Дотла твоя

Аддерли Кейт

– Да, пап?

Я поворачиваюсь, чтобы закрыть окно и натыкаюсь на кое-что необычное. Наши соседи уже вернулись из поездки? Широкая мужская спина в татуировках закрывает обзор на комнату, находящуюся на одном уровне с моей.

Их окно распахнуто, но это не особо привлекает внимание. Больше меня ворожит вид на это тело сзади. Когда мужчина потягивается, и я вижу перекатывающиеся мышцы на загорелом теле, скромные мысли покидают чат.

– Папа, я скоро приду. Спускайся вниз. – Негромко произношу, боясь спугнуть того, на кого сейчас любуюсь.

Отец загадочно улыбается

и покидает комнату в тишине. Он никак не мог видеть красавчика-соседа, поэтому выбираю не париться насчет его таинственности. Я возвращаю взгляд мужчине, находящемуся в шести-восьми метрах от меня. В голове рождается дымка.

Облокачиваюсь локтями на подоконник и с большим наслаждением наблюдаю. Мой разум теряется где-то между «отвернись, подглядывать нехорошо» и «пригласи его к себе на чай, а потом и горячий секс».

Жар начинает скапливаться в области живота. Пленяющий пожар медленно разносится по всему телу и делает меня немного возбужденной. Я вру. Немного – это слишком преуменьшенное значение. Фантазии пускаются во все тяжкие и не дают мне передохнуть.

– Да, можешь приехать. Я один. – Словно холодной водой приводят в чувства слова соседа, когда он подносит к уху играющий мобильный.

Мужчина мило воркует с кем-то по телефону и смеется, продолжая стоять спиной к окну. Я ошиблась. Снова! Почему-то мне не особо везет в выборе противоположного пола. Все, кто внешне меня цепляют и вызывают приятные чувства либо заняты, либо придурки. Сосед относится к первому типу.

Перед тем, как уйти на пробежку, я громко хлопаю окном, не тревожась за внимание мужчины.

– Стейси, он, наверняка, урод! Ты даже лица его не видела. – Бурчу я. – Успокойся, любимая.

Знакомьтесь, новая субличность Стейси Рейвен! В порывах чувств я часто говорю с собой, как с лучшей подругой. Иногда поддерживаю себя, но чаще даю пинок под зад. Сейчас – лучшее время для бережного отношения. Утром на меня наорал парень, а после обломал экстаз фразой «можешь приехать. Я один» мистер мускулистая спинка, на которую так и хочешь запрыгнуть.

Я слишком хорошо воспитана. Ну, не могу я наслаждаться чьим-то голым телом (да, даже спиной), когда уже знаю, что человек несвободен! Сексуальное желание вмиг исчезает.

Наушники, плеер. Вроде все взяла.

– Сти? – в комнату заглядывает уже Сара.

С каких пор выходной день стал днем проходных дверей? Папа и его будущая жена могли по несколько дней не входить в мое пространство. Что на них нашло? Тут цирк, что ли? Происходит что-то интересное, что ускользает из моего вида?

Свою бесячесть я оправдываю поступком взрослых.

Но на деле, они не виноваты.

– Вау, это что за сексуальная кошечка? Куда ты дела Сти в мешковатой спортивной одежде? – хихикая, отводит меня в сторону женщина.

– На пробежку.

– Смотри, как бы ванкуверские псы не загрызли друг друга в схватке за тебя.

Отмахиваюсь. Я делаю так всегда, когда мне делают комплименты. Как по мне это слишком преувеличенно. И от лести мне противно.

– Прекрати.

–

На твоем месте я бы не стала обижать ту, что родит тебе брата или сестру. И, на будущее: о твоей внешности я говорила от души, потому что считаю тебя действительно красивой. Жаль, что ты упрямый закомплексованный подросток, не пользующийся такими благами, как сексуальность и красота. Весь мир был бы у твоих ног, если бы не гребаная неуверенность.

Это больно. И я неосознанно делаю в ответ больнее. Защитная реакция, бумеранг, дурость, называйте мой поступок, чем хотите – что сделано, то сделано.

– Не слишком ли ты возводишь красоту в культ? Я бы предпочла смотреть на другие составляющие, что есть в человеке.

Возможно, Сара просто хочет поднять мою самооценку, но в тот момент я не думаю об этом. Только глубже закапываюсь в неуверенности. На скорую руку наношу тональное средство на лицо, пытаясь замаскировать шрам, пока женщина стоит в дверях.

– Пошли тебе человека, который искоренит твои дефекты… И взрастит любовь…

– А? – переспрашиваю я, не расслышав, что Сара нашептывает.

– Ничего. – Она пожимает плечами и уходит.

Я снимаю вульгарный наряд, натягиваю на себя свободные штаны, худи, скрывающие фигуру. После прощаюсь с папой, понимая, что увидимся мы теперь только на завтрашнем мероприятии.

Покидаю территорию дома и бегу вдоль дороги, направляюсь в сторону футбольного поля и тренажеров. Я не замечаю никого и ничего вокруг, быстро передвигаю ногами по дорожке. Bring Me To Life заполняет динамичным звучанием все тело.

Мне хочется заплакать, но я не позволяю тревожащим мыслям в голове одолеть меня. Я злюсь на Сару из-за ее слов, и в то же время понимаю, что женщина права. Тот же шрам над губой кажется мне порой таким уродливым. Что бы не говорили другие, я с трудом верю.

В обществе я отлично себя чувствую, зная, что никто не видит дефект, скрытый под плотным слоем косметики. Но наедине… Даже в отношениях с Деем я никогда не оставалась у парня на ночь.

Сегодняшний разговор с Сарой о сексуальности и красоте ничего из себя не представляет. Но я не на шутку взбесилась! Потому что до конца не могу признать свою сексуальность и то, что мое тело меняется, формы округляются.

В темное время суток я могу выйти в чем-то облегающем, вызывающем. Дома спокойно хожу в коротких вещах. Но на улице, где лица будут уставлены на тебя… Выйти в коротком платье, которое будет подчеркивать мое тело, приравнивается к выстрелу. Дурацкий Дей! Навязал мне мысль, что ко мне приковано слишком много взглядов, и теперь я стесняюсь. Парень всегда говорил мне быть скромнее.

Мне удается выплеснуть все чувства интенсивной пробежкой.

Обратно я тоже бегу. Усталость должна накрыть меня с головой. Да так плотно, чтобы не оставалось сил ни на что другое. Возле ворот соседей я замечаю девушку. Гляжу на нее и ежусь. На улице прохладно, несмотря на выглянувшее солнце, а брюнетка в одном платье. Она оглядывает переднюю часть автомобиля и пялится на столб поблизости. Надеется, что не задела его?