Доннерджек
Шрифт:
Лидия сердито посмотрела на зайчонка, слишком уж внимательно прислушивавшегося к их разговору. Зверек немедленно умчался прочь.
— Значит… возможно, в твою базовую программу закралась ошибка. Как насчет диагностической программы?
— Их несколько. Я ни разу не пользовался ни одной, но мы без проблем сумеем найти не слишком болтливого Хранителя, у которого имеется необходимое оборудование.
— Тогда давай так и поступим. Вероятно, в твоих старых воспоминаниях есть что-то такое, что теперь, когда ты пытаешься ускользнуть от своего
— Еще бы. Ее приход так напугал меня, что заставил спасаться бегством.
— Институт Доннерджека — одно из немногих заведений, где самое серьезное внимание уделяют медицине и виртуальной инженерии. Как ты относишься к тому, чтобы проконсультироваться с ними?
Вулфер Мартин Д'Амбри колебался.
— Я привык жить один, посещение общественных мест меня пугает.
— Больше, чем потери памяти и то, что ты приходишь в себя в самых неожиданных местах и не знаешь, как туда попал?
— Нет.
— Амбри, если хочешь, мы обратимся в небольшой, полностью автоматизированный центр, но там может не оказаться необходимого оборудования — ведь медтехи тоже лечат далеко не все болезни.
Лидия помолчала, поскольку никогда раньше ей не приходилось задумываться о финансовом положении своего мужа. У нее складывалось впечатление, что в Вирту у него было все, в чем он нуждался, но сейчас она вдруг поняла, что жил он довольно скромно — в определенном смысле, пользуясь дарами земли, и не более того.
— Если тебя беспокоит материальная сторона вопроса, Амбри… у меня денег даже больше, чем достаточно.
— Моя богатая жена, — ухмыльнувшись, сказал он. — А я неплохо устроился, правда? Вскружил голову симпатичной девушке, которая оказалась исключительно способной, талантливой, да еще и из хорошей семьи.
— Но красоткой ее не назовешь, — весело добавила Лидия. Они так развлекались и раньше. По тому, как Амбри улыбался, Лидия поняла, что он прислушается к ее совету и пойдет в Институт Доннерджека.
— Не назовешь красоткой? — Амбри сделал вид, что его возмутило заявление Лидии. — А потрясающие зеленые глаза и улыбка, которая разбивает сердца? «Красотка» — совсем неподходящее слово, чтобы описать вашу внешность, леди Лидия.
Она рассмеялась и потянула его за собой на заросший цветами луг. Амбри сорвал анемон и украсил ее волосы, а она вплела красный стебель какой-то травы ему в бороду. И тут же, защищая их, точно надежной стеной, подул Северный Ветер.
ГЛАВА 8
К великому изумлению Джея, когда они подошли к станции, оказалось, что Медный Бабуин их уже поджидает. Необычный поезд был удивительно гладким и лоснящимся. И хотя он неподвижно стоял на рельсах и периодически лениво пускал в воздух снопы искр, у каждого, кто на него смотрел, возникало ощущение огромной скорости.
Когда Медный Бабуин увидел
— Значит, ты сын Инженера… Не могу сказать, что узнал бы, встретив на улице, но в тебе достаточно от старины Дж. Д., и у меня не возникает сомнений в истинности твоих заявлений.
Джей, рассчитывавший, что у него будет время, чтобы подготовить достойную речь, растерялся и не знал, как реагировать на такой прием.
— Достаточно? Заявления? Ты называл моего отца Дж. Д.?
— Ну и как, ты полагаешь, я должен отвечать на столько вопросов сразу? — весело поинтересовался Медный Бабуин. — Давай-ка поглядим… Да, ты похож на своего отца. Мои знакомые, встречавшие старину Дж. Д., рассказывали о тебе с тех самых пор, как ты, еще малышом забредал в Вирту. Многим известно, что ты его родственник — но насколько близкий, мало кто знает. Я, естественно, отношусь к их числу, поскольку был вместе с Дж. Д., когда он сражался с Танатосом за твою свободу.
— И ты называл его «Дж. Д.». — Джея потрясло столь непочтительное отношение к великому Доннерджеку, человеку, который ему самому представлялся героем, гением, фигурой трагической, — такому прозвище не пристало.
— Именно, и он на меня не обижался. Впрочем, возможно, даже Инженер не рискнул бы на меня сердиться.
Медный Бабуин подчеркнул свое последнее заявление каскадом разноцветных ракет, превративших небо в букет серебристо-синих хризантем.
— А как ты узнал, что я к тебе иду? — спросил Джей.
— А куда еще могут направляться мальчик и обезьяна на спине древнего фанта, которых вперед ведут воспоминания, любопытство и собака, созданная Властелином Энтропии?
— Мизар — творение Танатоса?
— Именно, и он является лучшим подтверждением того, что из Энтропии и Созидания вряд ли получится идеальная пара. Хотя с твоей матерью Властелину Непостижимых Полей удалось добиться отличных результатов… Впрочем, тут ему помогали.
— Удалось добиться?.. Кто помогал?..
— Тебя переполняют вопросы, Дж. Д. — младший. Может, ты предпочитаешь, чтобы я называл тебя просто «младший»?
— Я бы предпочел, чтобы ты называл меня «Джей», так делают мои друзья.
— Надменность и смирение одновременно. Будто сладкий и одновременно кислый суп — на языке возникает такое необычное ощущение, и чуть-чуть хочется добавки.
Джей молчал, не сводя с Медного Бабуина изумленного взгляда; слова скользили по его рассудку, сопротивляющемуся диковинным понятиям. Он представлял себе Медного Бабуина как нечто темное и ужасное, способное напугать самого Властелина Ушедших. Неужели столь чудаковатое и непочтительное существо в состоянии доставить его в Непостижимые Поля? Может быть, оно создано только для одноразового использования? И нужно поискать какой-нибудь другой способ добраться до Танатоса?