Дороги выбора

Галл Юлия

Приготовив мазь, я аккуратно стала смазывать укусы. На драконе, и правда, живого места не осталось. Прикидывая масштаб работы, решила, что я маловато приготовила, но для начала посмотрим, как она сработает. Укусы выглядели небольшими овальными ранками размером с ноготь мизинца. Из них текла, выгоняемая магическими формулами, отрава растворившегося яда. Там, где отравы было мало, я замазывала ранки мазью запечатывая их. Если же отравы было много, обрабатывала мазью вокруг раны, давая возможность яду выйти из организма. Я успела

обработать плечи и спину и перешла смазывать живот, как Эмиер сказал, что обработает раны брата сам.

— Вы стали целителем? Нет? Тогда просто не мешайте.

Помощь мне действительно не требовалась. Я не просто запечатывала укусы, я одновременно направляла яд из организма в нужные мне места, чтобы они быстрей вышли из тела. Но обрабатывая укусы, я заметила одну особенность, все тело Сая покрывали шрамы. Большие, маленькие, глубокие, поверхностные. Казалось, у него были шрамы даже от царапин.

— Мирх, что с ним? Где его так в драконьей форме потрепало?

— Драконья форма тут не причем. Это странность у него появилась после пробуждения темного огня. Любая рана — и всегда от нее остается след, думаю, и от укусов тоже следы останутся.

Обработав укусы Сая, я развернулась к Эмиеру:

— Раздевайтесь.

— Чего?!

— Вас тоже покусали, пока яда не так много, но лучше обработать укусы, иначе…

— Я сам!

— У вас вся спина искусана, как вы там мазать собрались?

— Лэри Киани, позвольте, мы обработаем укусы себе сами, — улыбнулся мне страж смерти Эмиера. Я растерялась.

— Вы думаете, я не умею обрабатывать укусы?

— Что вы, уверены в вашем мастерстве. Но все же лучше присмотрите за нашим Младшим.

Я отдала им мисочку с мазью, и молча занялась изготовлением отвара для укрепления и восстановления внутренних органов после отравления.

— Не сердись, — усмехнулся Мирх. — Они опасаются появления Ара. Боятся, не успеют объяснить Золотому, почему его невеста обмазывает чем-то полуголого дракона.

— Ар знает, что я целитель, и доверяет мне, что я голых мужиков не видела?

— Хм, не уверен, что эта информация известна твоему дракону, — усмехнулся дух мира. — Спроси его об этом, чтобы знать наверняка.

— Угу, делать мне больше нечего, он и так на полчаса всего приходит, а я его про голых драконов буду спрашивать. И вообще, я, когда в академии в лекарне работала, он знал о наших пациентах все и слова не сказал, почему должен поменять свое отношение сейчас?

— Сейчас ты стала его невестой.

В сердце от этих слов стало очень тепло, и на губах появилась улыбка.

— Он еще не заявлял о помолвке, — напомнила я.

— В вашем случае, это простая формальность. Ар своих намерений не скрывает, — заявил Мирх.

— И что? Теперь все пациенты мужского пола будут от меня сбегать?

— Ну почему же все, вот Младший пока не может, — пошутил Мирх.

Я только покачала головой и, остудив приготовленный

отвар, подошла к Саю. Бледность все еще была у него на лице, но дыхание выровнялось. Очистка и мазь работали. Напоив парня, я осмотрела, как выходит из укусов яд.

— Мама, — опять прошептал парень.

— Все хорошо, скоро станет лучше, потерпи немного, — я машинально коснулась лба своего пациента, и перед глазами пролетело видение.

Вокруг идет сражение, на меня нападает отступник, я испуганно пячусь назад и падаю, меч приближается ко мне, и навстречу удару бросается женская фигура, закрывая меня.

Меня выбросило из видения так же резко, как и втащило в него.

— Что это было, — я резко убрала руку со лба парня.

— Ты про что? — удивился Мирх.

— Я коснулась его лба и увидела сражение, на меня кто-то бросился, но женщина закрыла меня своим телом.

— Видимо, Саю видится момент пробуждения его пламени.

— Почему?

— Ему сейчас плохо, а, наблюдая за темным пламенем, я могу сказать одно, но питается болью, страхом и злостью. Чем больше его в теле, тем больше и сильнее пламя. Иногда мне кажется, что темное пламя провоцирует эти чувства, чтобы поработить дракона.

— Ты говоришь о нем, как о живой силе, — заметила я.

— Тьма всегда живая, всегда ищет лазейки захватить пространство побольше. Она ведома инстинктами и ненавистью. Если им поддаваться, не удерживать контроль, она пожирает не хуже темного пламени. Вот только темный огонь — это все же проявление драконьей силы. И мне не нравится, что ее частичка, тем более темная, находится в тебе.

–  Мирх, я помню о ней. Не переживай. Уже столько времени и столько дел было, а она по-прежнему спит.

— Вот именно, что спит, и до сих пор с темным пламенем ты не встречалась.

— А Ар? Он же тоже темный.

— Не сравнивай Ара с другими. Его назвали темным из-за огромного количества силы, что вкачали в него вместе с дарами, он и так по магии был один из сильнейших, а тут… Остальные же драконы подверглись всплеску темного пламени, выпустили свой гнев, ярость, отчаяние. И только с твоей помощью могли усмирить его. А Старший и Младший — у них своя история, свой гнев, своя боль. Ты же никогда не остаёшься равнодушной, желаешь помочь. Но я боюсь, что пока семя в твоем сердце, ты можешь навредить себе.

— Но теперь рядом Ар и его белое пламя. Если семя проклюнется, его росток точно Ар истребит. Так что все будет хорошо, в любом случае, я не буду лезть на рожон. Лучше расскажи, что произошло с братьями? Почему оба сразу стали темными?

— Не сразу, — прошептал Мирх. — И стали они темными по разным причинам.

Я убирала с тела Сая потеки отравы, промывала укусы, обновляла заклинания очистки и слушала новую историю темных. С одной стороны, так похожую на других, так как тут были боль и потери, но все же отличную от других.