах джинсов. Однако одна из них покоилась на пистолете.
Когда молодой мужчина почти дошел до форда, слабый свет сигареты выхватил из темноты красивое лицо неизвестного. Черные волосы, хитрый взгляд - Алекс Барс. Актер, который всегда оказывался в тени заслуг и потрясающей игры Руслана. Видич презрительно усмехнулся:
– Слышал, что ты любитель грязных приемов, но, признаться, не ожидал такого, - плечи Руслана грозно приподнялись, шея согнулась, взгляд прямой, жесткий, почти жестокий. Создавалось ощущение, будто вот-вот за его спиной вырастут огромные черные крылья, и он коршуном воспарит над тем, кто посмел бросить ему вызов.
– Как говорится, в любви и на войне все средства хороши, - Алексей бросил на дорогу сигарету и придавил ее ботинком.
– Так ты в меня влюбился?
– не удержался от сарказма Видич.
– Несмешно, - хмыкнул Барс.
– Влюбился ты, и тебя это погубит.
– Чего надо? Выкладывай, - нетерпеливо огрызнулся Руслан, вплотную подходя к врагу. Он выше Барса на полголовы и смело можно биться об заклад, что и сильнее.
– Наконец-то к делу, - усмехнулся Алексей и повернулся к Видичу лицом. Он изо всех сил старался выглядеть спокойным, но в движениях сквозила неуверенность.
– Хочу, чтобы ты объявил о завершении актерской карьеры.
– Что тебе с этого?
– Как в песенке поется: надоедает быть вторым, надоедает. Устал вместо ведущих ролей играть лучшего друга, сподвижника, напарника и прочее. И во всех фильмах, где такое случалось, главная роль доставалась тебе, непревзойденный ты наш. Слишком полюбился ты режиссерам.
– Почему сразу снимки в ход не пустил?
– теперь каждая короткая фраза Видича звучала четко и резко, как звук пощечины.
Вот тут-то и таился ответ на главный вопрос. Барсу не только хотелось стать актером номер один, но и дожить до этого счастливого дня. А в том, что Видич дознается, кто его подставил, как только фото попадут к репортерам, он нисколько не сомневался. Барс вообще не хотел, чтобы до прессы дело дошло. "Человек, которому нечего терять, смертельно опасен".
– Молчишь?
– Руслан готов был расхохотаться.
– Значит, понимаешь, что как только отдашь снимки не в те руки, я тебя убью.
– Сядешь.
– Переживу.
– Только девчонка твоя в детдоме
От этих слов ноздри Руслана раздулись, губы сжались в тонкую полоску, а красивые грустные глаза стали узкими, испускающими волны ненависти, щелками.
– Не окажется.
– Так ты ее, может, своему дружку-оператору хочешь в наследство оставить? Ничего не выйдет, если дело приобретет огласку. Друг того самого растлителя да еще и убийцы никогда не добьется права опекать пострадавшую девочку. И даже если со временем удастся отбиться от обвинений в насилии над сироткой, от клейма убийцы ты не отмоешься.
Руслан резко ударил Барса о дверь автомобиля, и, когда тот обмяк, развернул его к себе спиной, приставив пистолет к виску шантажиста.
– А скажи, мразь, что мешает мне спустить курок здесь и сейчас, пока никто не догадывается о твоей поганой афере? Врагов у тебя предостаточно благодаря таким вот "подвигам".
– Во-первых, - прохрипел Алекс, - не знаешь, где снимки. Полиция их найдет, и ты станешь подозреваемым номер один. А во-вторых, - в этот момент из-за поворота выехала другая машина. За рулем сидел бывший капитан полиции Смирнов. Остановив машину, он помахал в воздухе оружием, так, чтобы Руслан успел хорошо его разглядеть.
– А во-вторых, - продолжил Барс, - убьешь ты меня, а он - прикончит тебя. И как понимаешь, сделает это с удовольствием.
– И ты готов рискнуть жизнью ради главных ролей? Прямо сейчас?
– прорычал Руслан.
– Может, посоревнуемся, кто из нас больше шкурой дорожит?
– Не хотелось бы, - признался Барс.
– Но тут твоя уязвимость меня спасет.
– Что городишь?!
– Если мы оба сегодня умрем, снимки все равно попадут в прессу: они есть у Смирнова. И жизнь твоей воспитанницы будет кончена.
Руслан медленно убрал пистолет под свитер, развернул Барса к себе лицом и врезал ему кулаком в челюсть со всей силы. Тот мешком свалился в гору опавшей влажной листвы.
Глава 10
На раздумье Руслан получил всего неделю и решил не тратить ее впустую. За семь дней нужно добыть компромат на Барса. Но не слухи и сплетни, а доказательства, реальные и неопровержимые. Только так можно переиграть шантажиста. Естественно, Рус заручился поддержкой Ильи, и вместе они наняли частного детектива, который должен был разузнать все о бывшей девушке Барса - Анне. Поговаривали, актер столкнул несчастную с лестницы, узнав о ее беременности. Слух стоило проверить, и, если он подтвердится, приложить все силы, чтобы добыть крепкие железобетонные доказательства вины шантажиста.
И - о счастье!
– слухи оказались правдивыми. Вот только... Анна Шевелева, начинающая актриса, подающая большие надежды, после выкидыша находилась на лечении в одной из психиатрических клиник. И пускали к ней только родственников.
Тогда частный детектив Сергей Сотин, сорокалетний мужчина с проницательными глазами, волевым подбородком, слегка впалыми щеками и уверенной походкой, решил наведаться к родителям пострадавшей.
И мать Анны, и отец жили за городом в небольшой уютной квартирке.