«Дорогой Прекрасный Принц...»

Кауффман Донна

Она едва сдержалась, чтобы не вздохнуть и не закатить глаза, как подросток, – обычно отцу требовалось не более десяти слов, чтобы низвести ее до этого уровня. В конце концов, детство Валери прошло в больших городах, затем, став взрослой и начав самостоятельную жизнь, она раз шесть переезжала из города в город. Ее ни разу не ограбили и не изнасиловали, она ни разу не попала под перекрестный огонь бандитских группировок, зато вдоволь наслушалась лекций на эту тему. И неизвестно, сколько лекций о безопасности дорожного движения и женщинах, пострадавших во время вынужденной остановки на обочине, пришлось бы выслушать Валери, если бы она сказала родителям, что недавно получила водительские права. Именно поэтому

она ничего им не сказала. Валери попрощалась и повесила трубку, понимая, что отец желает ей добра – вернее, оба они, отец и мать, – однако втайне она сожалела, что ее родители допустили только одну ошибку в использовании противозачаточных средств: по крайней мере, у нее был бы брат или сестра, которым она могла бы пожаловаться на предков.

Запищал таймер. Валери схватила бокал и, прихлебывая вино, отправилась на кухню, которая располагалась в небольшом помещении, оформленном в радостном желтом цвете. Выглянув в окно, девушка увидела, что на улице льет дождь, и это показалось ей знамением. Вчера, когда она спешила на обед со своими феями-крестными, стоял солнечный июньский денек. Затем – бац! – звонит Эрик и огорошивает ее своими новостями. И вот теперь небеса разверзлись над ее головой. Валери не требовалось божественного вмешательства, чтобы понять: ее последний шанс на успешную карьеру обернулся полным провалом.

Надев кухонные рукавички, она вытащила из духовки поднос с канапе – полуфабрикат, который нужно было только разморозить и разогреть, и поставила его на стол. В этот момент сто сорок фунтов уныния приплелись на кухню, окинули ее мрачным взглядом и безвольно рухнули в узком проходе, испустив тяжкий вздох на случай, если Валери проигнорировала другие индикаторы настроения.

– Я знаю, Гюнтер, знаю, – посочувствовала Валери своему огромному флегматичному сторожу. – Я должна была смириться с тем, что мне не суждена блестящая карьера в обществе ярких личностей. Может, бросить все и переехать в маленький городишко, открыть бутик в стильном отреставрированном доме с уютной квартиркой, располагающейся прямо над магазином? Со временем я перезнакомилась бы с соседями, стала членом местного сообщества, пустила корни.

Валери оперлась на стол, скрестила щиколотки и, потягивая вино, посмотрела в выразительные глаза чудовища, представлявшего собой помесь мастифа и датского дога.

– Похоже, тебя не прельщает такая перспектива. Ты мог бы стать магазинной собакой. Все посетители говорили бы тебе: «Привет». Дети заносили бы тебе угощение по дороге из школы, трепали бы тебя за уши и пожимали бы твои вечно грязные лапы. Ты стал бы городской достопримечательностью.

Гюнтер только вздохнул и шумно перевалился на бок.

– Да. Вот и я думаю так же. Мы не созданы для того, чтобы мирно состариться в Мейберри [4] .

Раздался звонок в дверь. Валери тоже вздохнула, выпрямилась и, сделав последний укрепляющий глоток, отставила бокал.

– Нет, нет, – мягко сказала она, перешагивая через гигантского безучастного пса. – Не вставай. Я скажу убийце с топором, чтобы он не ходил на кухню, если ему дорога жизнь, хорошо? Ты должен защищать уродливый фарфор тетушки Ведьмы, а я возьму на себя оборону других укреплений.

4

Мейберри – вымышленный городок в Северной Калифорнии, в котором происходит действие популярных комедийных сериалов.

Гюнтер тяжело засопел в ответ.

– «Девушке, которая живет одна, необходим защитник», – проговорила Валери, копируя интонации своего отца. – Да, конечно, если вышеупомянутый защитник знает, в чем состоят его обязанности.

