Дорога
Шрифт:
Рабочие только подтягивались на рабочее место, кто-то подъезжал на машинах, а кто-то уже шел из соседнего вагончика, переодетым и отдохнувшим.
Николай Николаевич вошел в вагончик за ней следом и уселся напротив за свой стол.
– Как доехала, без пробок? – тихо поинтересовался он.
– Да, проскочила сегодня. – радостно отозвалась она и, взглянув в его сторону, призналась: – У меня свекровь приехала рано утром. Всех перебудила.
– В гости?
– Да, соскучилась. – отвечала Рита, а сама уже открыла
– А я сегодня так плохо спал. – признался Потап. – Можно сказать, вообще не спал. Жарко, ворочался всю ночь, кошмары снились.
– Ой, Николай Николаевич, может тебе успокоительных попить? – смотрела на него прораб и улыбнулась.
– Водки мне надо. Сразу грамм так – ндцать.
– Что так? – удивилась Маргарита Савельевна и замерла, вглядываясь в глаза начальника.
– Да… – отмахнулся он и задумчиво уставился в открытое окошко.
– Врать будешь? – смотрела на него Рита.
– Вот все вам женщинам расскажи! – отговорился он и посмотрел в ее сторону.
– Да, мы такие! – кокетливо покачала она головой.
– Какие? – уставился на нее Потапов и был рад хорошему ее нестроению.
– Женщина – это шкатулка с секретом, а мужчины – сундуки со сказками. Ох и сказочники некоторые из них!
– А вас не в чем упрекнуть? – с упреком спросил он.
Тут у неё зазвонил телефон, она посмотрела на экран и сразу сменилась в лице. Коваль включила свой айфон, и тихо сказала:
– Здравствуйте, Семен Иванович.
– Здравствуйте. – ответил хирург и спросил: – Вы поговорили с супругом по поводу операции?
– Нет пока.
–Я вчера собрал консилиум, и все мы пришли к единому мнению – оперировать надо срочно и немедленно. Иначе будет поздно.
– Я поняла.
– Тогда звоните мне сегодня, а завтра кладем вашего мужа на внеплановую операцию.
– Хорошо. – соглашалась она, а на глаза вновь наворачивали слезы.
Связь прервалась, а Рита задумчиво застыла с трубкой в руке и полностью ушла в свои раздумья. Но уловив на себе пристальный взгляд Потапова, сразу извинилась, резко встала из-за стола, и спешно вышла из вагончика, не закрыв своего ноутбука.
Она быстрым размашистым шагом пошла к своей машине, стала за нее и пошла вдоль дороги, удаляясь от объекта в противоположную сторону. Тут же набрала номер свекрови, и как только та ответила, тихо заговорила:
– Наталья Дмитриевна, это я.
–Да, я слушаю тебя, Риточка. – тихо отозвалась та.
– Вы говорили с Дэном?
– Да, он мне все рассказал. – тихим и страдальческим голосом призналась она.
– Сейчас звонил доктор и сказал, что надо срочно ложиться на операцию. Они вчера там созвали целый консилиум и…
– Я поняла, я подготовлю сейчас сына.
– Доктор сказал, – стала объяснять ей Рита, – что может взять его на операцию прямо завтра.
– Вышел за хлебом.
– Наталья Дмитриевна, прошу вас, уговорите его на операцию. Одна надежда на вас.
– Завтра он будет лежать в больнице, это я тебе обещаю.
– Спасибо вам. – выдохнула Маргарита с облегчением, но на душе было больно и горько.
– Ты работай и не волнуйся, ты теперь кормилица в семье. И береги себя. – успокаивала ее свекровь. – У тебя двое деток и, чтобы не случилось, помни о них.
– Я люблю Дэна, я без него ничего не хочу…Я без него жить не хочу! – говорила она, а по щекам градом покатились слезы.
– Все будет хорошо. – стала успокаивать ее женщина. – Надо думать о хорошем, а мысли они материализуются.
– Да, конечно. – согласилась с ней Рита и смахнула с глаз слезы. А сама тихо спросила: – Тогда, до вечера?
– До вечера, дочка. – грустным голосом отозвалась в трубке свекровь.
Коваль отключила телефон и повернула назад. Она вытерла остатки слез и уверенно пошла к объекту, понимая, что надо работать, и зарабатывать деньги на всю семью и на лечение любимого мужа.
Потапов встретил ее у вагончика. Понял по ее лицу, что опять плакала. Спрашивать ничего не стал, видел – человек переживает и что тут спрашивать, все на лице написано, и в ее грустных и печальных глазах. Он и сам был не совсем спокоен, ведь вчера вечером у него вновь разразился целый скандал. Оксана кричал, упрекала, плакала, грозилась уйти от него, потом вроде бы успокаивалась, но вновь и вновь упрекала его в том, чего он не совершал.
– Ты изменяешь мне! – выкрикивала она ему в лицо.
– Я не буду оправдываться в том, что не делал! – упорно твердил Николай, а сам желал одного, чтобы все это скорее закончилось.
– Ты не любишь меня!
– Ты сама делаешь все, чтобы я разлюбил тебя!
Но тут Ксения резко сменила гнев на жалость и ласковым голосочком протянула:
– Коль, я ребеночка хочу! – а сама прильнула к его груди и легонько вздохнула.
– Давай усыновим. – предложил он в надежде, что тогда в их семье наступит покой и тишина.
– Я не хочу усыновлять. – лепетала она масляным голосочком: – Мы же не знаем, кто его родил. Чем родители его болели? Может они наркоманы, может они больные были.
– Что ты предлагаешь?
– Давай еще раз обследуемся.
– Уже обследовались. Куда еще поедем?
– Ну…есть же клиники, где вылечивают и потом пары рожают деток.
– Ты найди такую клинику, а я подумаю.
– Вот всегда так! – вновь закричала на него раздраженно Оксана и сразу оттолкнула мужчину от себя. – Ты найди! Ты сходи! Ты езжай! И все время я одна! А ты там на стройке с прорабами любовь крутить будешь?