Дороги
Шрифт:
Страна была сметена за несколько часов. Надзиратель уничтожил целую страну, ушедшую вперёд по развитию. Снова горела земля, и кипели озёра. Старый город был уничтожен в первую очередь. Но люди дали Надзирателю бой. Самый настоящий и беспощадный бой отчаяния. Они почти все погибли, бойцы отчаяния, но и Надзиратель был повержен, почти что уничтожен. Лишь с огромным трудом уполз он на Вак зализывать раны. Но люди, которые потеряли почти всё, не оставили его в покое. Очень поспешно, всего лишь за несколько лет они собрали, вооружили и как могли обучили армию из бывших дикарей и отправились на Вак, добивать Надзирателя, ещё не успевшего полностью восстановиться. Надзиратель был окончательно повержен, но и людей, тех людей из уничтоженной страны, почти что
Но многие знания были утрачены. Логово - не Старый город, оно не желало делиться своими тайнами. Прошло не так уж и много времени, и победители Надзирателя уже немногим отличались от дикарей. Даже погибнув, Надзиратель сделал своё дело…
Вакец совсем разошёлся. Но вот в эту его историю мне не очень-то верилось. Надо будет после попросить у Рэя комментариев и анализа. А так это что-то вроде среднего между легендой, сказкой и фантастической историей. Но насколько я понимал, сам вакец искренне верил в то, что рассказывал.
– Дикарями, говоришь, но как тогда это вяжется со всем тем, что последовало потом.
– Я обо всём скажу… Надзирателя больше не было, и развития было не остановить. Прошли десятки веков. На планете научились выплавлять металлы, путешествовать между материками. Снова появились примитивные машины. Развитие продолжалось - естественно, неотвратимо, всё быстрее и быстрее. Вак, сохранивший хоть какую-то крупицу древних знаний, оказался самой передовой страной Латы… Но тогда и пришёл, толи со звёзд, толи из бездны самый первый Повелитель Боли (но тогда его так не называли, это пришло позднее, намного позднее). Он не был Властелином Случая, но не был и обычным человеком, он соединял в себе оба этих начала.
Он и установил Линию. Линию о том, что нельзя опередить время. О том, что если Лата не остановит своего развития, то окажется в полном одиночестве перед вечностью. Что только тогда, когда придут на Лату люди с других звёзд, можно будет продолжать развитие. Идти к звёздам рука об руку с братьями, но не раньше…
– И это у вас знает каждый?
– Что вы, об этом даже думать запрещено. Но всего не утаить, остаются легенды, запрещённые, но неумирающие.
Вакец говорил ещё немало. О том, что последовавшие за первым повелители исказили смысл его пророчеств и превратили Вак в то, чем он стал, нового Надзирателя планеты Лата. Они сумели даже исказить полученные от первого программы-заклятия. Не раз встречали латяне пришедших со звёзд, но всякий раз это заканчивалось плохо для чересчур гуманных пришельцев. Много раз они отбрасывали общество Латы назад в развитии, вплоть до каменного века.
"Игла" прилетела на Лату в очень неподходящее для них время. Заигравшись, они выпустили латян в космос и позволили обзавестись оружием массового поражения. Они готовили очень большой откат. Основная сила Вака была замаскирована. А остальная Лата обрела силу, превосходящую вакскую. Всё должна была изменить долго и тщательно подготавливаемая война. До начала войны оставались считанные часы, когда к Лате приблизился чужой звездолёт, корабль с всё той же планеты, с которой прилетали гуманные пришельцы. Перехватить его в космосе вакцы не могли. Подъём перехватчика мог испортить отношение к Ваку у тех, кто считал его своим союзником. Всё течение войны могло пойти не так, как они рассчитывали. И они решили на какое-то время проигнорировать этого пришельца. Но вот пришелец-то этот оказался, в конце концов, не тем гуманистом. И второй волны войны, которая должна была бы завершить их планы, просто не произошло. Пришедший спутал все их планы, и вторая волна обрушилась на сам Вак. И тогда Повелитель Боли решил пожертвовать Ваком и переместить свой центр на резервную город-базу Танг на Онни. Рассчитывая на то, что время само погубит Лату, а если и не погубит, то это сделают они, восстановив старые корабли и пустив их в ход.
Мы
Повелитель Боли правил болью, которую мог заставить испытывать любого своего человека, прочитав его желания и намерения. Но даже начальник внутреннего порядка не знал о вживлённых устройствах, через которые эту боль и посылал Повелитель. И ещё, он обладал силой внушать свою волю любому. Может быть это было прямым программированием через тот же диск. Но почему тогда он не воздействовал таким образом на меня? Может быть моё мышление имеет что-то, чего нет у них, или наоборот, у них есть что-то, чего нет у меня? Надо будет озадачить этим Рэя, если конечно он сам этим уже не озадачился. Было очень похоже на то, что, взорвав импульсные заряды, мы подорвали власть Повелителя. Эти заряды выдавали такой импульс, что в первую очередь приходили в негодность наиболее сложные устройства. За счёт особой формы импульса и их последовательности достигался эффект, многократно превосходящий действие импульса от термоядерного взрыва. И даже устройства, защищённые от импульса, которыми являлись диски, такого импульса не перенесли. Люди оказались свободными от сиюминутной власти Повелителя и смогли реализовать выход из старинного "звёздного заклятья".
– Вы считаете, что Повелитель Боли погиб?
– Я не могу быть в этом абсолютно уверен, мёртвым я его не видел. Но я его больше не чувствую… Он мог погибнуть при взрыве в его логове, мог погибнуть с группой своих "демонов", сгорев в пыли на поверхности. Но мог и уцелеть, он единственный знает все секреты Танга… Главное то, что он потерял свою власть.
– Не могут ли они, пользуясь всем этим знанием секретов, уничтожить Танг?
– Мы контролируем все заряды… которые нам известны… Наверно могут… Поэтому вы и приказали нам покинуть город?
– В том числе и поэтому.
– Не разрешите ли вы связаться с моими людьми в Танге? Я должен отдать распоряжения. Усилить контроль и уделить максимум сил поискам.
Ночью в районе Танга прошёл сильный ливень. Он значительно остудил порождённую нами пыль. Но всё же был недостаточно силён, чтобы превратить пыль в грязь, непролазную трясину. Он оказался для нас как раз на руку. Пыль схватилась, словно цемент, а тепла оказалось вполне достаточно, чтобы превратить этот цемент почти что в камень.
И утром началась толи эвакуация, толи просто исход людей из подземелий последнего вакского города. Для этого они открыли туннели почти что в девяти километрах от воронки - самые дальние, как заявил эркор. Так что до края распылённого и выжженного нами круга было немногим более километра.
Я приказал Рэю на втором катере контролировать всё с высоты, а свой катер опустил возле открывшегося туннеля. Мы должны были убедиться, что город не покинут те, кому этого делать не следует. А те, кто город покинут, не пронесут с собой ничего, о чём нам впоследствии пришлось бы пожалеть.