Дорл

Тат Саша

– Нет, милая, ты вырастешь омегой, как твоя мама, – мягко сказала Миэль и потрепала дочь по голове. – Альфами рождаются только мальчики.

– Как Алэл?

– Как Арэл. А ты и твоя сестренка, и Лира, и другие твои кузины – вы все омеги. А еще есть беты.

– Бетами бывают и мальтики, и девотьки, я знаю!

– Правильно. Но у твоего папы альфы могли родиться либо альфа, либо красавица омега, прям как ты! – она стукнула пальцем по вздернутому носику своей дочери, и та засмеялась.

Вдаваться в более подробные описания различий людей Миэль

не стала. Альфы, рожденные вести за собой и управлять; омеги, рожденные стать им парой и матерью их детей; и беты – подавляющее число людей. Мир казался простым и понятным. Но сколько альф не доживало даже до совершеннолетия? Сколько умирало в их бесконечном противостоянии друг с другом за право быть лидером? Сколько омег из-за этого осталось без своей пары? Детям об этом рассказывать пока не хотелось.

Арэл, тем временем, устав изучать узоры на подушках, уверенно пополз к траве. Служанка усадила его обратно, но он не собирался так просто сдаваться. В конце концов к нему на выручку пришел отец. Они вернулись с Али от реки, и Дорл коротко бросил:

– Пусть идет.

Возразить ему конечно никто не посмел. Малыш радостно пополз по траве, заставив Али нахмуриться.

– Следите, чтобы он не брал ничего в рот, – сказала она, взяв Лиру на руки. – И не подходите к воде.

– Да, госпожа.

Две няньки последовали за развеселившимся Арэлом, которому понравилось срывать траву и подкидывать ее вверх у себя над головой. Он заливисто смеялся, невольно заставляя всех улыбаться. Даже нахмуренный лоб Али разгладился.

– Я приказала принести чай.

– Отлично. А где мои лук и стрелы? Я хочу немного пострелять.

– Здесь, госпожа…

Дорл еще раз окинул взглядом все вокруг, оценивая возможную опасность. Но охрана была на месте, и кроме бурной реки все было абсолютно спокойно.

– Я вернусь в лагерь, – произнес он, и Миэль почтительно склонила голову.

– Верховный.

Али посадила дочь на подушки, и прихватив налучь и колчан, снова направилась к Тарияне, по пути поцеловав сына. Арэл последовал было в том же направлении, но няньки ловко развернули его в другую сторону, чтобы до него даже брызги от воды не долетали. И тут произошло что-то странное.

До реки еще было приличное расстояние, но ее воды внезапно поднялись огромной волной. У Миэль от ужаса перехватило дыхание и онемело все тело. Не в силах издать даже звука, она глядела на то, как Тарияна гигантским щупальцем потянулась из своего русла к берегу. А еще через мгновение волна вдруг опала на землю и откатилась обратно. Все произошло очень быстро. Никто не успел даже пошевелиться. И вроде бы все встало на свои места: река продолжала бежать в своей колее, светило солнце, шумел лес.

Но Арэла на берегу уже не было.

Дорл

Он никак не мог определить свое отношение к Тарияне. Когда он пересекал ее два года назад – это для него была просто шумная река и не более. Но после он увидел ее мощь. С одной стороны он вроде

бы должен быть благодарен ей, но с другой – ему не нравилось то, что на его земле есть нечто, не поддающееся объяснению и, что самое важное, контролю. Все попытки построить мост обернулись неудачей: река упрямо сносила опоры еще на стадии возведения. Погибло несколько человек, а переправы как не было, так и нет.

Дорл бы предпочел, чтоб Алиен не подходила к воде, но для нее Тарияна значила гораздо больше, чем просто река, возле которой она выросла. Он нахмурился, но промолчал, последовав за своей женой, сразу же кинувшейся к воде. Брызги летели далеко во все стороны, так что даже стоя в нескольких шагах позади Али, Дорл все равно чувствовал их ледяные прикосновения к своему лицу. Она присела на камни, намочив юбку, и опустила руку в воду.

– Холодно, – сообщила она. – Даже летом Тарияна не согревается.

Через несколько секунд Али выдернула руку из воды и подышала ртом на пальцы, согревая их.

– Тогда давай отойдем.

– Сейчас… я только посижу тут минутку…

Она закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Сладкий запах цветущего леса и свежесть, приносимая рекой, и в самом деле были приятными. Впервые Дорл прибыл сюда тоже летом, но местный воздух ускользнул от его внимания – наверное потому, что его голова тогда была занята другими мыслями. Он вообще редко путешествовал просто так, не имея какой-то цели, и сейчас было даже немного странно находиться в таком полурасслабленном состоянии.

Карканье, похожее на воронье, только гораздо громче, раздалось с той стороны реки. Дорл определил, откуда доносится звук, и оказался прав. С одной из елей в небо взметнулась черная тень. Огромный стрикс расправил крылья и, снова закаркав, скрылся за деревьями. Алиен, тоже заметив птицу, проводила ее взглядом.

– Пойдем, Али, не хочу, чтобы ты простудилась.

Она кивнула и снова наклонилась к Тарияне, зачерпнув воды и неуютно поежившись от холода. Встав, наконец, на ноги, и блаженно улыбаясь, Алиен подошла к нему.

– Если я попрошу тебя надеть это и не снимать, ты согласишься? – спросила она.

В ее ладони лежал знакомый кулон в виде небольшого сосуда, в котором плескалась вода из реки.

– Зачем?

– Чтобы река защищала тебя.

– Я думал, Тарияна защищает только северян.

– Ну она же признала тебя вождем нашего клана. Значит, оберегая тебя, она бережет и мой народ. Сделай это пожалуйста, ради меня!

Дорл никогда не носил талисманов, но это был не совсем талисман. Это реальная сила, вот только будет ли она ему помогать? Да и прибегнет ли он хоть когда-нибудь к ее помощи? Вряд ли. Но Али продолжала глядеть на него широко распахнутыми синими глазами с таким призывом, что отказывать и портить ей настроение не хотелось. Она обижалась на него всю дорогу за то, что он следил за каждым ее движением: старалась не смотреть в его сторону, отворачивалась, не обращалась первая. И только сейчас ее губы тронула наконец улыбка, а на щеки вернулся румянец.