Донор
Шрифт:
– Не ссы, – буркнула Гоби, проверявшая пульс у мужчины, которому досталось по голове мраморной плитой. – Всегда был запасной план.
– Точно, был план Б, – процедил Гроукар и наклонился над Энки. – Ну что, мерзавец, где «Сердце»? Куда ты спрятал мой гонорар?
– Не так быстро, – процедила женщина, присаживаясь рядом. – Схемы принес?
– Все при мне, – улыбнулся бородач и похлопал себя по груди. – Лежат в кармане и мечтают попасть в ваши потные ручонки.
Гоби кивнула и обратилась к Энки.
– Ты, правда, меня не помнишь?
– А должен? – охотно отозвался он, надеясь, что бандиты окажутся болтливыми, и у него появится шанс
– Я Гобинда, – представилась женщина. – Тот, которого ты грохнул, Перри. Мы в одной команде. По крайней мере, были в одной, до тех пор пока ты не украл «Сердце». Наивно полагать, что от меня можно скрыться там, где я знаю каждый булыжник.
– Гоби, – мягко сказал Энки. – У меня и в мыслях не было от вас прятаться. И мне, честное слово, жаль, что так вышло с твоим другом Перри. Но если бы вы просто постучали в дверь и предложили поговорить, шансов на взаимопонимание было бы куда больше. Я, правда, тебя не помню. Ретроградная амнезия, как сказал доктор Скайфер. Но если вы что-то обо мне знаете, а я вижу, что знаете, то наша встреча – подарок судьбы. И плевать, что она прошла не очень удачно. Всегда можно начать заново.
– Я ему не верю, – вмешался косматый. – Может, когда-то он и был вашим парнем, но сейчас точно работает на Коэла. Наверняка, уже и «Сердце» ему продал, а мы только зря теряем время.
– Заткнись, – вмешалась Гоби и, усевшись Энки на живот, схватила его за подбородок. – За то, что ты сделал, мне сейчас очень хочется снять с тебя кожу. Живьем. Но я дам тебе шанс, если ты облегчишь нам задачу и просто скажешь, где это чертово «Сердце». Не думаю, что ты спрятал его в этом логове.
– А зачем оно тебе, Гоби? – проникновенно спросил Энки, стараясь сильно не радоваться от того, что давление шнура ослабевало с каждой секундой. – Я ведь, действительно, ничего не помню. Так почему бы тебе не помочь мне. В наших общих интересах, чтобы я вспомнил, как можно быстрее. Напомни, пожалуйста, чье сердце я украл, зачем оно тебе и как вообще выглядит. Что-то подсказывает, что речь идет не о внутреннем органе.
– Ты убил Джола и Гурла! – зашипела вдруг Гоби, и он понял, что настала ее очередь сдерживаться и пытаться не задушить его от ненависти. – Предатель!
– Вообще-то мне показалось, что того парня зовут Перри, и кажется, он жив, – выдавил Энки, скосив глаза на того, кому не повезло с мраморной столешницей. – И в любом случае, я ничего не делал с его сердцем.
– Мы только зря теряем время, – фыркнул бородач. – Он либо играет с нами, либо точно мозги отшиб, хотя это еще умудриться надо. Мне больше нравится первая версия, но в обоих случаях нам поможет план В.
Гоби неприязненно покосилась на руки мужчины. Энки проследил за ее взглядом и то, что он увидел, ему не понравилось. Гроукар держал шприц с синей жидкостью.
– Мусталин первой пробы, – торжественно объявил он. – Универсальное лекарство от потери памяти и завравшихся языков.
– Подожди, – сказала женщина. – Мусталин расплавит ему мозг и сделает идиотом. Это крайний случай, а он еще не наступил.
– Какая разница, что станет с его мозгами? – фыркнул Гроу. – Важно то, что у нас будет целый час, чтобы спросить обо всем, что пожелаем. Да и, в конце концов,
– Эй, не надо наркотиков! – возмутился Энки, надеясь, что успеет перетереть шнур до того, как Гроу перейдет к плану В. – Я скажу, только дайте время! Уже почти вспомнил. Наверное, вы все-таки торгуете органами, а я украл вырезанное у кого-то сердце, которое давно ждал больной клиент, и он вот-вот умрет, если я не вспомню, где спрятал контейнер? Так было? Я прав?
– Ладно, Гроу, – протянула женщина, окидывая Энки холодным взглядом. – Похоже, придется переходить к плану В.
– Гобинда, – вдруг раздался голос ее напарника. Он только что пришел себя и теперь сидел среди мусора, потирая голову. – Никакого мусталина, пока не увидим схемы. Ублюдок проклятый! – Мужчина злобно пнул Энки по ноге. – Я сам едва память не потерял. А ты, Гроу, не торопись. Сначала отдай планы, а потом делай с ним, что хочешь. Нам присутствовать при этом ни к чему. Время, Гоби, время.
Женщина коротко кивнула и протянула руку бородачу.
– Перри прав. Пора убираться отсюда. Квартира эмпата – не лучшее место для допроса. Давай схемы, а мы тебе отдадим… этого.
Она снова презрительно посмотрела на Энки, который затаил дыхание. Он предпочел бы остаться наедине с Гоби и Перри, чем с косматым великаном со шприцем в руке. Чувство опасности никогда еще не вопило так громко.
– Идет, – кивнул косматый. – К тому же ваш парень чертовски хорошо фонит, а я еще не «ужинал». Ведь у нас, черных, нет доноров. Перебиваемся, как можем.
– Не прибедняйся, – отрезала Гоби. – Хоть ты и черный, но все равно эмпат, а это, знаешь ли, приговор на всю жизнь.
Женщина начала вставать с живота Энки, и он понял, что настал тот самый момент, когда говорят: либо сейчас, либо никогда. Шнур уже держался на тонкой нити, которую можно было легко порвать, но звон разбиваемого стекла и порыв ветра, взметнувший тучу мусорной пыли, в сценарий не входил.
Когда голова Перри, сидевшего ближе всех к окну, исчезла в клыкастой пасти, истекающей слизью, соплями и слюнями, Энки пожалел, что у дивана слишком короткие ножки – он мог бы спрятать под ним только руку, а ему нужно было немедленно исчезнуть из квартиры Юджин, причем полностью, со всеми частями тела. Ворвавшаяся с улицы тварь была не просто страшной. Она вызывала немедленный рвотный рефлекс, заставляя любого смотрящего на нее обливаться холодным потом и мечтать проснуться. Крупная особь с красным ребристым черепом, толстым сегментированным брюхом и мощными чешуйчатыми лапами отдаленно напоминала помесь льва и крокодила, но больше всего она походила на дьявола, вывернутого наизнанку экзорцистами. Маленькие горящие глаза утопали в складках влажной, липкой кожи, нависавшей со лба на морду наподобие капюшона, а челюсти с хаотично торчащими, как у акулы, клыками непрестанно работали, пережевывая плечи того, кто еще недавно звался Перри, с такой легкостью, словно хрустели вафлями.
При появлении «гостя» женщина с проворностью кошки запрыгнула на потолок, повиснув на оборванных проводах, но черный эмпат оказался не таким ловким. Удар длинного шипастого хвоста пригвоздил его к стене, а послышавшийся хруст не оставил сомнений, что у Гроу, как минимум, сломались ребра. Решив, что эта жертва уже не убежит, тварь попыталась достать Гоби, но женщина выпрыгнула в окно, предпочтя разбиться, чем быть съеденной заживо. Хотя, возможно, у нее имелись тузы в рукаве – она не производила впечатление сумасшедшей.