Дорогами миров
Шрифт:
— Ну что? Пошли? Вроде все чисто. Как там твоя программка?
— Нормально. Показывает, что частоты меняются, но она их все гасит.
— Стриж, передал я по радиосвязи, — все чисто, можно спускаться. Кабина просторная, вместит человек десять. Как только первые восемь сюда спустятся, мы с Чехом идем первые — как силовой щит, вы за нами.
Уже через минуту, внутри кабинки собралась первая десятка. Приготовив оружие к стрельбе, я стал ждать. А парочка парней за несколько секунд ловко раздвинули двери лифта.
Перед нами открылся вполне привычный офисный коридор.
Нас ждали, но приготовившиеся к стрельбе военные, прячущиеся за амбразурами КПП и коридорными ответвлениями, стояли и лежали совершенно неподвижно. Лишь искаженные гримасами боли лица выдавали, что им совсем не комфортно. Защитный периметр Селены действовал безукоризненно.
Первой наружу выскочила Багира, пробежав пару метров, она остановилась у одной из напольных плит в знакомой собачьей стойке и, повернув ко мне голову, предостерегающе захрипела.
— Внимание, парни, — передал я по общей связи. — Будьте все осторожны! Центральная пятая плитка от выхода из лифта — заминирована. Это ловушка, обходим ее ближе к стенам.
Подойдя к Багире, я потрепал ее по голове:
— Молодчина! Давай дальше проверяй.
Но больше ловушек не оказалось.
Захват второго уровня прошел без единого выстрела. Обезоружив и заковав в наручники охрану, ребята Стрижа пробежались по всем помещениям, собрав весь научный персонал в одной из комнат, но так и не обнаружили нашего Семена Андреевича.
Стриж, приведя к нам одного потрепанного корейского ученого, указал на него:
— Этот знает, что случилось с вашим земляком.
Мы даже еще не успели начать расспрос, как "яйцеголовый" затараторил:
— Мы тут не причем! Господа офицеры, мы только проводили опыт. Мы даже ничего не успели понять, как он исчез!
— Как исчез? — Куда исчез? — перебивая друг друга, стали мы наседать на очкарика. Но тот, скукожившись от страха, все повторял:
— Я не знаю! У нас все записано, есть видеозапись. Я не причем, только не бейте меня…
Серега, встряхнув ученого за шиворот, приказал:
— Веди, показывай, где эта видеозапись.
Стеная и запутываясь в полах халата, он привел нас в соседнее помещение. Это был небольшой ангар, где находилось отдельно стоящая будка наблюдателя с фиксирующей аппаратурой. Все остальное помещение ангара было заставлено ящиками с артефактами, стеллажами с инструментами. А так же столами, на которых находились какие-то полуразобранные конструкции и механические приспособления, используемые в исследовательских целях. Заведя нас в эту будку, он включил на одном из стоящих рядом мониторов видео с отцом шефа.
Изможденный Семен Андреевич проводил опыт. Увиденные нами раньше артефакты — скалка, додекаэдр и тарелка — оказались частями единого элемента. Взяв скалку в руки вертикально, Семен Андреевич надел на другой ее конец додекаэдр через круглое отверстие. Сверху водрузил тарелку с непонятными символами. Получилась конструкция, напоминающая сплющенный кубок. Правой рукой, на которой было надето пятигранное
Семен Андреевич, поднеся свою правую руку к голографическому изображению спирали, стал медленно ее разворачивать в разные стороны, что-то рассматривая в легкой дымке. Как вдруг, нажал пальцем одну из ярких звездочек. В паре метров от него в воздухе засияла небольшая радуга, образуя светящуюся арку, похожую на миниатюрный и знакомый нам портал.
Семен Андреевич оглянулся прямо в объектив снимающей его камеры, улыбнулся и произнес:
— А вот хрен вам!
После чего сделал пару шагов прямо в это сияние и исчез! Светящаяся арка тут же мгновенно погасла. Ученые, выйдя из оцепенения стали суматошно метаться по залу ничего не понимая, но было поздно. Семен Андреевич ушел через открывшийся портал в какой-то неизвестный нам мир.
— Селена, произнес я, — скопируй всю информацию, хранящуюся в этих компьютерах.
— Сделано, тут же отозвалась она.
— Ну что будем делать, мужики? — спросил я у своих друзей.
— А хер ли нам здесь еще делать, — матюкнулся Серёга. — Семена Андреевича здесь нет, а с местным хозяйством пусть армия разбирается.
— Согласен, — дополнил его краткое выступление Степаныч. — По крайней мере, мы теперь знаем, что отец шефа сбежал от похитителей, и скорее всего, находится в относительной безопасности. Надеюсь, он в скором времени даст о себе знать. Возвращаемся.
— Надо будет попросить летунов, чтобы добросили нас к стоянке гироскутеров, а то что-то устал я пешком мотаться, — закряхтел Володя.
— Ну, вот и порешили, согласился с ними я. — Идем назад.
Но пока мы совещались, совсем упустили из вида нашего ученого. Он, пользуясь тем, что мы отвлеклись на совещание, набрал какую-то комбинацию на клавиатуре и вдруг раздался щелчок и все системные блоки задымили.
— Ха-ха-ха, — истерично засмеялся он. — Теперь вся информация уничтожена, вы ничего не получите из наших записей. Можете расстрелять меня, я уже ничего не боюсь! И как мгновенно изменилось его лицо, когда он увидел наши сочувствующие физиономии.
Я еще даже не успел съязвить, как Володя, заботливо поправив на нем сбившийся белый халат, произнес:
— Парень, ты не на Земле. Нам нет необходимости подсоединяться к твоим блокам, вся информация давно уже у нас в базе данных. Так что можешь сам себе сделать харакири или сепуку. Ну… что там у вас у корейцев принято делать?
Оставив ошарашенного очкарика у "разбитого корыта" мы отправились назад. Стриж уже навел полный порядок в этом подземном хозяйстве. Часовые охраняли захваченных бойцов и персонал. Другие опечатывали ящики с инструментами и артефактами. Увидев нашу компанию капитан, отдав очередное распоряжение, улыбаясь, подошел к нам.