Дорога шамана
Шрифт:
Пыль просачивалась между пальцев и наполняла воздух. Неожиданно женщина взяла потрясающе высокую ноту, длившуюся невероятно долго, и на это время замерли все, а затем мужчины вновь продолжили свой танец вокруг Принцессы, то приближаясь к ней, то делая пару шагов назад. Они достали новую порцию пыли из мешочков и рассыпали ее в воздухе. Женщина раскачивалась, будто дерево на ветру, и толпа ахнула в восхищении, когда призрачный ветер пронесся под куполом шатра в удивительной гармонии с танцем. Пыль висела в воздухе, и некоторые зрители принялись чихать, что вызвало у остальных веселый смех.
А
Наконец песня женщины и плавный речитатив мужчин достигли крещендо. Шаркающая походка спеков сменилась легким шагом, а затем неожиданно они побежали по кругу, даже дряхлый старик и хромающий инвалид, разбрасывая пригоршни пыли, которая поплыла над толпой. Коричневый порошок разъедал глаза, люди начали волноваться, кашлять и чихать. Я отвернулся от клетки и попытался выбраться из толпы – безнадежно. Я вдохнул пыль, и тут же в горле у меня запершило, а во рту появился отвратительный вкус. Сторож пронзительно кричал, приказывая спекам прекратить. Неожиданно они остановились.
Даже не посмотрев в его сторону, они молча собрались в центре клетки. Мужчины подняли мешочки и потрясли их, но они были пусты. Женщина быстро коснулась рукой головы каждого из них, словно благословляя. Потом они повернулись и, не обращая внимания на гомон толпы и дождь монет, посыпавшийся на пол клетки, направились к своему закутку, показав нам на прощание полосатые спины. Прежде чем войти внутрь, они сблизили головы, очевидно, о чем-то совещались.
Почти сразу же толпа начала расходиться, но прошло еще некоторое время, прежде чем мы сумели сдвинуться с места.
– Никогда не видел ничего подобного, – признался Трист, потирая костяшками пальцев покрасневшие глаза.
Я отвернулся в сторону и несколько раз сплюнул, пытаясь избавиться от отвратительного вкуса во рту. Не успел я вытереть губы платком, как начал отчаянно чихать. Вокруг кашляли люди. Рори продолжал цепляться за решетку.
– Да, она это что-то, – мечтательным голосом протянул он. Приоткрыв рот, Рори не сводил глаз с женщины, наконец-то скрывшейся в глубине закутка.
– Ты ее хочешь? – Мы все повернулись, пораженные непристойным предложением сторожа, который приглушенным голосом обращался к Рори. – Я видел, как она на тебя смотрела, приятель. Ты ей понравился, да, понравился. Обычно я такие вещи не делаю, но… – Он посмотрел по сторонам, опасаясь, что его услышат другие посетители цирка. – Я могу устроить тебе встречу с ней. Наедине. Или с парочкой твоих друзей, если вы не станете ее обижать. Она красотка, и я не хочу ее испортить.
– Что? – тупо уставился на служителя Рори.
– Ты и сам знаешь, чего хочешь, приятель. Вот как мы все устроим. Ты сейчас дашь мне денег, а потом, примерно в полночь, когда толпа поредеет, вернешься сюда,
– Это отвратительно, – скривился Орон. – Она же дикарка. Сторож пожал плечами и стряхнул пыль с рубахи.
– Может, и так, приятель. Но некоторые мужчины любят Диких женщин. Она так прокатит тебя, что ты никогда этого не забудешь. Ничего постыдного тут нет.
– Не делай этого, – тихо предупредил я Рори. – Она совсем не та, кем кажется. – Я не смог бы объяснить ему свои предчувствия.
Мой непутевый товарищ подскочил так, словно я ткнул его иголкой, и удивленно воззрился на меня. Он явно забыл о нашем присутствии, полностью поглощенный уговорами сторожа.
– Конечно нет, Невар. Неужели ты думаешь, что я полный болван?
Сторож утробно засмеялся.
– Вот если ты его послушаешь и упустишь свой шанс, то тогда и будешь полным болваном, приятель. Сделай это сейчас, пока ты еще молод, и тебе будет что вспомнить в старости.
– Пошли отсюда, – заныл Орон.
Орона не смущало, что другие кадеты сочтут его слабаком. И я был рад, что эти слова произнес он, а не я. Мы повернулись и направились к выходу.
– Приходи потом, без друзей! – прокаркал сторож нам вслед, но мы уже начали ввинчиваться в толпу. – Потом ты им расскажешь, как много они потеряли, – донесся до нас его приглушенный голос.
И в самый последний момент на него оглянулся не Рори, а Трист. Так вернутся они или нет? У меня возникло ощущение, что на этом их приключение со спеками не закончилось.
– Давайте посмотрим на остальных уродов и пойдем куда-нибудь еще, – предложил я.
– Мне нужно выпить пива, – заявил Рори. – В горло попало столько пыли, что ее нужно срочно смыть.
И он оставил нас, а я испугался, что Рори пойдет договариваться со сторожем. Я все равно ничего не могу сделать, сказал я себе, и только тут вспомнил, что пришел сюда, надеясь отыскать Эпини. Тщетно вертел я головой в поисках ее дурацкой шляпки. А толпа несла нас все дальше по проходу. Мы посмотрели на высокого человека, ходившего по углям, и на пожирателя жуков, а затем, в очередной раз оглянувшись, я обнаружил, что мои товарищи исчезли. На короткий миг у меня перед глазами возник Рори, сжимающий в объятиях обнаженную женщину, и я почувствовал острую зависть, смешанную с отвращением. Но я заставил себя двигаться дальше.
Постепенно мне удалось выбраться из толпы. Я опять несколько раз сплюнул, но отвратительная пыль спеков словно бы обволокла гортань, и у меня снова начался приступ кашля.
С трудом отдышавшись, я посмотрел по сторонам, и оказалось, что ноги принесли меня в самый дальний угол шатра. Все самое интересное находилось неподалеку от входа, здесь же меня поджидали куда менее любопытные экспонаты. Женщина шевелила изуродованными желтыми пальцами и кудахтала как курица. Человек-насекомое сидел в крошечной палатке из москитной сетки, а по нему ползали тараканы, жуки и пауки. Он со смехом посадил гусеницу на верхнюю губу, словно это усы. Все было слишком спокойным и мирным. Толпа равнодушно проходила мимо.