Дороже жизни
Шрифт:
– Послушай меня, Сандра. Ты приехала и обнаружила, что за два года твоя дочь выросла в другой семье и вполне счастлива. Она не нуждается в тебе, Сандра. Я знаю, это больно, но на твоем месте я бы сдался. Ничего нельзя сделать, так бывает в жизни. Возвращайся в Англию и начни новую жизнь. Позволь мне позаботиться о тебе. Я все сделаю ради тебя!
Филипп был прав! Джеймс врал ей с самого начала, ему вовсе не хотелось, чтобы Джолли вернулась к матери. Сандра судорожно огляделась и застыла на месте. В дальнем углу таверны сидел Филипп.
Ну разумеется. Он ведь обещал,
Джеймс проследил ее взгляд и тоже заметил Филиппа. Его глаза сузились.
– Что ж, такую возможность я не могу упустить. Пойду, скажу ему пару слов.
– О чем ты собираешься с ним говорить?
– О том, что ты уезжаешь с виллы и все такое. Подожди меня, я быстро.
Разговор между мужчинами затянулся, и она почти расправилась с шоколадным мороженым и фруктовым пудингом, когда Джеймс вернулся.
– Ну, ты готова?
– Да, конечно. Заберем вещи и поедем в гостиницу. У меня была бессонная ночь.
И все стало яснее ясного. Когда они приехали на виллу, Джеймс немедленно попытался обнять ее. Сандра в ужасе отшатнулась, но он не отставал.
– Нет, Джеймс! Что ты делаешь?
– Ну же, Сандра, не ломайся. Увидишь, тебе понравится. Да ведь ты однажды уже была в моих объятиях…
– Ради Бога, Джеймс!
Она отступала в панике, узнав выражение лица Джеймса. Перед ней был второй Нико, ее муж, грубый и похотливый. Ужас обессиливал ее, и она почти теряла сознание от страха, когда неожиданно прозвучал негромкий и очень спокойный голос – Оставь ее в покое, Крайтон.
– Не лезь не в свое дело!
– Я сказал, оставь эту женщину, или ты очнешься в самолете, в компании бригады реаниматоров.
Джеймс, пятясь, отступил к машине, выругался сквозь зубы и стремительно покинул место сражения. Филипп обернулся к Сандре и так же спокойно спросил:
– Все в порядке?
– Д-да…
Она уронила сумку, все содержимое которой рассыпалось, и они оба наклонились, чтобы подобрать вещи. Лицо Филиппа оказалось совсем близко, его голос звучал встревоженно и заботливо:
– Ты правда в порядке?
– Я испугана, я унижена, я не знаю, что делать дальше, но ты меня здорово выручил, и я тебе очень благодарна.
Он обнял ее за плечи, открывая дверь.
– Мне уйти, или ты предпочтешь, чтобы я посидел с тобой?
– Я буду в порядке, как только успокоюсь. Просто… со мной уже случалось такое, но тогда все кончилось не так удачно.
Он кивнул и ушел, махнув ей на прощание рукой.
Утром Сандра проснулась пораньше и убрала весь дом, затем написала короткую записку своему адвокату о том, что свяжется с ним позднее. Это было ни к чему, но сейчас думать об этом не хотелось. Она шла к Филиппу.
У самого дома она вспомнила, что на сегодня у него назначен важный разговор с Лореной, и решила подождать в саду.
Абрикосы, миндаль, фиговые деревья и вишни цвели, источая умопомрачительный аромат, а между ними повсюду росли розы. Она вышла к огородам, где на длинных ухоженных грядках наливались соком и витаминами овощи, и с улыбкой встретила «цыплятов», которые бродили
Устав, она присела в тени раскидистой оливы и задумалась. Сандре нравилось на Острове. Она изо всех сил пыталась найти хоть что-то, абсолютно неприемлемое здесь для нее самой и ее дочери, но не могла. Здесь был рай, а рай не может быть плохим.
Чужой язык, чужая культура. Смогла бы она жить на Острове? Сердце Сандры забилось сильнее, когда она подумала об этом. Джолли счастлива в этом земном раю, но и Сандра не согласна быть ее мамой по выходным дням.
Было и еще кое-что. Филипп. Она любила его и желала, хотя и понимала, что он способен воспринимать ее только как сексуального партнера. Пока, во всяком случае.
Если бы он выслушал ее объяснения, ее рассказ о Нико! Впрочем, и тогда он воспримет это как оскорбление семьи Фестанакисов и не поверит ни единому слову.
Сандра нахмурилась и поднялась с земли. Собирался дождь, и она поспешила к дому.
Дверь открыл Филипп, не Анастасия.
– Да?
– Я пришла повидать Джолли.
– Не сегодня.
– Хорошо.
Он закрыл дверь, а она уселась на ступеньки и приготовилась ждать. Немного погодя дверь вновь открылась.
– Что ты делаешь?
– Жду, когда ты переменишь свое решение.
– Дождь на улице.
– Я заметила.
Дверь закрылась. Сандра шепотом обругала местных богов за то, что именно сегодня небеса вздумали пролиться дождем, и положила на голову свой рюкзачок. Дождь разошелся не на шутку, а неожиданный удар грома заставил ее подскочить на месте. Сверкнула молния, и Сандра пожалела, что была так непочтительна к богам. Те, судя по всему, решили провести генеральную уборку Острова, и дождь превратился в настоящую стену воды.
Неожиданно она почувствовала, что на нее вода больше не попадает. Огромный зонтик раскрылся над ее головой, и Филипп хмуро буркнул:
– Иди в дом. Интересно, почему это, как только я принимаю какое-то решение, являешься ты и все переворачиваешь с ног на голову. Иди наверх, прими ванну и согрейся.
– Просто не знаю, как тебя благодарить за гостеприимство!
– Не смешно.
Вода лила с нее ручьями, и Филипп все с тем же недовольным видом удалился куда-то, а затем вернулся и принес громадных размеров махровое полотенце, в которое и завернул ее, как в кокон. После этого он сопроводил ее в роскошную ванную комнату, обложенную голубой плиткой, и ушел со словами:
– Пойду найду какую-нибудь одежду. Положу в спальне. Будешь готова – спускайся.
Огромная ванна, в которой вполне могли поместиться и два человека, наполнялась горячей водой, душистая пена поднималась над ней шапкой, и Сандру немедленно потянуло в сон. Если она заснет сейчас, Филиппу придется выломать дверь.
Насладившись ванной, она вылезла, насухо вытерлась и отправилась в спальню, изучать принесенные им вещи. Это не было одеждой Лорены. Мужская рубашка и джинсы.
После безуспешных поисков фена она просто обернула голову полотенцем, наподобие восточного тюрбана, и присела на широкую постель, передохнуть. Раздался стук в дверь.