Доминика
Шрифт:
– Хорошо. И еще, мама, не хандри! Этим отца не вернёшь! Мы с тобой должны быть сильными.
– Доминика! Хватит меня учить! Тут я мать, а не ты! – вскочив со стула, заорала она.
– Во-первых, не называй меня больше так. Теперь только Ника. Во-вторых, не срывайся на мне за то, что от тебя ушёл муж. Сама виновата, раз упустила мужчину.
Мама с размаху влепила мне пощёчину – я аж отшатнулась от неожиданности и силы удара. Слезы сразу брызнули из глаз. Я развернулась и убежала в комнату. Рухнула на кровать и разрыдалась.
Вся
А ещё ненавижу себя. За то, что рассказала отцу о её появлении. Если бы держала язык за зубами, он бы и не узнал ничего и наша жизнь не превратилась бы в кошмар.
С мамой я не разговаривала до конца дня. Понимала, что наговорила лишнего, но мысль о пощёчине мешала мне извиниться.
Бабушка вернулась из магазина с продуктами. Я слышала их с мамой разговор, но ко мне в комнату никто не зашёл.
На следующий день у дверей квартиры нарисовался «гость». Смешно – теперь отец является гостем.
Я сначала выскочила из комнаты, решила, что он одумался и вернулся. Но он пришёл поговорить с мамой о разводе. Он и со мной хотел поговорить, но я не стала его слушать. Время ушло. Я все решила. Ничего не добившись, отец ушёл. А я снова разревелась.
В течение следующей недели я не выходила из комнаты. Бабушка заходила, приносила еду и попить. Особо мы не говорили. Она только сказала, что родители разводятся, эта женщина не хотела находиться в статусе любовницы, поэтому требовала от отца, чтобы он развёлся. А он и рад, раз так быстро прибежал.
А ещё она сказала, что папа откроет на моё имя счёт в банке и будет перечислять туда деньги на моё житьё-бытьё, а точнее на одежду, еду и тому подобное. В общем, на все, что касается меня. Я оставалась на его иждивении. А вот мама нет. Теперь она сама за себя. Ха! Как будто мне нужны его деньги!
А еще через недельку мы, забрав все возможные документы, покинули наш районный центр и переехали в город.
Первый год учёбы в городе прошел незаметно. Учиться я стала хуже, спустилась на четверки. Зато больше стала заниматься спортом.
Мама начала следить за собой, записалась в спортзал, накупила новой одежды, сделала модную стрижку и действительно стала выглядеть лучше. Устроилась на работу, на должность бухгалтера.
Где-то через год после нашего отъезда к матери приезжал отец. Как потом выяснилось – мириться. Хотел вернуться в семью, но мама его не простила и не приняла.
Узнав об этом, я устроила маме грандиозный скандал. Мне были непонятны ее доводы. Почему она его не прощает? Он же вернулся к ней, он вернулся к нам, он вернулся ко мне! Так сильно хотела вернуть все на круги своя! Что бы моя жизнь снова стала прежней. Но у мамы на этот счет было свое мнение.
После того дня мы с отцом начали понемногу общаться. Не так как раньше, но уже что-то. А с мамой наши отношения испортились еще больше.. Я ей наговорила
А ещё через некоторое время я узнала, что у мамы появился ухажер, руководитель того самого предприятия. Я была очень зла, что из-за какого-то мужика мой папа не может вернуться. Я его тоже не до конца простила, но всё же очень хотела, чтобы наша семья воссоединилась..
А папина первая любовь оказалась очень корыстной стервой. Только и помыкала отцом, а он выполнял любые ее капризы. Но со временем ему это надоело. Мадам стала перегибать палку, и его терпение кончилось. Он понял, что его любовь к ней – просто несбывшаяся мечта юности. И вскоре она ею так же пренебрегла, как и в молодости. Только тогда она выбрала перспективного сына дипломата, а сейчас – статус любовницы высокопоставленного человека в администрации района. И они с отцом разошлись. Он не захотел быть «рогоносцем», а она нашла «рыбу» покрупнее.
Вот только жаль, что пока папа разбирался со своей первой любовью, наша семья развалилась.
Еще один год в городе пролетел без особых потрясений. С мальчиками я почти не общалась. Подруг не заводила. Не знаю почему, но мне казалось, что я тут долго не задержусь. И действительно, по окончании одиннадцатого класса я уехала в столицу поступать в ВУЗ.
К сожаление, мои планы осуществились до конца не вышло. В итоге, я поступила учиться на бухгалтера, и только на заочное отделение – на юриста.
Так как я была иногородней, в нелегкой схватке, но мне дали комнату в общаге. Там я познакомилась и подружилась с Лаймой. Она оказалась родом из Латвии, но в Москве жила уже лет пять. По наставлению родителей поступила на бухгалтерский учёт, хотя сама хотела бы что-нибудь другое, что-то более творческое. Но что именно она не могла определиться.
Вот так мы с ней и прожили пять лет в одной комнате. Мама обеспечивала мое проживание в столице, а папа пополнял мой личный счёт в банке. Теперь мобильный был у каждого встречного, и я общалась с родителями в основном посредством сотовой связи. К сожалению, с обоими диалог особо не получался, но весёлая и позитивная Лайма всегда меня поддерживала.
Я поняла, что сделала правильный выбор, поступив на бухгалтера, потому что после развала СССР слова «девушка» и «юрист» – не лучшее сочетание. И даже опасное для жизни. В правоохранительные органы девушек брать не спешили, потому что на месте преступления у многих представительниц слабого пола просто сдавали нервы. Работать частенько приходилось среди ночи. А в случае столкновения с преступником такая сотрудница сама могла оказаться в опасности.
Это всё мне поведал мой однокурсник с юридического, он работал в ФСБ. Поступил, чтобы иметь корочку. Фактически же не учился, приходил только закрывать сессию.