DOOM. Трилогия
Шрифт:
Я упал на колени, потом растянулся на брюхе и, вжимаясь в пол, стал целиться. Третий мужчина высунулся, чтобы в очередной раз в меня выстрелить, но я угодил ему в глотку. Выстрел отбросил его назад, и еще до того, как он снова нашел глазами цель, ваш покорный слуга влепил ему пулю точно в правый глаз.
На женщине не было ни формы, ни бронежилета. Боец из нее точно был никудышный, поскольку она никак не могла правильно прицелиться. Она пару раз выстрелила, но пули просвистели на приличном расстоянии от меня.
«Эта война может превратиться в нескончаемую, —
Хоть одну из этих гнусных тварей я должен был взять «живьем», если только это слово можно применить в сложившейся ситуации.
План операции созрел мгновенно — между двумя выстрелами. Теперь, когда я знал, что следует делать, меня можно было снова считать настоящим морским пехотинцем!
Быстро, до того, как женщина успела осознать, что происходит, я стрелой пронесся вокруг колонны слева направо, потом справа налево и достиг ее укрытия. Она повернулась не в ту сторону, и, не давая ей возможности исправить оплошность, я прикладом двинул ей в висок.
Она отвалилась навзничь, как кирпич. Автомат выпал из ее рук и звякнул об пол. Я забросил за спину М-211, шарахнул еще раз бесчувственную тварь по роже и, заткнув ей в пасть пистолет, сурово спросил:
— Что здесь, черт дери, происходит?
— Ммммф, хмммф, рмммф, — донеслись нечленораздельные звуки.
Я вынул пушку из глотки женщины-зомби, но она продолжала бормотать так, как будто пистолет был у нее все еще во рту.
— …это ключ. Ворота — это ключ. Ключ — Ворота… На подходе… Всех вас перебьют…
Глаза женщины бегали из стороны в сторону; она была феноменально, неестественно сильной, но все же не до такой степени, как здоровый амбал — Флай Таггарт. Я слегка опустил руку, и она тут же вцепилась в нее, как бульдог.
Я понял, почему глаза у зомби такие сухие, а зрение — плохое: они совсем не моргали.
Приставив пистолет к виску женщины, я сказал:
— Если в тебе еще осталось хоть что-то человеческое, ты должна знать, что эта штука может сделать с твоими сморщенными, куцыми мозгами. Отвечай, что за дьявольщина творится с этими Воротами?
— Огромные. Эти. Эти огромные. — Женщина пристально взглянула на меня, как будто видела в первый раз. Она ничего больше не сказала, но на какой-то миг лицо ее исказила такая гримаса, что вести допрос дальше стало просто невыносимо.
Я взвел курок; глаза ее закатились, она глядела куда-то мимо меня.
— Ты хочешь этого? — спросил я.
Женщина-зомби закрыла глаза. Это была единственная молитва, которую оставили ей те, кто сотворил из нее то, чем она стала.
Нажимая курок, я тоже закрыл глаза. Звук выстрела будто разбудил меня от сна и снова вернул к жизни. Я поднялся, взял «Сиг-Кау» на изготовку и пошел прочь от теперь уже действительно мертвого мертвеца.
Так что же здесь происходило на самом деле? Мне
«Кто построил Ворота?» — на этот вопрос теперь, пожалуй, можно было попытаться ответить. Однако являются ли «огромные… эти», проходящие через Ворота, теми, кто их построил? Или же создатели Ворот сами давно покорились еще более могущественным и ужасным существам, которые теперь, как орда завоевателей, перемещались от Ворот к Воротам, порабощая все новые колонии?
Ни первая догадка, ни вторая особой радости мне не доставили: в любом случае род человеческий, по всей видимости, нарушил границы их владений, за что должен был быть наказан и либо изгнан, либо истреблен вслед за расой строителей Ворот.
Состояние было омерзительное. На слабо освещенном отрезке коридора, у поворота я прислонился к стене, направив дуло М-211 в направлении движения, и присел на корточки. То тело, которое я смертельно боялся и вместе с тем так надеялся найти, мне еще не встретилось. Но ведь Арлин в том или ином виде должна была находиться где-то здесь.
Я молился лишь о том, чтобы она лежала на полу, а не шла на меня на негнущихся ногах, с сухими, немигающими глазами и запахом гнилого лимона.
Я вполне мог быть единственным живым человеком на Фобосе. На тех ребят — моих охранников, наверху, в помещении базы, надежда была слабая. При первой же встрече с зомби они, по логике вещей, сыграют в ящик, точнее говоря, из моих потенциальных союзников превратятся в противников. Я представил себе такую картину: лейтенант Вимс приказывает им стать зомби, и оба Рона, отдавая честь, отвечают:
— Так точно, сэр, будет исполнено! — и тут же прямиком отправляются в ад.
Надо сказать, мне всегда немного не с руки играть в команде. Рассматривать же себя в качестве охотника на зомби
гораздо легче
, полагая, что я — единственное живое двуногое существо на Фобосе. Этих ребят-мертвецов хорошими солдатами назвать трудно. Я их, пожалуй, мог бы всех передавить — если не считать одной маленькой детали.
Мне даже подумать страшно, что в числе других придется расправиться и с тем,» во что превратилась Арлин Сандерс. Такая перспектива меня совсем не прельщала. И дело совсем не в том, что я считал ее своей девушкой — у нее был Додд, который, казалось, вполне ей подходил. Конечно, мы с ним не были закадычными друзьями, но ради Арлин относились друг к другу терпимо.
Клянусь вам, это не было любовью. Просто Арлин жила в том же мире, что и я, а это значило для меня гораздо больше, чем просто носить одинаковую форму. Она не была похожа ни на одну девушку из тех, в которых… я хочу сказать, которых я знал.
Арлин не хуже меня представляла себе, что такое тренировки до полного изнеможения, когда после побудки придурок-сержант выгоняет всех в спортивный зал и что есть силы .вопит:
— Падай на брюхо! На руках — вниз, вверх, раз, два, раз, два. Отжиматься до тех пор, пока я не выдохнусь!