Домен
Шрифт:
Стоило только переступить порог и большое ярко освещенное помещение, причем освещенное магическими фонарями, что уже показатель, предстало перед взором. Дюжина столов накрыты с виду чистыми скатертями приятного кремового цвета. И стулья вместо неподъемных лавок.
Хм… Стульями кидаться удобнее. Означает ли их наличие, что драк здесь не бывает? Возможно. Скорее всего, контингент постояльцев и завсегдатаев предпочитает выяснять отношения, устраивая импровизированные дуэли на дворе или применяя другие неявные способы членовредительства. Не факт, конечно. Но отчего-то первое впечатление
Присутствующие в некоторой степени подтверждали первоначальное мнение. Парочка дворян мирно попивали вино и точили зажаренного молочного поросенка. Рот сразу наполнился слюной при виде этой картины, заставив невольно сглотнуть. Пятерка разномастно вооруженных солдат, видать наемники, расположилась за дальним столом в углу. Ближе к нам два хорошо одетых представительных горожанина обложились свитками и что-то вполголоса активно обсуждали. Прямо как клерки или менеджеры в перерыв, заскочившие в макдональдс и даже в личное время решающие «судьбоносные» вопросы. Я мысленно представил их в костюмах-тройках, водящих пальцами не по свиткам, а по сенсорным экранам планшетников.
«А на стене над ними висит табличка – Wi-Fi зона», — вообразив этот бред, едва не заржал, но сдержался. Не хватало получить вызов на поединок от благородных. Примут смех на свой счет еще. Да и недовольство наемников мне ни к чему. А от условных «клерков» вообще неизвестно чего ждать. Отравят нафиг. Так. Стоп. Что-то мысли не в ту сторону повернули?
Негромкие разговоры прекратились, и взоры посетителей обратились в нашу сторону. Опознав в моем лице аристократа со свитой, народ перестал проявлять открытый интерес и продолжил неспешно набивать животы и переговариваться о чем-то своем.
Вместе с Фишем я направился к стоящему за стойкой бара тщедушному мужичку, внимательно следившему за нашим приближением. Когда мы подошли вплотную, он наконец-то соизволил изобразить улыбку. Вот никогда не любил таких типов. Улыбается неискренне. Глаза бегают туда-сюда, будто человек боится, что его уличат в совершенном проступке. Явный проныра. За такими нужен глаз да глаз.
— Добро пожаловать в «Золотой Белиш». Что угодно господам? — подпустив в голос слащавые нотки, поинтересовался мужичок.
— Нужны комнаты, — взял я инициативу в руки.
— Вам повезло. Сегодня выехали постояльцы и пара просторных комнат свободны.
— Хорошо. Сколько?
Ответ последовал незамедлительно:
— Сорок медяков с человека.
— Побойся Богов! — Не выдержал десятник. — С каких это пор такие цены!?
— Так меди в последнее время стало много в ходу. От того и стоимость подскочила. И потом, у меня не ночлежка для нищих, — флегматично отбрехался мужичок и добавил весомый аргумент, — И клопов нету.
Мда. И тут инфляция. Что касается клопов, так никаких денег не жалко, лишь бы проснуться не погрызенным. Был у меня опыт сожительства с этими гадскими насекомыми. Кого они хотя бы раз кусали, тот поймет. Проще вещи выкинуть, чем их извести из складок одежды и швов постельного белья.
— Последний вопрос. Искупаться после дороги есть где? — перевел разговор на другую тему, не слушая обиженное сопение
Сообразив, что оспаривать названную сумму никто не собирается, мужичок расцвел теперь в уже совершенно искренней улыбке.
— Конечно. Как же без купальни. Она на дворе в отдельном деревянном домике. Приказать подогреть воду?
— Естественно, — сказал я. — Надеюсь за то время, что мы будем ужинать, все будет готово.
— В наилучшем виде, — заверил он. — Если что-то еще нужно, то кликните слуг или меня.
— Как называть вас, уважаемый? — поинтересовался у него. Не кричать же – эй, ты!
— Кардо зовусь. Хозяин двора, — представился мужичок.
В ответ только кивнул, но свое имя не назвал. Незачем ему знать такие подробности. Часто держатели подобных заведений стучат властям. Так что поостерегусь.
Раскланявшись с хозяином, мы вернулись к своим, которые до сих пор грудились у входа.
Я Фиш и Бран выбрали столик, остальные сели за соседний. Зурим поначалу дернулся к нам, но Хитрец шикнул на механика, и у того моментально пропало желание присоединиться к начальству. Он забавно вильнул мимо, будто так и было задумано. Артист, блин.
— Чего господа желают? — материализовался улыбающийся официант в белой рубахе на выпуск, подпоясанный черным кушаком.
— Хотим много мяса жаренного, салатов и пива, — не стал я эстетствовать и заказал простую пищу. Все равно тут, поди, и нет ничего эдакого. Все же «Золотой Белиш», по моим меркам, никак не тянет на звание хорошего отеля и ресторана при нем. Максимум, что может иметься в меню помимо мясных и рыбных блюд: пара видов гарнира к ним, пара супов, а кроме пива – среднего качества вино.
— Если не хотите ждать, то могу предложить отбивные из говядины.
— Пойдет, — дал свое согласие.
— Сожалею, но пиво только светлых сортов осталось.
— Неси лучшее, — я махнул рукой. Светлое так светлое. Мне все равно. Остальным, похоже тоже, лишь бы покормили. Но я все же обратился к ним:
— Если хотите дополнить заказ другими блюдами или заменить, говорите. Только не напивайтесь.
Но всех устроил мой непритязательный выбор. Лишь Фиш попросил принести порцию каши. Официант оформил мелком на дощечке заказ (надо же, грамотный!) и испарился. Не прошло и пяти минут, как горячая еда распространила по помещению изумительно вкусный дух из глиняных тарелок, а пиво попыталось сбежать пеной из гигантских кружек. Я инстинктивно сглотнул и впился зубами в мясо.
По мере удовлетворения голода, настроение повышалось. Когда очередь дошла до вполне недурственного пива, и вовсе превратило Родхол вообще и это заведение в частности в приличные места. В конце концов, на Земле видел и похуже. Да и трудно ожидать лучшего от отсталой цивилизации.
Зурим.
Молодому механику не спалось. Дело было даже не в храпе воинов. Просто Грав Ласкон доверил проверить големов, как единственному кто разбирается технике. Большая ответственность навалилась на плечи и лишила покоя. Зурим переворачивался с бока на бок, переживая. Его долго изводили мысли, но в итоге усталость победила, и он незаметно для себя провалился в сон.