Досье Госпожи

Райз Тиффани

Шеридан кивнула, ее лицо все еще было бледно-красным.

– Они использовали вибраторы?

– Один. Но я не смогла достаточно расслабиться.

– Ты можешь кончить, мастурбируя?

– Иногда, но только если фантазирую о Рексе, и тех вещах, что мы делали. Это просто... угнетает. Я даже не скучаю по нему. Просто скучаю... по этому. Чем бы это ни было.

Госпожа откинулась на спинку софы, закинула ноги на подушку и скрестила ступни в черно-белых оксфордах.

– А меня угнетает слышать это. Мы вернем тебя в строй. Снимай одежду.

Шеридан замерла.

Госпожа

улыбнулась.

– Мне нравится такая реакция. Реакция "Реальность становится дерьмовее". Думаю, это моя любимая часть работы. И деньги. И одежда. И все богатые и знаменитые люди, которые боятся меня, потому что я знаю их извращенные наклонности. Ладно, я многое люблю в своей работе. Тем не менее, я заметила, что ты все еще одета, и я более чем уверена, что отдала тебе приказ.

Госпожа замолчала и постучала по виску.

– Да, я припоминаю. Это был приказ.

Тем не менее, Шеридан не шелохнулась. Госпожа прищурилась, глядя на девушку.

– Что тебе нравилось больше всего из того, что делал с тобой Рекс?- спросила Госпожа.
– Ответь в одном предложении.

– Он...
– Шеридан начала.
– Он был старше, и приказывал, и заставлял себя чувствовать, будто я центр вселенной.

– Посмотри вверх.
– Госпожа указала на крышу, и Шеридан подняла голову к стеклянной крыше.
– Ночь наблюдает за нами. Шеридан. Ты центр вселенной. И если центр вселенной не снимет свою одежду в ближайшие десять секунд, я разложу центр вселенной на своих коленях и отшлепаю как упрямого, непослушного ребенка.

Это подействовало. Шеридан встала и расстегнула молнию на платье и выскользнула из него. Оно серебряной лужицей растеклось у ее ног. Она подготовилась, с удовольствием заметила Госпожа, без трусиков и лифчика. Только босоножки остались на ее ногах. Она наклонилась, чтобы снять их.

– Нет. Оставь обувь. Постой там еще минутку. Я мысленно сфотографирую тебя.

Шеридан замерла в идеальной позе, демонстрирующей ее застенчивую красоту. Голова немного склонена на бок, руки сложены перед ней, и на лице маска элегантного хладнокровия, хрупкая девушка с маленькой грудью трансформировалась в ожившую древнегреческую статую Афродиты. Госпожа улыбнулась ей. Все, что ей нужно было делать - это приказывать девушке позировать, и Шеридан превращалась в профессиональную актрису, которая получала шестизначные гонорары за эпизод.

– Ты великолепна. Ты знаешь это, не так ли?
– спросила Госпожа.

Шеридан слабо пожала плечами.

– Думаю, ты постоянно слышишь это от фанатов и агентов по кастингу. Но я не фанатка. Я не директор. Мне не нужно подлизываться к тебе, чтобы ты раздвинула передо мной ноги. Ты платишь мне за то, чтобы раздвинуть передо мной ноги. Ты заплатила авансом. У меня нет причин врать. Скажи "спасибо, за то, что назвали меня великолепной, Госпожа".

– Спасибо, за то, что назвали меня великолепной, Госпожа.

– Хорошо. Не все еще потеряно. А теперь присядь.
– Госпожа убрала ноги на пол и указала на подушку багрового цвета. Шеридан присела и держала ноги крепко сжатыми.
– Оставайся здесь.

Госпожа

потянула за галстук и развязала его.

– Я завяжу тебе глаза. Это поможет тебе расслабиться и сосредоточиться на ощущениях. У тебя есть стоп-слово?

– Кингсли сказал, что я должна выбрать его. "МакКарти".

– Как односолодовый виски?

Шеридан улыбнулась.

– Вы разбираетесь в алкоголе?

– Конечно. Я католичка. Ты любишь виски?

– Ненавижу. Но его любил Рекс. Не разбавленный.

– Он похож на католика.

Улыбка на лице Шеридан стала шире и Госпожа едва не зажмурилась от ее яркости. Госпожа могла лишь представить, как эта девочка блистает на сцене.

– Я все еще помню вкус его губ. Я никогда не хотела выпить. Я была рада ощущать этот вкус на нем.

– Тогда «МакКарти». Я хочу, чтобы ты могла сказать мне "да", "нет", "стоп" пока мы играем. Скажешь "МакКарти" если, и только если, ты хочешь полностью остановиться, снимаешь повязку, и сцена будет завершена. Я буду прикасаться к твоему телу, но каждая женщина по-своему уникальна. Ты можешь направлять меня, если я буду делать то, что не будет работать. Можешь поощрять меня, если делаю что-то нужное. Понимаешь?

– Понимаю.

Госпожа так пристально смотрела на девушку, что она вздрогнула.

– То есть, да, Госпожа.

– Уже лучше. Не двигайся.
– Госпожа сдернула свой шелковый галстук и натянула его. Осторожно подняв галстук над идеально уложенными волосами Шеридан, Госпожа расположила его поверх ее глаз и завязала на затылке.
– Слишком туго?

– Нет... хорошо. Спасибо, Госпожа.

– Пожалуйста.

– Не ожидала...
– начала Шеридан и замолчала.

– Чего ты не ожидала?

– Я не думала, что вы будете милой. Я не думаю, об учтивости, когда слышу слово "Доминатрикс".

– Я вежлива со всеми своими клиентами, когда выбиваю из них дерьмо. Вежливость - значит обращаться с кем-либо так, как они того хотят. Сегодня ты хочешь, чтобы с тобой обращались мягко. В следующий раз ты можешь захотеть обращения с болью. Звучит красиво, да?

Шеридан улыбнулась.

– Думаю, я не скажу "нет".

– Хорошо. А теперь откинься на спину и дыши. Дыши медленно и глубоко. Я собираюсь положить руки на твои ноги, на этом все. Я не буду прикасаться к тебе где-либо еще, не предупредив тебя.

Шеридан подчинилась, но не без сомнения. Каждая линия ее тела вибрировала от страха, когда она откидывалась на спину и медленно вытягивала ноги. Госпожа решила позволить страху сделать свою работу. Адреналин сделает ее оргазмы прекрасными. Адреналин... Госпоже пришла идея.

– Шеридан...
– Госпожа положила руки на бедра Шеридан, прямо над коленями.
– Ты была напугана, когда была с Рексом?

– Нет. Да.
– Она рассмеялась, когда Госпожа начала растирать ее бедра. – Напугана - не то слово. Но он был старше меня. Я была... скорее заинтригована. Рекс определенно интриговал. Сильный, молчаливый тип. Сексуальный. Умный. Я не могла поверить, что это происходит, даже когда он был внутри меня.