Доноры за доллары
Шрифт:
– Ну, как, Степан Алексеевич, готовы протестировать новый кадр?
Лямзин поерзал на стуле, прокашлялся и ответил:
– Родина сказала – «надо», мы ей ответили «есть!».
– Ну и замечательно. Продолжаем наше заседание. По причине расширения...
Скандворд разгадывать уже не было никакой возможности, поэтому остаток планерки я провел, разглядывая профиль заведующей детской терапией – Людмилы Павловны. Профиль был интересным и доставил моему рассеянному вниманию несколько приятных
По окончании планерки все разбрелись по своим рабочим местам. Я же побежал звонить в центральную районную больницу, где прозябал в хирургах мой талантливый друг.
– Наташа, откуда у тебя это платье?
Девушка резко повернулась:
– Дима? Я не слышала, как ты вошел...
– Ты мне не ответила, Наташа. – Суровый взгляд из-под красивых ресниц осматривал с ног до головы нарядную тоненькую фигурку.
– Купила, – мрачно ответила девушка, снова повернувшись к зеркалу.
– А откуда деньги взяла? – по-прежнему хмуро допытывался Дима.
– Мама прислала.
– Не ври. Мама тебе деньги на прошлой неделе присылала, и ты их за квартиру отдала.
– А она еще прислала. На день рождения. – Наташа внезапно оживилась. – Ты что, не знаешь, что у меня скоро день рождения?
– Я почему-то думал, что он у тебя весной...
– Думал, думал! Все бы тебе думать. – Она танцующей походкой подошла поближе и, лукаво наклонив голову, заглянула ему в глаза.
– Скажи, чего бы тебе сейчас хотелось больше всего?
– Какая разница?
– Нет, не так! Что бы ты хотел съесть на ужин?
– Да ничего бы не хотел. Я сыт, в общем-то.
– Ну тебя, какой ты скучный! – Наташа шутя замахнулась на друга, а потом, улыбнувшись, потащила его на кухню.
Там на столе, покрытом белой клеенкой, красовались миски с салатом, жареной картошкой, мясом, тарелочки с тонко нарезанной колбасой и сыром.
– Это что? – Парень, как баран на новые ворота, смотрел на все это изобилие, с особым недоумением поглядывая на поблескивающую темным боком бутылку с марочным вином.
– Это праздничный ужин! Я угощаю! А то нечестно – все ты и ты.
Наташа, как птичка на ветку, легко присела на ближайшую табуретку, тем самым как бы приглашая Диму присоединиться к ней.
Дима тяжело опустился на стул и уставился на Наташу:
– Ты где все-таки деньги взяла?
– Дима! Ну я же тебе сказала! – обиженно надула губки девушка.
– А ты еще раз скажи. Только на этот раз правду.
Наташа нахмурилась и задумалась. Потом, катая пальчиком по столу крошку хлебного мякиша, медленно ответила:
– Я на работу устроилась.
– Интересно! На какую такую работу ты устроилась? – скептически спросил Дмитрий, потянувшись за
– В танцевальное шоу. Знаешь, там так интересно! Такие вот перья на голове, здесь – блестки, тут – стразы, и каблуки такие высоченные-высоченные! – защебетала вдруг Наташа, интуитивно чувствуя подвох в этом внимании к ее делам.
Димина рука с колбасой застыла в воздухе. Наталья между тем продолжила:
– Я сначала думала, что на таких каблуках не смогу. А потом покачалась-покачалась – и пошла! Там такой конкурс был, Димка-а-а!
– Так, куда-куда ты устроилась? В какое шоу?
– Дим, ну какой ты глупенький! В танцевальное, я же тебе говорю. В «Виски и go-go».
– А со мной посоветоваться – трудно было, да?
– А ты мне кто – папа родной? Ну, устроилась на работу – так ведь хорошо! Мне вот и аванс дали – деньжищи!!! – Наташа обвела рукой стол, как бы приглашая оценить всю грандиозность полученной ею суммы.
– Ты что, вместо того чтобы учиться, будешь в этом пошлом месте бегать перед мужиками голой? – Дима бросил колбасу обратно в тарелку. – И уйти ты теперь не сможешь – аванс нужно отрабатывать.
– А что? Работа как работа. Другие вон в кино голыми снимаются – и ничего. А я – артистка будущая, нужно мне от комплексов избавляться? – вдруг разошлась Наталья.
– Замечательно! Из леса – в шлюхи, да? – Дима вскипел, и теперь его не могло остановить ничто.
Он понимал, конечно, что говорит лишнее, но обида на Наташу была слишком велика. Он с нее, паразитки, пылинки сдувал, боялся даже и подумать о том, как велико его притяжение к этому телу, не поцеловал ее даже ни разу, а она...
А она смотрела на него потемневшими серьезными глазами.
– Уходи, – вдруг медленно и грозно сказала Наташа.
– Что? – не понял Дима.
– Уходи, – настаивала она. – Без тебя теперь обойдемся. Ишь, умник выискался! Чистоплюй! Жри сам свои биг-маки, а меня уволь!
Наташа сорвалась на крик, а потом уронила голову на руку и снова залилась слезами. Подняла голову она только тогда, когда услышала, как громко захлопнулась входная дверь.
ГЛАВА 4
Все шло своим чередом. Отношения с подчиненными постепенно налаживались. Они признали наконец во мне начальника, хотя и с большим трудом. Я, правда, после памятного инцидента с Юдиным старался вести себя как тот мудрый король из сказки, отдававший только те приказания, которые будут выполнены. Встречаться с Юдиным по-прежнему было неприятно, хотя очевидных причин этому я не видел. Я наблюдал за его работай издали, но, не найдя никаких поводов больше не доверять ему, оставил терапевта в покое.