Донской дозор
Шрифт:
Мальчик отер кровь с лица Димки платком, плотно прижал его к ране, стараясь хоть как-то отвлечь себя от страшного образа преследовательницы. Другой рукой выключил фонарь, чтобы сберечь батарею и беззвучно заплакал от страха, спиной прижимаясь к стене. Над его головой у края ямы, в которую они свалились с Максом, раздалось зловещее, утробное рычание монстра...
Ничего толком так и не предприняв, друзья решили разойтись сегодня, а завтра, в субботу, встретиться у Петровича и обсудить дальнейшие действия. Николай, связавшись
– Сегодня всем отдыхать, а завтра с утра поговорим. Извини, тороплюсь, - она проговорила последнюю фразу скороговоркой и бросила трубку.
По этой причине все и разошлись. Андрей отправился домой к Петровичу, как он сказал - отсыпаться. Хотя ему все, не сильно и поверили. Явно опять нажрётся.
Лёньки надо было идти на завод писать заявление на увольнение.
– Начальница меня не отпустит, - начальник цеха, в котором он работал, была женщина, да ещё и строго относящаяся, ко всему, что касалось работы.
– Заставит отрабатывать положенный срок перед увольнением. У меня в отличие от тебя, - скривил он физиономию глядя на Николая, - отпуск аж в конце года.
– А ты напиши заявление в связи с переменой места жительства, - подсказала Лара.
– По такому заявлению, обязаны уволить без отработки.
– Ну и куда я скажу что уезжаю, - непонимающе посмотрел Лёнька на друзей.
– На Калыму, - пошутил Николай, вспомнив Лёнькино сидение в милиции.
– Шутка.
Хмурый Лёнька поднёс к носу Николая свой кулачище, а потом, усмехнувшись, сказал:
– Шутка. Ну а если серьёзно?
– Наговори что хочешь, - ответила Лара.
– Это документировать не надо. Положение есть такое, увольнять по такому заявлению без отработки.
– Ты не знаешь нашу 'генеральшу', - почесал затылок Лёнька.
– Ну, если будут проблемы, я думаю можно попробовать через Наталью, - успокоил друга Николай, останавливаясь с друзьями возле проходной завода.
– Вот возьми её телефон на всякий случай и звони ей, если что прямо из кабинета начальницы. Я думаю, сестричка найдёт того, кто с вашей начальницей о твоём увольнении поболтает. Но желательно, лучше выкручивайся сам.
– Ну, лады, - Лёнька пожал Николаю руку и, помахав Ларе, скрылся в дверях проходной
***
Лара зашла в комнату и, задёрнув шторы, упала, не раздеваясь, уставшая на диван. Она уже начала засыпать, как вдруг почувствовала, как кто-то над ней наклонился. По её телу пробежала смертельная дрожь. Она попыталась открыть глаза, но какая-то сторонняя сила не позволяла ей этого сделать. Она услышала тяжёлое дыхание над собой, а затем тот, кто склонился над ней, поцеловал её в губы. Этот поцелуй она помнила. Так целовал её только Русик:
– Я пришёл за тобой, дорогая, - раздался над ухом Лары его шёпот.
У Лары всё взыграло внутри желанной
– Я так ждала тебя, милый!
– воскликнула она и, не открывая глаз, протянула к желанному руки и стала ласкать ладонями его волосы, лицо...
И тут, она почувствовала под руками противную слизь, и лопавшиеся от её прикосновения огромные волдыри, а в нос ей ударил тошнотворный запах палёной шерсти.
Она открыла глаза и с ужасом обнаружила в своих руках обгорелую, уродливую - голову Русика. Голова на неё глядела пустыми глазницами, из которых сочилась чёрная густая кровь, и улыбалась ей безгубым, усыпанным острыми звериными клыками ртом, из которого высовывался длинный и толстый чёрный язык, попытавшийся раздвинуть её губы и через рот проникнуть внутрь её тела.
Лара закрыла глаза и во всю силу своих лёгких закричала, и...
...И проснулась.
Сон, рассказанный перепуганной Ларой, чуть ли не рыдающей после него взахлёб, не на шутку встревожил Николая. Это уже были не игрушки, вторую ночь подряд, его девушке сняться кошмарные сны, напомнившие ему о его недавних злоключениях. Что-то тут было не так.
– Собирайся, - решительно подскочил Николай с дивана и направился умываться.
– Ты о чём, - посмотрела на него Лара заплаканными глазами.
– Нам нужно всё это рассказать Петровичу, - выглянул Николай из ванной комнаты.
– Возможно, он подскажет, по случаю чего у тебя такие кошмары начались. Да и время встречи, - Николай кинул взгляд на настенные часы с кукушкой, показывавшие восемь утра, - уже на подходе.
Быстро позавтракав, они заскочили за Натальей. А затем, оставив девушек в общем дворике, Николай поднялся к Лёньке и растолкал того, ворчащего и посылающего всех куда подальше. Когда они спускались по лестнице от Лёньки, то увидели беседующего с девушками милиционера. Тот кинул взгляд на парней и, быстро попрощавшись, вышел из двора.
– Кто это был?
– поинтересовался Николай, подходя к ожидавшим их девушкам.
– Участковый новый, - спокойно ответила Наталья.
– Ходит вот, знакомится со своим участком.
– Участковый говоришь, - проворчал Николай.
Пронзительный взгляд, узких чёрных глаз из-под фуражки, кинутый в его сторону, чем-то не понравился Николаю. Был он каким-то хищным и неприятным. Не слишком ли часто они в последнее время с милицией сталкиваются? Хотя... Они вроде теперь, как бы и сами получается из этих самых органов. Дела...
С такими вот мрачными мыслями и шушукающимися о чём-то своём девушками, идущими позади него и не выспавшегося мрачного Лёньки, они добрались до дома Петровича.
– Опять пил, - строго спросил, наконец, Николай Лёньку, поднимаясь по лестнице к квартире Петровича.
– Пришлось проставиться в бригаде, - покосился тот на друга.
– По случаю увольнения.
– Ну конечно, - хмыкнул с подколкой Николай, - грех, за такое не выпить, - и добавил: - Кстати как всё прошло с заявлением?