Дороги

Колчанов Артем

Снаружи, возле дисколета, я встретил Ива. Мальчишка с интересом разглядывал дюзы маршевых двигателей.

– Интересно?
– спросил я.

– Ага, - был ответ, - только не пойму, как он летает без крыльев? Как ракета?

– Он сам весь - одно крыло, ну и как ракета тоже летает.

– Ты сейчас куда-то полетишь?

– На корабль.

– На звездолет? Можно мне с тобой?

– Можно, но только если твои родители разрешат. Пойдем, ты попросишь разрешения. Но только помни, ты обещал не ныть.

– Ага, помню.

Мальчишку естественно

отпустили. Наверно не в последнюю очередь потому, что я в их представлениях имел безупречную репутацию, и мне можно было доверить что угодно и кого угодно. Разве что Ос напомнила сыну, что корабль - не место для игр, и чтобы он вел себя прилично и во всем слушался меня (прадедушку Вика - разве я думал, что когда-то буду величаться таким титулом).

Я усадил мальчишку в соседнее с пилотским кресло, и сам пристегнул его к креслу ремнями.

– В самолете не так, - тут же сказал он.

– Но это и не самолет. А ремни не дадут тебе упасть, даже если мы будем лететь вниз головой.

– А мы будем?
– с восторгом спросил он.

– Может быть, - ответил я, закрывая кабину и пристегиваясь к креслу, - летим?

– Летим, - решительно и без тени смущения сказал мальчишка.

Я медленно поднял дисколет на пару сотен метров и предложил:

– Посмотрим на город?

– Ага.

Мы сделали над Гэздом несколько кругов, на небольшой высоте и с небольшой скоростью. Мальчишка с интересом смотрел на город и звонко вскрикивал, когда узнавал места, где бывал. Да и мне самому было интересно. И кое-какие места узнал и я, только естественно ничего вслух не сказал, это не для ушей Ива. Люди внизу замечали низко летящий дисколет и приветственно махали руками. В ответ я покачивал дисколет, приветствуя этим тех, кто приветствует меня. Потом, заметив, что интерес мальчишки в разглядывании города сверху уже пропадает, я сказал:

– Так, как летает вертолет, мы уже полетали, сейчас полетим так, как летает самолет. Посмотрим на мир с большей высоты?

– Ага, посмотрим.

Я довольно круто поднял дисколет на десяток километров вверх, откуда земля стала выглядеть похожей на лоскутное одеяло - леса, речки, озера, луга - были на ней отдельными лоскутками. А облака - белыми клочками ваты, плывущей над ними. Это было, конечно же, красиво, но не могло вызвать столь же долгий интерес, как разглядывание города с небольшой высоты. По крайней мере, мальчишке это надоело быстрее, чем мне. И он стал смотреть не на землю, а на меня, а потом спросил:

– А как ты управляешь дисколетом?

– Смотри, - сказал я, - вот этот квадрат - светосенсорная панель, я держу на ней правую руку. Двигая рукой, я могу наклонять, накренять и поворачивать машину, - все это я сразу же продемонстрировал.
– Нажатием же на вот эти зоны я регулирую тягу движков - и стартовых, и маршевых, - я немного, но ощутимо поиграл тягой, от этого нас то вжимало в кресла, то почти что заставляло повиснуть, - ну а все остальное делаю левой рукой на кодирующей панели. Каждая команда имеет свой код - комбинацию нажатий

на эти кнопки.

– И много таких команд?

– Несколько сотен.

– И ты их все помнишь?

– Разумеется, это несложно. Но летать можно зная всего несколько десятков основных команд, но чтобы летать хорошо, нужно знать все, причем так, чтобы не задумываться.

– А на дисколете можно ведь и в космос летать?

– Естественно можно, это универсальная машина. На ней можно летать быстро, а космос самое подходящее для этого место. Смотри, Ив, сейчас мы поднимемся в космос. Будут перегрузки, но небольшие.

Дисколет плавно взмыл на космическую высоту и набрал гиперболическую скорость. Я выключил двигатели, и в кабине установилась невесомость. Дисколет - слишком маленькая машина, чтобы устанавливать на ней компенсаторы перегрузок, которые в невесомости наоборот, создают искусственное тяготение. И я готов был снова включить двигатель, если вдруг мальчишке станет от невесомости нехорошо. Но оказалось, что и Ив не страдает космической болезнью. Он, глядя на медленно удаляющуюся Лату, вначале даже не обратил внимания на невесомость, заметил же только тогда, когда немного отвлекся:

– Это невесомость, да?

– Она самая. Мы в свободном полете.

– Здорово. А можно мне немного поплавать?

– Только если осторожно. Сильно не отталкивайся, а то шишек набьешь.

– Я осторожно.

Я отцепил его пристежные ремни, впрочем, и сам тоже отстегнулся от кресла, чтобы в случае чего подстраховать мальчишку и не дать ему действительно набить шишек. Впрочем, Ив, попытавшись встать, взлетел вверх и ойкнул, стукнувшись темечком о блистер кабины.

– Говорил же тебе, что набьешь шишек.

– Я несильно, а ойкнул от неожиданности.

Мальчишка чрезвычайно быстро освоился в невесомости, но вдоволь насладиться ею в тесной кабине не представлялось возможным. Правда, он облетел ее всю, потом какое-то время повисел вниз головой, глядя на удаляющуюся Лату, и спросил:

– Наверно на дисколете можно и до других планет долететь?

– Можно конечно, но не стоит.

– Почему.

– Это все равно, что идти в другой город пешком.

– Но ведь туристы-то ходят.

– И на Земле есть отчаянные головы, которые на дисколетах вылетают аж во внешнюю часть системы. Но только времени на такие перелеты уходит недели и месяцы… Не проще ли тем, кого не прельщает романтика странствий и пустого пространства вокруг, воспользоваться более скоростными средствами.

– Ну а до Зулы-то можно долететь?

– Можно, но тоже довольно долго будет, несколько часов.

– Жаль, - сказал Ив.

– Ну как, наплавался? Давай-ка обратно в кресло, будем возвращаться на Атлу.

Мальчишка послушно скользнул обратно в кресло и без вопросов дал себя к нему пристегнуть. Я развернул дисколет и врубил движки. На несколько минут перегрузка вдавила нас в кресла, а когда отпустила, мы летели уже обратно к Атле.

– А что будет, если мы с такой скоростью упадем?