Дополнительное время
Шрифт:
Звонок телефона прервал этот милый диалог.
– Алло, Танюшка, привет. Нормально, – Ольга встала с шезлонга и направилась в сторону бара.
Андрей посмотрел на детей.
– Дети, кто хочет на машине долго ехать, а потом на лодке плыть далеко в море, смотреть на медуз?
Дети на слове «медузы» вздрогнули и в один голос завопили:
– Нет, не хотим, не хотим, нам и здесь хорошо!
– Молодцы, и я так думаю, нам и здесь хорошо, – довольно повторил он за детьми. – А вот мама хочет
Ольга вернулась с новым коктейлем.
– Я говорила, что Танюшка снимает виллу тут недалеко?
Заход издалека насторожил Андрея:
– Нет, не говорила.
– Так вот говорю. И она нас приглашает погостить пару деньков у неё.
– С ночёвкой? – Андрей напрягся.
– Ну, это по желанию. Там свой прайвет пул, барбекю. Можно жарить мясо, пить вино, общаться. Погулять по посёлку, так сказать, насладиться местным колоритом.
– И что тебе на месте не сидится? Всё тянет тебя куда-то.
– Я активный человек, сколько раз тебе повторять. Тем более что эта подружка Надя срулила, – с презрением добавила Ольга.
Андрею совсем перехотелось ехать. «Блин, уехала, – в расстройстве подумал он. – Так и есть, вчера был просто банальный секс на отдыхе в последний день».
Грусть накрыла Андрея. Он так надеялся увидеть Наденьку ещё раз. Милую, нежную девочку, с которой было так хорошо, как ему уже не было давно. Внутри завыло, закрутило, стало всё безразлично. Андрей закрыл глаза.
– Хорошо, поехали, – обречённо произнёс он.
Виллой оказался небольшой дом на два хозяина, так называемый дуплекс, с маленькой лужайкой, тёплым бассейном и мангалом, утопленным в груде кирпичей. Вместо общения пустая трескотня полупьяных полугламурных женщин, вместо мяса – дешёвые сосиски.
– Оленька, я всё-таки настаиваю, чтобы вы остались на ночь, – который раз повторила Таня. – Смотри, как детям хорошо вместе.
– Я не против. Прямо глотнула свежего воздуха у тебя здесь, всё так по-домашнему. Надоела эта отельщина.
– И когда успела надоесть? Мы здесь всего ничего, – вставил Андрей.
– Я что, с тобой разговариваю? – с упрёком прошипела Ольга. – Пей своё вино молча.
– Может, мне вообще удалиться? – ответил Андрей.
– Ну, не ругайтесь, друзья, можете оставаться сколько хотите, на втором этаже две спальни. Места всем хватит.
– Мама, а где буду спать я? – пробасил старший сын Тани и окинул Андрея ненавидящим взглядом.
– Разберёмся, – цыкнула Таня. – Пойди, принеси маме шампанского. Мы гуляем, да, Оленька?
– Да, Танечка!
И они залились пьяным смехом, каким смеются женщины, впускающие вторую молодость в своё немолодое тело.
Андрей вошёл в дом. Просторная гостиная с кухней в стиле IKEA. Везде вазочки, картинки. Санузел совмещённый, сносный,
У холодильника стоял подросток.
– Скажи, юноша, какова здесь дислокация спальных мест?
– Чего? – недоумённо спросил мальчик.
– Где кто спит? – проще спросил Андрей.
– А-а, мама здесь, в большой спальне, с близнецами, – он указал на одну из дверей. – Сестра там, – кивнул на другую. – Я здесь, в гостиной. Тётя Надя на втором этаже. Там, конечно, круто. Здесь близнецы орут, всё слышно. Я хотел на второй этаж перебраться, – он тяжело вздохнул.
Было видно, как сильно он хотел найти уединение на втором этаже. Сын от первого брака. Всегда «уже большой, потерпит». Андрею стало его жалко. Но ещё больше стало жалко себя.
– Тебя как зовут?
– Никита.
– Я поднимусь, Никита.
– Да-да, конечно, – отрапортовал подросток.
Андрей поднялся. Лестница привела его на застеклённую веранду с видом в сад. Санузел с душевой кабиной – стандартный набор. И наконец спальни. Одну комнату действительно можно назвать спальней, в ней, скорей всего, и спала Надя. Вторая была наспех переделанным техническим помещением – с маленьким окном под потолком и узким топчаном в углу. Сто процентов здесь предполагалось поместить Андрея. Он злобно ухмыльнулся и бегом спустился на первый этаж.
Ольга по-хозяйски резала ветчину в кухне-гостиной.
– Я не буду спать хрен знает где и хрен знает на чём, – быстро и уверенно сказал Андрей.
– Почему? – не глядя на него, спросила Ольга.
– Потому что у меня недалеко пятизвёздочный отель с охрененным номером и видом на море. И нет кучи маленьких орущих детей.
– Здесь и твои дети, – спокойно заметила она.
– Своих готов терпеть у себя в номере, – последний аргумент предъявил Андрей.
– Ну и уматывай к себе в номер, мудила, – она посмотрела на Андрея ненавидящим взглядом, а нож в руке, которым она указала на дверь, подтверждал её угрожающие намерения.
– С удовольствием, – дрожащим от негодования голосом сказал Андрей. – Достала. Кайфану в одиночестве, без твоих дебильных заскоков и тупых приколов. Гуд бай, май лав, гуд бай.
Такси остановилось у входа в отель. Андрей преодолел мраморную лестницу гостиницы в несколько шагов. Сердце его бешено колотилось от негодования. Почему нельзя сосуществовать мирно? Почему всё время приходится держать оборону и находиться в напряжении? Почему, почему, почему? Вопросы не находили ответов. Они, как камни, складывались в ряды, образуя непреодолимые стены. Эти бастионы душили, сдавливая грудь, и не давали полноценно наслаждаться жизнью.