Она

взяла Гюнтера щенком из собачьего приюта в Чикаго. Главным образом чтобы успокоить своего отца. И отчасти потому, что это был самый нескладный и самый большой щенок в приюте. Уже тогда жалобный взгляд и болтающиеся уши говорили все о его характере. Забудьте о Мерседес. Сходство Гюнтера с Иа было более очевидным. Остальные щенки скакали и тявкали. Но не Гюнтер. Он стоял, опираясь передними лапами на дверцу клетки, и провожал Валери несчастным взглядом, который она чувствовала даже спиной.

– Я прошла мимо трех доберманов и двух ротвейлеров, но выбрала тебя, – напомнила девушка своему питомцу.

Спустя семь лет и семь городов они по-прежнему были вместе. Хотя Валери подозревала, что в глазах своего воспитанника она так и осталась существом, наполняющим миску едой и сухим кормом. Что касается обязанностей, по мнению громадной псины, они сводились к поглощению всего, что находится ниже уровня стола. Однако Гюнтер каждый день встречал ее, когда она возвращалась домой. Так ли ужасно, что он не выражал чрезмерной любви к ней? Валери кормила его, выгуливала, постоянно снабжала косточками длиной с человеческую ногу. Взамен он терпел ее общество и выполнял некоторые ее требования. В их союзе было нечто, достойное внимания. Если бы содержать мужчину было так же просто, как собаку, Валери не жила бы одна.

В дверь снова позвонили. Валери задержалась у зеркала, висевшего рядом с полкой для шляп, чтобы поправить прическу и подкрасить губы. «Можно подумать, его волнует мой внешний вид», – подумала она. Нельзя сказать, что она строила планы на развитие личных отношений с Эриком, поскольку считала неправильным смешивать работу и удовольствие. Кстати, это создавало определенные трудности, поскольку у Валери почти не оставалось свободного времени. Но Эрик был привлекательным мужчиной, и, повинуясь зову природы, она хотела выглядеть ослепительно при встрече с ним. Даже если он – в силу природных наклонностей – заинтересуется тем, одежду какой фирмы она предпочитает, а не тем, как сидит на ней облегающий костюм.

Конечно, адвокат Эрика мог оказаться нормальным парнем, но каковы шансы, что он будет столь же красив, как его наниматель? Валери заставила себя улыбнуться и открыла дверь. Ей пришлось сделать над собой усилие, чтобы сохранить улыбку на лице. Она не ожидала, что кто-нибудь сможет превзойти светловолосого Прекрасного Принца.

Она ошиблась. В некотором смысле.

Парень, который стоял рядом с Эриком, не был похож на златовласого Адониса. Скорее он являл собой его полную противоположность. Темные волосы с выгоревшими прядями – эффект, которого невозможно добиться ни в одном парикмахерском салоне, бронзовый загар, правильные черты лица (вероятно, незнакомец брился дважды в день), которые прорезали немногочисленные морщины, образовавшиеся от длительного пребывания на свежем воздухе. «Дикарь» – вот первое, что пришло Валери в голову. «Чертовски хорош!» – была ее вторая мысль. Она окинула мужчину взглядом, отметив, что бледно-зеленый свитер в рубчик удачно подчеркивает развитую грудную мускулатуру и мощные плечи, выцветшие, потертые джинсы идеально сидят на бедрах, а видавшие виды кроссовки «Dockers» обуты прямо на босые загорелые ноги.

Если этот тип действительно адвокат, то Валери была готова хоть сегодня приступить к составлению плана по управлению имуществом (о чем, кстати, не раз напоминал ей отец).

Запоздало сообразив, что невежливо пялиться на гостя, Валери протянула руку:

– Валери Вагнер. Буду рада нашему знакомству.

И только тут она взглянула в его невероятно чистые серые глаза, смотревшие на нее с насмешливым удивлением. Девушка почувствовала, как ее щеки заливает румянец.

– Это мой друг, Джек Ламберт, – встрял Эрик, дабы внести ясность.