Донор
Шрифт:
– Вы, к-как Д-даррел: задаете вопрос, с-сами на него отвечаете, а п-потом объясняете мне, п-почему я ответил неправильно.., - он улыбнулся и с надеждой поглядел на Босса, но тот яростно сосал сигару, делая вид, что не слышит...
– Что я должен с-сделать?
– спросил БД, когда пауза стала невыносимой.
– Ты должен был думать, когда затевал это... Нет ничего тайного...
– и он принялся излагать школьную цитату из Библии, а потом посмотрел на БД и заорал: - Сколько ты получил от Первого лица?! Молчишьблядь?! Ты уволен!
– In the beginning was the word...
– Ты меня обманул!
– перебил Босс.
– И подставил!
– Он по-прежнему почти не матерился.
– Н-ну что вы з-заладили: обманул, обманул!
– крикнул в сердцах БД. Вы ведь н-не в-верите в это! К-то вас п-понудил к такому шагу? Кто?!
Босс не собирался отвечать на крики БД. Он ковырялся с сигарой и старался не глядеть в его сторону.
– Х-хорошо...
– вяло согласился БД.
– Увольняйте... Вы обрекаете меня на н-нищету... Мне п-просто некуда идти... Даррел, узнав, что я п-потерял работу, не п-пустит д-домой...
– Живи здесь, у меня!
– оживился Босс и стал спускаться в бассейн. Ночлег и еда у тебя будут дармовые.
– Босс!
– голос БД дрожал.
– Вы т-только что всего двумя словами, стоя ко мне спиной, п-приговорили к... к ... самому с-страшному, п-поверив этим сукиным детям из совета компании... Унизили, оставили без работы, без жилья, без д-денег, старым таким... Всем этим я с-стал в одну минуту из-за... п-примитивной лжи бездарных менеджеров... Лжи, которую невозможно п-проверить, если не хотеть. П-помните про злые языки, что страшнее п-пистолетов? Один из этих п-пистолетов выстрелил в меня, в лицо... Я н-не ранен... Я убит!
– Он не вытирал слез, которые легко и свободно текли по щекам. Только голос дрожал и густел еще больше...
– Вы сами т-теперь с-сукин с-сын, Босс!
– подумав, негромко сказал БД в заложенный нос, почти не видя ничего сквозь мокрые очки.
– Да, да... Б-беспринципный с-сукин сын, который выставил меня за дверь, з-забыв все, что я с-сделал для компании! Все равно вы - п-продавец цветов, в к-каком бы золоченом дворце не жили... и разбогатели по недоразумению....
БД знал, что это неправда, что он несправедлив к Боссу, что тот талантлив в бизнесе, честен, наколько это возможно, порядочен и умен, но остановиться не мог:
– Без меня этот чертов к-комплекс стал бы собственностью б-банка. Много лет я был для вас Ангелом в белом и уберег и укрепил компанию, хотя вы не очень-то верили в это... Д-думаете, изгнав меня, вы удержите его за спиной?
– Он пошмыгал носом, размазал ладонью
Все остальное произошло быстро и просто: звонок к Даррел, звонок в компанию с просьбой привезти личные вещи из кабинета... Он отправился ночевать на вокзал и удивился непривычной чистоте и парадности залов. Через полчаса двое полицейских подошли и попросили документы. Потом они попросили его покинуть здание вокзала. БД направился к ближайшей гостинице, таща на плече теннисную сумку, набитую одеждой.
Подходя к гостинице, он заметил, что за ним следует высокий худой мужчина, удивительно заметный на ярко освещенной пустынной площади. БД обернулся и уставился на него. Мужчина нерешительно остановился, словно раздумывая: подойти ближе или повернуть назад. БД подождал и вошел в вестибюль. Когда через минуту хлопнула входная дверь, БД знал, что следом вошел незнакомец.
– Не спешите с аккредитацией, - сказал высокий старик с легким латышским акцентом, дружелюбно глядя на БД.
– Мне кажется сегодня вам нужен собеседник...
– Сегодня мне нужна т-только выпивка... Та, что лежит в сумке... П-проваливайте!
– БД повернулся к пожилой женщине за стойкой.
– Я бы не горячился так, - голос за спиной принадлежал интеллигентному человеку.
– Не бойтесь меня... Я будущий друг... Пойдемте...
"Пед!" - подумал БД и, протягивая женщине лицензию водителя, сказал: Одноместный номер, пожалуйста. Самый дешевый... Можно без туалета...
Мужчина за спиной тихо рассмеялся. Не злобно и не страшно. БД обернулся. Очень худой, старый и очень высокий, он добродушно глядел на БД. Поношенная одежда, которой на нем было слишком много, несмотря на теплую ночь, давно небритое и немытое лицо в глубоких морщинах и... очень дорогие бифокальные полихромные очки в круглой золоченой оправе, копирующей послевоенную моду.
"Четыреста-шестьсот долларов за оправу. Дает беспризорник," - подумал БД, улыбаясь в душе.
– Чтоу ваам угоодно, тоуваарисч?
– имитируя латышский акцент, спросил БД.
– В одну кроуват с ваамы все равно нэ льягу, даже еслы вы бывши латышски стреелниек... и ордэноносец... Нэ надэйса...
– Я художник...
– Может, и художник, но г-гомик, точно.
– Нет. Просто художник... Год назад со мной произошло то же, что сейчас происходит с вами. Не возражайте... Хочу помочь...
События сегодняшнего дня медленно раскручивались перед БД, и он, еще не приняв решения, протянул руку и забрал у женщины за стойкой, завороженно слушавшей их диалог, лицензию.
– Хорошо. С-спасибо. П-пойдемте, если вы знаете, что п-произошло...
– Давайте сумку, - протянул руку Высокий.