Дороже жизни
Шрифт:
В тюрьме она прилежно изучала греческий, но безупречное произношение магнитофонной записи и детский лепет – не одно и то же. К тому же присутствие Филиппа способно сбить и более способного ученика, чем она. Он хотел заставить ее страдать… И все потому, что его мужское самолюбие было уязвлено. О, мужчины. Сандра невесело усмехнулась своим мыслям.
Дорожка между тем стала значительно шире, и вскоре Сандра смогла разглядеть стоящий на холме дом, явно старинной постройки, сложенный из больших камней.
Она нахмурилась и попыталась возразить сама себе. Если ребенок нелюбим и заброшен, то и скромный домик на севере Англии, где ждет свое дитя любящая мать, будет лучше любого дворца. Она купит такой домик где-нибудь в деревне, они с Джолли заведут цыплят…
Значительно приободрившись, она уже смелее зашагала по дорожке и вскоре остановилась перед входом в дом. Нервы снова сдали, когда она нажала кнопку звонка. Дверь открыла длинноногая красотка в джинсах и футболке. Но это не Лорена! – в панике подумала Сандра. Кто же это?
– Привет. Вы, должно быть, Сандра? Заходите.
Длинные Ноги излучали холодную приветливость.
Они прошли через великолепный, отделанный мрамором холл, затем через весь дом, и здесь, когда решимость почти покинула Сандру, Длинные Ноги изрекли:
– Он здесь, в саду.
Если все в доме будут относиться к ней таким образом, ей вряд ли удастся внушить Джолли хотя бы привязанность.
Она прошла через дивный сад, словно во сне, и наконец увидела Филиппа, сидящего в тени раскидистого дерева. А рядом с ним… Руки Сандры взметнулись вверх, зажимая рот, стискивая горло.
Джолли.
Слезы туманили ей глаза, когда она почти беззвучно шептала:
– О, моя девочка, моя милая девочка, моя малышка!
Она, жадно пожирала глазами маленькую фигурку. Джолли была одета в яркую маечку и цветастые шортики, волосики собраны в хвостик, однако несколько светлых кудряшек выбились из-под резинки и солнечным ореолом окружали личико малышки. Сандру переполняла любовь. Ее дочь прелестна. Они будут счастливы, обязательно будут, любовь Сандры сломает все преграды на пути к этому счастью!
Девочка возилась с разноцветными деревянными кубиками, и Сандра почувствовала нечто вроде гордости, что ее дочь так здорово умеет играть в одиночестве.
Больше всего ей хотелось кинуться вперед и заключить девочку в свои объятия. Она знала, что это невозможно, и потому стояла, превратившись в колонну, скрытая кустами, предоставленная сама себе. По крайней мере, здесь она может хотя бы не скрывать слез счастья.
Сейчас она выйдет, мило улыбнется и познакомится… Со своей дочерью!
Порыв ветра разрушил башню из кубиков, и Джолли возмущенно взвыла:
– Папа-а-а-а!
Сандра
– Ты давно здесь?
– Достаточно, чтобы услышать… Как ты мог, как ты посмел это сделать? Какими еще способами ты пытаешься отобрать моего ребенка?!
– Я стараюсь поправлять ее, но она так решила сама. Она вообще очень решительная, и у нее есть собственное мнение, ты скоро сможешь в этом убедиться.
– Что ты хочешь этим сказать? И что ты уже наговорил про меня?
– Ничего я ей не говорил. Я вообще не собирался тратить на это время. Ладно, оставим это. Ты готова? Я собираюсь вас познакомить.
Злость, обида, все разом вылетело у нее из головы. Желудок провалился куда-то очень глубоко, а вот сердце заколотилось где-то в горле.
– Филипп, я… я готова, но… Я должна тебя предупредить. Если я замечу, что ты хоть словом пытаешься повлиять на ее отношение ко мне, я немедленно отправлюсь за Джеймсом. Подключу адвокатов. У Джолли должна быть возможность узнать свою мать и полюбить ее. Я ясно выразилась?
– Яснее не бывает. Полагаю, именно об этом вы договорились с Джеймсом сегодня ночью?
Он застал ее врасплох, и она, покраснев, выдавила:
– Э-ээ, да.
– А как насчет утра? Может, он тебе еще кое в чем помогал?
Она вспыхнула от негодования.
– Как ты смеешь…
– Твое возмущение очень красноречиво. Будь осторожна, Сандра. В твоем положении нужно вести себя святее папы римского, а ты пошла по рукам. Сейчас Край-тон, кто следующий? Это может обернуться против тебя.
Она смерила его холодным взглядом, хотя вообще-то он был в чем-то прав. Джеймс хотел остаться на всю ночь. Разумеется, это был всего лишь дружеский жест, но ему стоило бы подумать, как это могут расценить другие! Например, Филипп.
– Я не желаю выслушивать твои оскорбления. Тем более, препираться с тобой. Сейчас я хочу просто увидеть мою дочь, ничего больше.
– Ты помнишь наш уговор?
– Да, да, я все помню, я скажу, что знала ее папу, я сдержу свое слово, Филипп, но и ты помни: никаких трюков!
Он усмехнулся.
– Мне они не понадобятся.
Он выглядел очень уверенным в себе. Поднял руку и помахал кому-то в доме. Через минуту из открытых дверей веранды выплыли Длинные Ноги.
– Ты не принесешь нам кофе, Анастасия?
– Разумеется. И апельсиновый сок для Джолли? Я испекла бисквиты. Если хотите, принесу и их.
Филипп улыбнулся красотке, она улыбнулась ему. Сандра тоже выдавила вежливую улыбку, хотя больше всего на свете ей хотелось, чтобы Длинные Ноги исчезли с лица земли. Немедленно.