Шрифт:
Виски в десять утра стало для Саши чем-то вроде традиции. Он молча потягивал обжигающий горло алкоголь, глядя на улицы вот-вот проснувшегося Архангельска из окна своего кабинета на двенадцатом этаже. Слабый звон в висках мешал ему сосредоточиться на текущих делах. В воздухе за окном кружили жирные белые мухи, приглушая утренний свет. Снежная улица внизу наполнялась разноцветными муравьишками: скоро Новый год, главный праздник в году.
При мысли о ёлке и аккуратных подарочках Саша поёжился и сделал новый, более жадный глоток виски. «Наивные», — с сожалением в голосе
Он никогда не понимал предновогодней суеты. Света планировала всё заранее: что кому подарить, какие блюда приготовить, какие игрушки повесить на ёлку. Его немного раздражали её вопросы из серии: «А что мы подарим твоей бабушке?» — какого чёрта ему знать? Сейчас же он готов был отдать всё, лишь бы услышать вновь этот вопрос из её уст. В те новогодние дни она светилась от радости. Боже, как прекрасна бы она была в том бирюзовом платье, что купила на новогоднюю вечеринку… 250 рублей и серьги — именно таков был куш грабителя, который ударил Свету ножом в живот. Обручальное кольцо осталось — думается, убийца просто не успел его снять. 250 рублей…
— Дмитрий Свельницкий на второй линии, — прервала его мысли секретарша София. Соня была приятной юной девушкой, в Корпорации Агата она работала уже более шести месяцев и очень хорошо справлялась со своими обязанностями. Это была её первая работа, и она очень старалась. О смерти жены Александра Бекитова она услышала от коллег, и ей было очень жаль его, однако, она старалась не показывать своего сострадания.
К трём часам дня Саша вышел из здания. Новый год больше не был его любимым праздником, но это был именно тот повод, который способен собрать всех членов семьи вместе, а семья — единственное, что у него теперь осталось. Так что мы подарим бабушке?
Саша заглянул в ближайший магазин. Огромная украшенная ель красовалась в центре зала, сердцевинки золотых бантиков переливались от блеска витрин. Брошь? Шарф?… Степенно слоняясь от отдела к отделу, Саша набрёл на Игромир — отдел игрушек. На автомате он миновал кассы и прошёл вглубь. Света любила кукол Барби, она мечтала однажды сделать свой домик для Барби, но всё как-то не складывалось. Сам того не ведая, Саша добрёл до секции с куклами.
— Три этажа, лифт и качелька в подарок, — услышал он сзади доброжелательный голос продавца. Саша обнаружил себя напротив поросячье-розового домика для Барби. Вдали пронеслись звуки чарующего голоса Барбра Стрейзанд из песни «Where are the clowns». Момент казался сюрреалистичным: Света обожала слушать Барбру накануне Нового года. И тут он решился, как и почему — ему было неясно, но он решил, что ему нужен этот домик. Попутно Саша подобрал пару жителей — Кена и Барби — блондинку, какой была Света….и куклу-ребёнка. Детей они со Светой завести не успели. Последним штрихом был маленький рыжий кот. Зелёный глазки игрушечного котика заставили Сашу впервые за долгое время улыбнуться.
Тащить домик пришлось четыре
— Мужчина, у Вас выпало из кармана, — раздалось сзади. Для того, чтобы обернуться, потребовались усилия. Девушка в синем пальто и коричневой вязаной шапочке, из-под которой торчали светлые локоны, протянула Саше фигурку в виде рыжего кота.
— Спасибо, — слегка стушевавшись, протянул он.
— Очень похоже на мою кошку, — смущённо сказала девушка, — миссис Вискерс.
Тёплая улыбка, озарившая лицо девушки, повлекла ответную улыбку Саши. Лифт дзынькнул, оповещая о прибытии на этаж.
— Спасибо Вам, — повторился мужчина, аккуратно выгружаясь из лифта с домиком в руках.
— Аня. Меня зовут Аня. А Вас?
— Саша. До сви… — тут дверь лифта закрылась, — …дания, — буркнул он, понижая голос к хвосту фразы. Внезапно он почувствовал себя особенно одиноко, будто тени сгустились над ним. Медленно развернувшись, он проследовал в свою квартиру. При мысли о груде розового пластика у себя в руках, его настроение немного поднялось.
Смолотив разом пару бутербродов, он принялся к сборке. Финальным элементом послужила завалявшаяся в кладовке светодиодная гирлянда, осветившая маленький уютный домик. Саша усадил кукол у наклейки, обозначавшей камин. На душе прозвенела парочка рождественских колокольчиков. Только сейчас он заметил, что Барби-блондинка одета в синее платье. Он смутился… Весь прошедший год он провёл в размышлениях о том, как несправедливо судьба обошлась с ним, лишив его Светы, но сейчас, в её крохотной мечте — этом домике — сидит кукла в синем платье, которая настойчиво напоминает ему Аню.
С этими мыслями он встал у окна: наблюдение за суетливыми улицами областного центра успокаивало его. Вон пара девчушек болтают друг с дружкой, эмоционально вскидывая руки; вон таксист покрикивает на парня в вольво; витрины переливаются жёлтыми огоньками; человек в костюме Деда Мороза развлекает толпу детишек. «Всё продолжается, — заключил он про себя. — Суета продолжает пульсировать, время не дремлет, и лишь я цепляюсь за прошлое».
Звонок в дверь выкрал его из страны призрачных рассуждений. Открыв двери, первое, на что упал взгляд Саши, был рыжий котёнок. На его шее красовалась белая атласная лента, а восседал он на ладошках светловолосой девушки.
— Простите. Я… Миссис Вискерс, помните?
— Аня, — улыбнулся Саша. В этот момент что-то тронуло струны его сердца, будто первый весенний цветок пробился сквозь слой пожухлой травы.
— Да, — разулыбалась Аня. — Я Вас не знаю, но миссис Вискерс на днях разродилась шестью прелестнейшими малышами, я подумала, что этот должен быть у Вас.
— Это самая приятная вещь, что слышал за последний год. Проходите, Прошу Вас!
Аня прошла в большую комнату с панорамными окнами. Её взор тут же упал на розовый домик.
— Ого, домик Барби! Мечтала о таком в детстве. Думала даже сама сделать, но все руки не доходят…
Конец.