Дотянуться до престола
Шрифт:
Странные монахи внимательно рассматривали его. Тот, которого звали Тишка, присел рядом, протянул громадную, больше лица Пьера, ладонь и осторожно коснулся его щеки кончиком пальца.
– Настоящий, – с благоговением прошептал он.
Оба замерли, тараща глаза на Пьера. Минуту спустя Тихон выдохнул:
– Слышь-ка, Филимошк… Никак это посланец.
– Вот и я мыслю. Чай, неспроста он под Богородицей-то.
– Мать честная!
– А лежит-то как тихонько, не плачет. Глазенки удивленные вытаращил да молчит. Могет, немой он?
– Ага, немой, сказывай. Так
Филимон откашлялся и сурово сказал:
– Вот что, Тихон, мы с тобой в таком деле не решальщики, тут нашими скудными умишками не разобраться. Надобно кого-нить кликнуть. Ступай-ка ты на Чудово подворье к отцу Аврамию да все ему про младенца-то и обскажи. А я покуда здесь покараулю, дабы чего не вышло.
Тишка с готовностью кивнул, перекрестился и исчез в темноте. А Пьер, проводив его взглядом, поднял глаза на Филимона. Тот по-прежнему с интересом его рассматривал, примостившись на корточках.
– Кто вы? – попробовал спросить Пьер, но вместо вопроса изо рта вырвался несвязный лепет.
Лицо Филимона вдруг подобрело, и он с участием произнес:
– Надобно тебе чего, да? Ах ты, бедолага, небось, несладко на каменном полу-то лежать.
Огромный монах подхватил Пьера как пушинку и, выпрямившись во весь рост, принялся его укачивать.
– Ну-ну, баю-бай, – неумело забормотал он.
Леденея душой, Пьер поднял руки и в рассеянном свете снова увидел перед собой детские ладошки. Повертел головой, глянул на живот, на ноги… и чуть не потерял сознание. Сомнений не было: он стал маленьким ребенком!
«Ничего, – попытался он себя успокоить, – скоро я проснусь, и кошмар закончится».
На руках монаха было тепло и уютно. Пьер спрятал руки под его душегрейку, и Филимон понимающе усмехнулся:
– Ишь ты, хитрюга. Маленький, а сообразительный. Ну спи, баю-бай.
Монотонное бормотание успокаивало. Пьер, пригревшись, закрыл глаза и в самом деле задремал.
Часть первая
Глава 1
– Месье Рудницки!
Пьер обернулся. К нему спешил полный коротышка, на ходу поправляя прилипшие к вспотевшей лысине редкие пряди. Подойдя ближе, толстяк перевел дыхание и с улыбкой протянул пухлую ладонь.
Филипп Жюно, начальник кадрового департамента – а это был именно он, – никогда не нравился Пьеру. Вроде, вежливый и участливый – эдакий добрячок, но после разговора с ним всегда оставалось впечатление, что тебя провели.
Пьер работал маркетологом в корпорации «Глобаль Технолоджи» и слыл веселым, остроумным парнем, никогда не пасовавшим в трудных ситуациях. Главной любовью его жизни была история, русская и французская, а свободное от нее и работы время Пьер предпочитал проводить в компании друзей и подруг. Вместе они ездили в путешествия на морские курорты и пару раз катались на горных лыжах в окрестностях Монблана. Летали на шарах-монгольфьерах, которые сами же запускали, и даже как-то помогали их изготавливать. В общем, жизнь текла весело и беззаботно.
Однако с годами он научился
Других вакансий ему не предлагали, он уже подумывал о новой работе и от встречи с кадровиком ничего хорошего не ожидал. А потому, слегка поморщившись, пожал протянутую руку.
– А я вас искал, – сообщил Филипп, вытирая носовым платком вспотевший лоб. – Ну и жара сегодня, а?
– О да. Вы что-то хотели, месье Жюно?
– Не застал вас на месте, уже собрался уезжать, – кивнул толстяк на припаркованный возле здания компании красный «ситроен», – а тут как раз вы. Не уделите мне немного времени?
В этот вечер Пьер договорился встретиться с приятелем, Патриком, таким же любителем истории, как и он сам. Оба обожали разговоры и споры до хрипоты, и Пьеру совсем не хотелось пропускать встречу из-за назойливого кадровика. Ладно бы променять ее на вечеринку с друзьями, а тут… Но делать было нечего, и он вежливо улыбнулся.
– Конечно. Но у меня только полчаса.
– О, это больше чем достаточно, – заторопился Жюно и ткнул пухлым пальцем в расставленные на другой стороне улицы столики. – Давайте выпьем по чашечке кофе.
Пока не принесли заказ, Филипп продолжал жаловаться на жару, а Пьер нетерпеливо ерзал. Что нужно от него старому лису? Сколько еще он будет тянуть?
Но вот стройная официантка поставила перед ними чашки. Пьер проводил взглядом ее ладную фигурку и перевел глаза на Жюно. Лицо толстяка сразу приобрело серьезное выражение.
– Вы слышали о «Наполеоне»? – деловито спросил он.
Нелепый вопрос. Об этом проекте говорила вся корпорация, как можно о нем не слышать? Пьер давно мечтал возглавить что-то подобное – вот это были бы перспективы! Карьера, финансирование, командировки по всему миру и, конечно, интереснейшая работа. Не то что нынешняя, скучнее которой еще поискать.
– Так что же, месье Рудницки?
Пьер встрепенулся и перевел задумчивый взгляд на собеседника.
– Конечно, слышал.
– Вот и чудесненько, – обрадовался толстяк. – Тогда вы, наверное, знаете, что руководитель проекта еще не выбран?
К чему он клонит? Что за намеки? Неужели хочет предложить должность? Или просто проверяет? В любом случае заинтересованность демонстрировать не стоит. Внутренне собравшись, Пьер пожал плечами:
– Нет, я не в курсе.
– Не лукавьте, – усмехнулся Жюно. – Ни за что не поверю, что вам это безразлично. Впрочем, к делу. Как вы наверняка слышали, на должность руководителя я выдвинул месье Шарля Ферре из отдела высоких технологий.