Дороги мертвецов
Шрифт:
Информация
Данный перевод является любительским, не претендует на оригинальность, выполнен НЕ в коммерческих целях, пожалуйста, не распространяйте его по сети интернет. Просьба, после ознакомительного прочтения, удалить его с вашего устройства. Перевод выполнен: https://t.me/delicate_rose_mur
Над книгой работали:
DarkLu
Alla
Авторское
Опубликовано издательством Wilted Rose Publishing
Отредактировано Nice Girl Naughty Edits
Корректура от Эклектичного редактора
Дизайн и форматирование обложек в соответствии с Книгами и настроениями
Первое издание | Ноябрь 2022
Все права защищены. Это художественное произведение. Любые имена, персонажи и события используются вымышлено. Любое сходство с живущими или умершими людьми, учреждениями или событиями является случайным. Эта книга или любая ее часть не может быть воспроизведена или использована без прямого разрешения автора, за исключением использования кратких цитат в контексте рецензии на книгу или статьи.
www.jroseauthor.com
Для моих коллег-любителей романтики с медленным горением,
Я не несу никакой ответственности за разбитые kindles или сердечные приступы, вызванные страхом. Наслаждайтесь!
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ О ТРИГГЕРАХ
"Дороги мертвецов" — современный роман о гареме наоборот, поэтому у главной героини будет множество любовных увлечений, между которыми ей не придется выбирать.
Эта книга очень мрачная и содержит сцены, которые могут взволновать некоторых читателей. Это включает физическое и психологическое насилие, пытки, сексуальное насилие, тюремное заключение, графическое насилие, серийные убийства, ПТСР и трихотилломанию.
Если вас смутил какой-либо из этих триггеров, пожалуйста, не читайте эту книгу.
Это роман с медленным горением, поэтому отношения будут развиваться со временем, и уровень остроты будет повышаться с каждой книгой.
— Остерегайтесь, чтобы, сражаясь с монстрами, вы сами не стали монстром… Ибо, когда вы долго вглядываетесь в бездну, бездна тоже вглядывается в вас.
— Friedrich Nietzsche
ПРОЛОГ
ХАРЛОУ
Если мы исповедуем свои грехи, он верен и справедлив, чтобы простить нас и очистить от всякой неправды.
Шепча эти слова своим хриплым голосом, я сцепляю трясущиеся руки и крепко закрываю глаза. В эти мрачные, отчаянные моменты мне часто кажется, что Бог наблюдает за моими страданиями — смеясь и искренне
Мои молитвы так и не были услышаны.
Никто не придет, чтобы спасти меня.
Запрокинув голову вверх, я высовываю язык и ловлю падающие капли воды, стекающие с потолка подвала. Мне редко приносят еду или воду.
Хорошее поведение вознаграждается в этом раю тьмы, но даже после многих лет выученного послушания голод остается моим постоянным спутником. Дьявол иногда шепчет мне, говоря, чтобы я сопротивлялась.
Но это никогда не длится долго. Они выбивают непокорность из моих костей с неистовой злобой, разрывая кожу и повреждая внутренние органы. Меня разбивали вдребезги тысячу раз, а потом столько же раз склеивали обратно в бессистемный пазл.
Если я кричу, когда мне говорят, и стою на коленях, когда пастор Майклс открывает мою клетку, мне перепродают жалкие крупицы жизни. Этого хватает, чтобы выжить. Большую часть ночей я фантазирую о том, как поднять бунт, уверенная, что это единственный способ избежать этой жизни, полной страданий.
— П-пожалуйста... Я х-хочу домой, — всхлипывает она прерывающимся голосом.
— Шшшш, — шепчу я.
Вглядываясь в полумрак, я нахожу свернувшуюся клубком девушку в тесной клетке, соседней с моей. Лора была такой яркой и полной жизни, когда ее притащили сюда, без сознания и истекающую кровью.
Она рассказывала мне истории о своей семье и друзьях, истории о мире, которого я никогда не видела. Ее мечты и надежды, сожаления и пожелания. Она пообещала, что однажды мы испытаем это вместе. Это было обещание на мизинцах, согласованное между нашими клетками, рожденное отчаянием и горем.
Раздается тяжелый лязг, от которого ужас разливается по моим венам. Свет заливает сырой подвал, освещая крутую, прогнившую лестницу и пару блестящих ботинок. Пришло время для ночных молитв.
— Нет... п-пожалуйста... отпусти меня! — Кричит Лора, забиваясь в угол в поисках защиты. — Я хочу домой!
— Помолчи.
Я опускаюсь на колени перед дверью клетки.
— Я не буду просто лежать и притворяться мертвой!
— Перестань болтать, Лора! Из-за тебя у нас обоих будут неприятности.
Опустив голову, я фиксирую взгляд на своих грязных руках. Указательный палец правой руки распух и горячий на ощупь, с постоянной пульсацией от отсутствующего ногтя. Вокруг инфицированного пальца все еще остается корка крови.
Пастор Майклс вырвал его несколько дней назад, когда я осмелилась попросить глоток воды. В те редкие случаи, когда я становлюсь достаточно слабой, чтобы просить о пропитании, мое мужество быстро наказывается.
В разгар зимы моя левая рука все еще болит. Однажды я попросила освободить меня, когда была слишком молода и глупа, чтобы подумать дважды. Кость была раздроблена в двух местах ботинком со стальной набойкой.
— Добрый вечер, девушки. Не правда ли, прекрасный денек, а?
Приветствие пастора Майклса ощущается так, словно лезвия бритвы разрезают меня на кровавые полосы. Все мое тело дрожит, а сердце взрывается в груди. Я прикусываю губу, пытаясь дышать через нее.
Будет хуже, если я потеряю сознание.