DOOM. Трилогия
Шрифт:
— Что это? — спросил Ритч.
— Дрянь ядовитая, — ответила Арлин. — А вы раньше ее не видели?
Ритч покачал головой.
— Вам крупно повезло, — продолжила Арлин. — Мы с Флаем, можно сказать, уже море этой гадости переплыли.
— Выглядит, как вулканическая лава, — заметил Ритч, лишний раз доказав справедливость старой истины о том, что правда от повторения не становится ложью. — Интересно, она горячая?
— Не очень, — ответил я, — но человека убить все равно может.
Переключатель искушал, как манит ребенка маленький сувенир, вложенный в пакетик с лакомством.
— Знаешь, —
Я поднял с земли камень, запустил его ъ выпиравшую рукоятку переключателя и тут же отскочил назад, опасаясь, что на меня обрушится поток жидкой дряни.
Мне за мою любовь ко всяким кнопкам и рычагам еще при жизни следовало бы памятник поставить. Уже первая попытка оказалась удачной — послышался довольно громкий щелчок, вслед за которым в стене открылась небольшая дверца, и мы получили первый приз за сообразительность: еще один АБ-10 и — что гораздо более важно — пару отличных аптечек. Я бы, конечно, предпочел им встречу с еще одним магическим голубым шаром, от которого куда больше толка, чем от целого госпиталя, но и этот подарок судьбы пришелся очень кстати.
Но радость померкла, когда я открыл первую аптечку — на ней виднелись следы зубов беса. Да, нашей находкой уже успели попользоваться. Эти следы доходчиво объясняли, почему основная часть лекарств отсутствовала — клыкастым, очевидно, очень понравился их вкус. Тем не менее даже беглый взгляд на содержимое аптечек позволял сделать вывод о том, что для Арлин там осталось достаточно медикаментов.
Ритч помог отобрать те из них, которые были ей нужны в первую очередь. Первым делом я продезинфицировал раны, особенно тщательно обработав самую страшную на груди, потом дал девушке обезболивающее и перевязал чистыми бинтами. Ритч, казалось, чувствовал себя не совсем уютно, когда я протирал ватными тампонами колыхавшуюся, обнаженную женскую грудь, но в тот момент ни ему, ни мне не пришло в голову спрашивать у Арлин, было ли ей от этого щекотно. Зато я не забыл поинтересоваться, как она себя чувствует.
— Лучше, — ответила она, но по ее сдавленному голосу и бледному лицу я понял, что до хорошего еще семь верст, и все лесом. Хотя «лучше» — уже неплохо.
Остатки лекарств сослужили неплохую службу и Ритчу. Как бы то ни было, он больше не выглядел чересчур взнервленным. И вообще он был ничего мужик, нормальный — не каждый бы так быстро оклемался после того, как повисел вниз головой на потолке, а потом вместо лазарета попал во все те переделки, которые выпали на нашу долю после его освобождения.
Мне очень хотелось предложить ему шприц со стимулятором, который я использовал в отделанной мрамором комнате, но, видимо, именно это средство стало излюбленным лакомством бесов — все пузырьки из-под него оказались пустыми.
Выйдя с территории большого пальца, мы спустились на ладонь и, подобно урагану, принялись носиться от скалы к скале, наводя порядок, огнем и мечом сметая все, что преграждало нам путь, а заодно и подбирая по дороге то, что могло в дальнейшем пригодиться. Враги в саду попадались сплошь хилые, о них даже упоминать не стоит; главное — дохли, как мухи.
Арлин посчастливилось найти еще одну ракетную установку, которую она с гордостью
Мы настолько обрадовались находке, что, видимо, стали посылать эмоциональные волны наподобие излучения, которые уловили монстры. А этим тварям совсем не по душе, когда люди счастливы.
Поэтому вскоре мы попали в засаду, которую нам устроили шестеро наших бывших товарищей по оружию и служащих Объединенной аэрокосмической корпорации, четверо бесов, трое демонов, два летающих черепа и куропатка с насеста на грушевом дереве (про дерево с куропаткой, как вы сами понимаете, я просто для красоты загнул). В кровавой бойне, которая за ним последовала, Арлин использовала все свои ракеты. Но теперь, по крайней мере, она не могла мне пожаловаться, что никогда не держала в руках чудодейственную малышку ракетницу.
Мы даже не взмокли, разделавшись со всей этой нечистью. Ритч, надо отдать ему должное, по-прежнему схватывал военную науку на лету. У него явно зрела какая-то мысль, которой он не прочь был с нами поделиться. Арлин, как мне казалось, все еще находилась под влиянием встречи с Вильгельмом, и мне захотелось отвлечь ее от печальных размышлений более близким знакомством и занимательной беседой с Ритчем.
Поэтому, как только мы прикончили последнего зомби, я решил его немного раскрутить.
Он уже говорил нам, что занимается компьютерами, но, называя себя простым программистом, явно скромничал. Поскольку пришельцы решили похитить его с Деймоса, я подумал, что он, без сомнени, выдающийся специалист своего дела, подлинный компьютерный гений.
— Так вот, — продолжил свой рассказ Ритч, — мы решили, что Ворота, по всей вероятности, представляют собой устройство для транспортировки больших масс. Если они все еще действовали, а не просто являлись памятником неудачного эксперимента, поставленного многие тысячелетия тому назад, получалось, что все наши физические теории гроша ломаного не стоят. Мы обнаружили, что они отвечают на воздействие микроволн высокой энергии; их контуры в течение нескольких секунд каким-то образом реагируют на каждое такое излучение. Впрочем, к электронике это не имело непосредственного отношения, а было как-то связано с потоками частиц.
Ритч рассказывал свою историю мне, но через какое-то время Арлин тоже начала внимательно прислушиваться, и скоро кончики ее губ опустились, а выражение лица стало таким, как будто она обнаружила, что ее кавалер ей изменяет.
— То есть вы хотите сказать, что воздействовали на Ворота? Значит, это вы их открыли? Господи, Боже мой, получается, что вы сами, своими руками запустили на Деймос всю эту нечисть!
В силу романтичности своей натуры Арлин всегда готова была поверить любой официозной ерунде, которая подавалась как текущая истина в последней инстанции. Я от этой вредной привычки излечился задолго до того, как пришел в морскую пехоту, потому что ни один нормальный морской пехотинец не верит нелепицам.