Дорога миров
Шрифт:
– А здорово я тебя надул? – спросил Мирон, закуривая сигарету.
– Надул? Да нет, тебе просто повезло. Если бы не эта стена да еще оборотни, черт их задери… Куда бы они от меня делись?
– Может быть, может быть, – согласился Мирон, не желая обижать крокодила.
– Не может быть, а точно, – давил свое крокодил. – Вот ведь невезуха! Так недолго и вообще завалить службу.
– Службу? А кому
– Да тем же, что и ты.
– Ну, положим, я-то служу этой сумасшедшей планете. Слежу, чтобы на нее кто попало не проник. А вот ты?
– Ну и я тоже. Представь, что могут наделать неизменившиеся, если будут бродить где попало. Впрочем, ты и сам это прекрасно знаешь! Главное то, что в нашем мире, хоть он и кажется сумасшедшим, все прочно связано и переплетено.
Они опять помолчали. Где-то хохотал филин. Возле мусорных куч шуршали бумагой утильмены. С треском завалилась какая-то конструкция. На минуту воцарилась полная тишина, а потом шорох и возня возобновились.
– Слушай, а как тебе удалось приручить оборотней? – поинтересовался крокодил.
– Оборотней? – Мирон пожал плечами. – Да никак.
– Врешь, – убежденно сказал крокодил. – Да ладно, это твое дело. Черт, в город надо, а неохота. Надоело все… Ох, как надоело.
Он вздохнул, поцарапал землю лапой и спросил:
– А ты помнишь тех, кто создал этот мир?
– Кого?
– Ну тех, кто сделал дорогу и изменил наш мир. Раньше планета была как планета. А сейчас…
Мирон недоуменно посмотрел на крокодила. Тот удивился:
– Как, ты не помнишь? Впрочем, что это я? Тебя же тогда еще не было. И нечего так удивленно смотреть… А они были, вот только не помню, какие именно. И ушли они не дорогой миров, а каким-то другим путем. А может, и не ушли, может, просто спрятались и за нами наблюдают. Вдруг и в нашем мире есть какой-то смысл? Ведь не зря же он создан?
Из темноты появился Хрюндик и, остановившись в сторонке, крепко сжал копье, готовый броситься на крокодила по малейшему знаку Мирона.
– Не бойся, – сказал ему Мирон. – Все в норме.
Хрюндик вроде бы успокоился, встал за спиной Мирона, но копье все же держал наготове.
– Я только одного не могу понять, – сказал задумчиво крокодил. Ты-то зачем ввязался в это дело? Ведь они же чокнутые, ненормальные. Или
– Да нет, – устало сказал Мирон. – Нет, дело не в том. Все гораздо проще. Они люди, и я человек. Впрочем, ты не поймешь…
– Где уж мне. – Крокодил сокрушенно покачал головой. – Только чтобы быть человеком, нужно доказать свое право на это. Вот и доказали бы. А я бы, может, их отпустил. Впрочем, даже уйдя в другой мир, они остались прежними. Так что, я думаю, для них проблема далеко не решена.
Мирон пожал плечами. Крокодил повернулся и ушел в темноту. Хрюндик сообщил:
– Ждут…
– Угу, – сказал Мирон и повернулся к шлагбауму. – Сейчас мы их, голубчиков. Кто первый!
Дорога тянулась вдаль, и не было ей конца. Идти было приятно. Звездное полотно слегка пружинило под ногами, а когда Сергей приложил к нему ладонь, то почувствовал, какое оно теплое и шелковистое.
Собственно, освоились они быстро и теперь смотрели на мелькавшие окошечки миров, как на обычную вещь.
– Ну что, какой мир выберем? – спросил Сергей.
– Может быть, вот этот? – сказала Маша.
Они остановились и некоторое время смотрели через окно на чужой мир. Он им понравился.
Маша вытащила звездочку и сунула ее лохматому толстому стражу дороги. Тот довольно заурчал и перестал целить в них своим оружием, похожим на гигантскую мясорубку.
– Проходите, – услышали они, хотя могли поклясться, что страж не издал ни звука.
Шлагбаум поднялся, они ступили в мир, который должен был отныне стать их домом.
В лица пахнуло теплым ветром. Невдалеке начинался лес, в который уходила извилистая тропинка. Где-то очень далеко виднелись крыши деревянных строений.
Сергей и Маша пошли по тропе, мимо холмов, поросших яркими, странной формы цветами, мимо прямоугольного строения, которое басовито гудело. Вступили в лес, окунувшись в его прохладную влажную полутьму, где совершенно не было ветра. Прошлогодние листья пружинили под ногами, а они шли и шли, взявшись за руки и улыбаясь.
Они не видели, что позади них из-за дерева высунулось и тотчас же спряталось что-то очень похожее на белый крокодилий хвост.