Доспехи Крестоносца
Шрифт:
– Пока проблема борьбы с бестелесной оболочкой Умарила не решена окончательно. Однако успехи есть. И вовсе не малые. Пока и правда первостепенной целью является поиск пропавших Реликвий Крестоносца. Без них Умарила нам не одолеть, выставь мы против него хоть целые легионы.
– И каков радиус поиска?
– оживилась, ощутив родную стихию Вилена Донтон.
– Не весь ли Сиродиил? Тогда могут возникнуть трудности.
– Реликвии находятся в землях Империи. Где точно никто не знает. После смерти Пеленала, когда на трон взошла Алессия, а наши земли стали оберегать Девять, в честь Крестоносца был создан
– Значит, зацепок, где начать поиски, нет?
– поняла по-своему слова Септима, Велена.
– Тогда поручим заняться их поисками гильдию наемников!
– тут же оживился Серый лис.
– Это их работа. Никто не против?
Разумеется, воспротивилась на предложение только одна Донтон.
– Против.
– Заявила Железная леди, удостоив вора прожигающим насквозь уничижительным взглядом.
– Моя гильдия не собирается батрачить за всех.
– Ну и мы бездельничать не станем, - вклинился Лис.
– Когда наступит необходимость проявить наше ремесло. Найдите реликвии, а мои парни умыкнут их хоть из самого ада. Или, к примеру, потребуется кого-нибудь пришить или оприходовать так у нас здесь богатый выбор: сразу и гильдия убийц, и магов и опять же бойцы Арены подсобят, в чем смогут. А святые отцы благословят нас и потом простят содеянные грехи.
– Богохульник, чего с такого взять, - епископ Реми скривился, будто отведав клюквы.
– Зацепка есть!
– уже хрипя, сорвав голос, вскричал Император. И заметив заинтересованные взгляды, более спокойно произнес:
– Недавно на улицах Анвила объявился Пророк. Он и указал нам путь. Теперь мы точно знаем, что нужно делать!
– Снова пророчества?
– поскучневши, предположил Овин.
– Карта, - ответил Император. Новый пергамент он положил не на стол, а вручил лично в руки епископу.
– Карта будет находиться у епископа Реми.
– Благодарю за честь и доверие, - священнослужитель низко поклонился, быстро спрятав карту под монашью робу.
Остальным пришлось закусить губы.
– Карта приведет к Реликвиям?
– Нет. Реликвии может заполучить лишь тот, кто несет в себе свет и почитает богов. Карта - это своего рода путь очищения, пройдя который достойному откроется истина, где найти Реликвии.
– Получается, нужно полагаться лишь на божественную помощь?
– начал, было, Серый лис, но взгляд Реми заставил вора умолкнуть.
– Именно так. К сожаленью нам большее рассчитывать мы не в праве. А теперь последнее. Сегодня завершающий день июня. Ровно через месяц вы должны предоставить от каждой гильдии по одному на ваш взгляд самому достойному. Сбор отряда состоится у монастыря Вейнон, что лежит вблизи Коррола. Это все.
Когда в башне не осталось никого кроме самого Императора и капитана гвардии, Баурус не сдержавшись, изрек.
– Вы действительно считаете не напрасными унижения перед ними? Как они вообще смели раскрывать поганые рты без вашей на то воли?
В негодование Баурус сжал эфес меча.
– Без них наша попытка сама по себе захлебнется, - после изнемождающей встречи Император стал выглядеть только хуже. Накопившаяся усталость неподъемным грузом
– А с ними?
– С ними у нас, по крайней мере, есть шанс.
– Всего шанс?
– Мой друг, шанс это вовсе не мало, - голос Септима снизился почти до шепота.
– Ладно, пора отправляться обратно во дворец. Нужно сделать еще так много. О, как много мне требуется сил и их почти не осталось.
– Вы всегда можете положиться на меня, - напомнил о себе Баурус.
– Знаю, мой друг. Знаю.
Глава 2.
Водная могила.
– А вот еще интересная история!
– вскричал Тренус, всплеснув руками. Наполненная доверху кружка матроса только чудом не оплескала присутствующих собутыльников ромом. Но впав в азарт повествования, уже изрядно подвыпивший Тренус не обратил на такую оплошность внимания, продолжая вопить.
– Помню все отчетливо как сейчас. Ночь. Неподвижная водная гладь, переливающаяся серебром. И вдруг! Возле песчаного берега показалась она. Сотканная из лунного света! А что за лицо! Таких красоток я в жизни не видывал.
Тут Тренус от пережитого некогда ощущения закрыл глаза, вспоминая образ разбившей сердце моряка.
Небольшая передышка позволила остальным членам небольшой компании немного передохнуть и наполнить опустевшие кружки ромом и элем. Некоторые из команды Тренуса потянулись к закускам, но большая часть собравшихся за столом в томлении ожидали продолжения рассказа.
– Так вот, - пробудился ото сна моряк, - значит, сижу я на бочке, покуриваю табачок. И пусть ночь уже давно опустилась, а мне все не спится. Сон бежит и все тут. Значится, покуриваю и вдруг она! Выползла на берег, плещется и тихо так посмеивается. А смех какой. Будто колокольчики звенят. Я понятно сначала растерялся. Смекнул сразу, с кем свела меня подруга-судьба. И думаю, как поступить. С одной стороны нужно боцмана кликнуть. Так он спит. Чего доброго врежет спросонья, да еще и добавит потом за вранье. Кто ж поверит мне о встречи с русалкой. Вот сижу я и думаю, как поступить. А она смеяться перестала, взобралась на камень и запела. Братцы!
Моряк оглядел блестящими глазами лица товарищей. И непонятно было, отчего так блестели глаза моряка: то ли от выпитого, то ли от нахлынувших воспоминаний.
– Это не песня. Это нечто неописуемое! Лишь она запела своим ангельским голосочком, как мне вдруг захотелось немедленно броситься к ней! Кинуться подле. И слушать, слушать ее песни целую вечность. О штормах, бушующих в океане. О моряках, никогда не вернувшихся домой. Об их женах, долгими вечерами, тоскующими в одиночестве у горящей свечи.
Тут я уж не выдержал, братцы. Отбросил трубку, бушлат поправил и медленно, боясь вспугнуть, стал к ней все ближе подбираться. Перебежками обогнул берег. И стал двигаться от камня до камня, прячась в тени. Так и крался, пока не оказался за соседним булыжником. Нас отделяло всего несколько шагов. Луна светила сзади, и я мог спокойно любоваться ей, не опасаясь, что меня она заметит. А морская нимфа, владычица океана все пела, плетя из длинных подобных золоту волос косу. И вдруг!
Резкий выкрик заставил заслушавшихся мужчин вздрогнуть от неожиданности. Один из моряков, Лео даже пролил на себя выпивку из кружки и теперь с досадой принялся отирать пятно.