Дороги. Часть вторая.
Шрифт:
Но с Арли оказалось вовсе не тяжело.
Ильгет даже предпочла бы, чтобы ребенок спал поменьше, а то и не пообщаешься толком. Но Арли спала как убитая — ежедневно в короткие периоды бодрствования Арнис делал с ней специальную гимнастику, учил плавать (собственно, рефлекторное плавание), и девочка, видимо, сильно уставала. А может быть, ей и по возрасту полагалось столько спать. Кушала она очень хорошо, и с молоком все было прекрасно.
К тому же Арнис взял на себя буквально все заботы.
Дэцин вышел из больницы, и начались учения — но Арнису
— Арнис, ну все-таки это ненормально... ведь это моя обязанность, женская. Я, конечно, рада, что ты помогаешь...
— Иль, тебе кормить надо, ты это понимаешь? Надо, чтобы у тебя молоко было. Тебе нельзя напрягаться, недосыпать сейчас. А насчет женских обязанностей и мужских... я тебе это припомню, когда ты опять на акцию соберешься.
Арли просыпалась по ночам — Арнис вскакивал мгновенно, как по тревоге, быстренько менял ребенку трусики и подкладывал Ильгет — кормить. Пока она кормила в полусонном состоянии, Арнис вызывал тележку-робота с чаем или молочным коктейлем. Он неукоснительно следил за тем, чтобы после кормления Ильгет что-нибудь выпила или съела.
Утром он снова просыпался первым, обычно еще до крика Арли (ребенок довольно быстро установил вполне разумный режим сна и бодрствования и примерно с точностью до получаса его соблюдал). И опять подкладывал Арли матери, а сам валялся рядом и с удовольствием наблюдал процесс кормления.
И весь день, едва малышка просыпалась, Арнис брал ее на руки... Лишь иногда дочка доставалась Ильгет (если Арнис случайно куда-то вышел, или она просто оказалась ближе к кроватке). Ну, правда, слишком уж много было всяких обязанностей, которые нужно было выполнить в короткое время, пока Арли не спала и не начинала еще кричать от голода.
Плавание и гимнастику Арнис взял на себя полностью. Кроме того, Арли недель с двух стали учить ползать — и к двум месяцам как раз и пригодился весь «спортивный комплекс» на полу. Ильгет поражалась — ей казалось, что «ползунки» — это все-таки дети постарше. Но на Квирине все было иначе. Арли развивалась стремительно. Кроме этого, нужно было слушать с ней музыку, петь песни и носить по комнате на руках, демонстрируя познавательные картинки на стенах.
И по большей части все это делал Арнис. Еще и потому, что Ильгет все это казалось диковатым каким-то... да, конечно, рекомендации педагога, да, это наша родительская обязанность... но разве можно так — с такой крохой? Ильгет хотелось только ласкать, целовать малышку, сюсюкать и забавляться... и она делала все это в полной мере. Все же эти «занятия»... что-то в этом казалось ей слишком суровым, искусственным, неправильным.
Но Ильгет понимала, что она все-таки неправа... просто надо привыкнуть, понять. Здесь, на Квирине другая жизнь, другое воспитание.
На Ильгет все равно лежала главная обязанность — кормление дочки. В эти минуты мама наслаждалась по-настоящему. Невозможно выразить это тихое счастье,
Вскоре после рождения Арли окрестили. Крестными выбрали Иоста и, подумав как следует — Иволгу. Та совершенно растерялась.
— Но Иль... ты нашла тоже, кого выбрать. Ведь я христианка-то совсем недавно. И ничего не знаю. И вообще... ты же знаешь, какая я безалаберная. Ну вот у нас Мира есть...
— Давно, недавно — какая разница? — возразила Ильгет.
— Ну все равно... знаешь... я и сейчас-то не очень ревностно... службы пропускаю, молитвы тоже.
— Иволга, — вздохнула Ильгет, — ну тебе трудно, что ли?
Конечно, Иволга согласилась.
Ильгет стояла на краю поля и ждала, когда вернется Ноки.
Совсем недавно начали обучать ее свободному поиску. Сегодня Ноки должна была отыскать на поле — пока совсем небольшом, апортировочный предмет, пропитанный запахом хозяйки. Предмет сбросили с флаера — поиск шел не по следу.
В высокой траве собаки не было видно. Ильгет присела на пенек. Долго она что-то...
Наконец из травы показалась довольная гладко выбритая рыжая морда. От плеч собака была закована в серо-зеленую броню, Ноки приучали сразу работать в костюме, это ей придется делать часто.
В зубах годовалая собака крепко сжимала резиновую палочку. Ильгет бурно обрадовалась.
— Хорошо, Ноки! Умница, золотце ты мое!
Забрала предмет, собака радостно запрыгала вокруг нее.
— Ну вот и все. Стоять. Стоять! — прикрикнула Ильгет. Сняла защитный костюм, освободив высокую копну золотистой шерсти. Ноки к году сильно посветлела, приобретя распространенный у пуделей абрикосовый окрас. Ильгет активировала спайс и связалась с Айлиной.
— Мы все закончили... да, нашла. Семнадцать с половиной минут. А какой норматив? Ага. Ну, до свидания, до вторника.
Ильгет пошла к выходу с полигона. Навстречу ей попадались другие эстарги с рабочими собаками в шлейках или костюмах, она вежливо кивала коллегам. Вскарабкалась во флаер, Ноки привычно запрыгнула на заднее сиденье.
Интересно, как там Арнис... У него сегодня учения, тоже на полигоне, только южнее города. Сегодня впервые они занимаются с новым видом табельного оружия, любопытно, как оно... Ильгет и самой хотелось бы попробовать, это даже не «Молния-бис», которая доставалась только счастливчикам. «Ураган-1», Рэг, как его прозвали, учетверенный ствол и просто фантастическая скорострельность. Ильгет видела его действие на записи — действительно ураган огня, вырывающийся из стволов, отдельных спикул даже не различить. Наверное, здорово держать такую штуку в руках...