Дорога на запад
Шрифт:
4
На западной стороне Северного Прохода, там, где прорезанная глубокими колеями дорога устремлялась вниз, через пышные горные луга, направляясь н широкие равнины Палана, ранние птицы распевали свои утренние песни, слетевшись к тому месту, где возле небольшого ручья всегда останавливались на привал путешественники и торговые караваны. Светлокрылые горные сойки трещали и ссорились между разбитых и обгорелых остовов фургонов и трудились над глазами и ноздрями мертвых упряжных животных. Вороны дрались над несколькими распростертыми человеческими
На краю луга появились три волка. Когда один из них прыгнул вперед, вцепился зубами в небольшое тело и потащил его прочь, раздалось громкое хлопанье крыльев и негодующее карканье. Два других волка тоже схватили тело и принялись тянуть его в противоположную сторону, но первый злобно зарычал на конкурентов и те отстали; разгоняя птиц, они принялись рыскать в поисках собственной добычи. Птицы недовольно кричали и подлетали вверх, но тут же опускались на другие трупы, благо в них недостатка не было.
Птицы в это утро были очень заняты...
Шериф стоял над Кевином, уперев руки в бока и разглядывая распростертое на тюфяке тело.
– Вольный рейнджер!
– пробормотал он про себя, затем позвал громко: - Мазер!
Из соседней комнаты, торопясь, выбежала согбенная фигура.
– Да, шериф?
– Он еще не очнулся.
– Слишком мало времени прошло, Люкус. Дай ему время. Ему здорово досталось.
Шериф наклонился поближе и несколько раз всхрапнул, словно прочищая нос. Душистые ветви ясменника были разбросаны по полу, но в комнате все равно чувствовался тяжелый больничный запах.
– У тебя есть комната, в которой бы не было этой вони? Если его ран начнет гнить, я этого не почую, Мазер. К тому же, если даже он пок здоров, то наверняка заболеет к тому времени, когда придет пора выбираться отсюда!
– У нас есть небольшая комнатка наверху, но...
– Вот и положи его там.
– Но деньги, Люкус! Это же...
– Мазер, - шериф опустил массивную руку на плечо собеседника, - ты очень хороший лекарь. Я бы сказал, лучший во всем Вейле, но у тебя один недостаток. Ты очень любишь спорить. А теперь положи парня в свою лучшую комнату и не заставляй меня повторять все с самого начала.
Мазер нервно потер сухие ладони:
– Если это нужно Страже, тогда платить будет Совет.
– Это нужно мне!
Мазер кивнул. Некоторое время он молчал, словно собираясь сказать что-то еще, но вместо этого нахмурился, по всей вероятности, отгоняя пришедшую в голову мысль. Повернувшись, он вышел из комнаты. Было слышно, как он зовет кого-то в коридоре:
– Роб! Новенького перенести наверх!
Шериф снова повернулся к кровати.
– Рейнджер?!
– Он наклонился ниже: - Кевин!
Глаза открылись, и мутный взгляд зелено-синих глаз уставился н дощатый потолок. Затем глаза шевельнулись, в них появилось осмысленное выражение. Хмурый взгляд остановился на шерифе.
– Где конь?
– голос прозвучал хрипло и сухо.
– О нем позаботились.
Зубы Кевина скрипнули, и он стал медленно подниматься на локтях.
– А мои доспехи?
– Все цело, кроме меча. Видимо, он потерялся.
Кевин
– Что произошло наверху, Кевин? Или ты нашел вход в ад?
– спросил шериф.
– Сколько человек понадобилось, чтобы так тебя отделать, и сколько мертвых тел ты оставил после себя?
Кевин молчал, снова уставившись в потолок. Затем спросил:
– Где это я?
– У лекаря. Ты в городе.
– Я... я не помню.
– Тебя подобрал Кентс с постоялого двора перед Первым мостом. Он чувствовал, что тебе худо придется, и поэтому пошел за тобой по дороге. Он сказал, что когда он тебя обнаружил, ты едва переставлял ноги. По его словам, было непонятно, то ли ты сдерживаешь лошадь, то ли она тебя тащит. Короче, вы один другого стоили. Кентс дал тебе питье, которое сделало тебя нечувствительным, как каменный столб. Он ведь эльф, этот Кентс. Он слегк тебя подлатал и привез ко мне. Ему приходилось о тебе слышать - у эльфов, видишь ли, есть свои способы узнавать новости, - и поэтому он справедливо подумал, что это больше касается меня, чем его.
– Мой конь тоже был ранен.
– Кентс хорошо потрудился над твоим конем, Кевин. Лечить животных эльфам удается даже лучше, чем людей, однако не все так хорошо. Одна из стрел сильно поранила его заднюю ногу, и Кентс не смог вылечить ее до конца. Стрела задела сухожилие, и к тому же она была отравлена.
Кевин снова попытался подняться и снова упал на спину.
– Грязные псы!
– пробормотал он.
Шериф погрозил ему пальцем:
– Ты должен лежать. Кентс вылечил твое плечо, так что поблагодари богов, которых ты знаешь, за то что он оказался поблизости. Эльфы умеют делать подобные вещи, как тебе известно. У тебя останется только шрам и приятные воспоминания. Все-таки что же с тобой приключилось?
– Как долго я спал?
– Ты отправился в путь пять дней назад, если это тебе что-нибудь говорит.
– Могучий Маррин! Пять дней!
– Кевин внезапно снова нахмурился.
– При мне было послание...
– Мы его получили. Кентс сказал, что ты сжимал его так, что ему показалось - кулак у тебя вырезан не иначе, как из дуба. В нем была всякая наглая болтовня по поводу дани за проезд на запад. Дурацкие пьяные бредни, угрозы всех сортов, что, дескать, случится много страшного, если дань не будет им выплачена заранее, и все такое, - шериф мгновение помолчал.
– Сколько их было?
– Я видел около тридцати.
Брови шерифа немедленно взлетели вверх.
– Я надеюсь, ты положил их всех?
– Нет, это они меня уложили.
– Как же ты выбрался из этой передряги?
– Конь столкнул меня с дороги вниз.
– Кевин потер глаза.
– Я думаю, что именно так и было.
– Проклятое животное! Оно, оказывается, умнее тебя!
– шериф насмешливо хрюкнул.
Кевин сморщился и потер затылок:
– Меня ударили сзади.
– Ах вот оно что? Они играли не по правилам? То есть, ты хочешь сказать, что эти гнусные мерзавцы не потрудились выстроиться в ряд, чтобы ты укладывал не больше чем по одному за раз? С их стороны это не очень порядочно!