Домби и сын
Шрифт:
— Послушайте-ка, любезный, — шепнулъ капитанъ на ухо, — мое имя капитанъ Куттль.
Капитанъ хотлъ притянуть его желзнымъ крюкомъ, но тотъ отскочилъ, испугавшись особенно за м-съ Перчъ, для которой взглядъ на подобное оружіе могъ сдлаться, при ея настоящемъ положеніи, очень вреднымъ.
— Если вы, дружище, потрудитесь доложить о капитан Куттл, я повременю. Понимаете?
Съ этими словами капитанъ услся на красной полк м-ра Перча и, вынувъ изъ лощеной шляпы, притиснутой между колнями, носовой платокъ, вытеръ свой лобъ и голову, чтобы придать себ свжій и бодрый видъ. Потомъ онъ расчесалъ желзнымъ крюкомъ волосы и спокойно началъ
Такое равнодушіе капитана и вмст его непроницаемая таинственность сильно подйствовали на м-ра Перча.
— Какъ ваше имя? — спросилъ м-ръ Перчъ, нагибаясь къ полк.
— Капитанъ Куттль.
— Такъ-съ, — сказалъ м-ръ Перчъ, продолжая увеселительное занятіе и стараясь хорошенько запомнить фамилію гостя. — Ужъ такъ и быть, пойду доложу. Можетъ, на ваше счастье, онъ и не занятъ. А, впрочемъ, едва ли.
— Вы скажите, что капитанъ Куттль задержитъ его только на одну минуту, никакъ не боле.
Черезъ минуту Перчъ воротился и сказалъ:
— Не угодно ли капитану Куттлю пожаловать въ кабинетъ м-ра Каркера.
Старшій приказчикъ величаво стоялъ въ своей комнат на ковр подл нетопленнаго камина, завшеннаго листомъ сахарной бумаги. Онъ окинулъ вошедшаго капитана такимъ взоромъ, въ которомъ, казалось, не было ничего особенно ободрительнаго.
— М-ръ Каркеръ? — сказалъ капитанъ.
— Къ вашимъ услугамъ, — сказалъ м-ръ Каркеръ, выставляя на показъ вс свои зубы.
— Хорошая черта, — подумалъ капитанъ, вникая въ характеръ собесдника, къ которому чувствовалъ влеченіе.
— Вотъ видите ли, какая исторія, — началъ капитанъ, озираясь вокругь комнаты, сколько позволяли высочайшіе воротнички рубахи — я, съ вашего позволенія, старый морякъ, м-ръ Каркеръ, a Валли, который записанъ y васъ въ книгахъ, тоже почти что мой сынъ.
— Вальтеръ Гэй? — сказалъ м-ръ Каркеръ, опять выставляя вс свои зубы.
— Именно такъ, Вальтеръ Гэй. Вы правы, м-ръ Каркеръ.
Манеры капитана выражали еще большее сочувствіе къ проницательному собесднику.
— Я искренній и ужъ давнишній другь Вальтера и его дяди. Можетъ быть, вашъ главный адмиралъ говорилъ вамъ когда-нибудь о капитан Куттл?
— Нтъ! — сказалъ м-ръ Каркеръ, еще боле оскаливая свои блые зубы.
— Странно, однако-жъ, — возразилъ капитанъ, — a я имлъ удовольствіе съ нимъ познакомиться. Я и молодой мой другъ зазжали къ нему въ Брайтонъ по нкоторому дльцу. Можетъ быть, вы знаете?
— Кажется, я имлъ честь устроить тогда это дльце, — сказалъ м-ръ Каркеръ,
— Разумется, кому же, кром васъ! — отвчалъ капитанъ. — Вы тутъ главный губернаторъ. Это вещь извстная. Ну такъ я… теперь я принялъ смлость…
— Не угодно ли вамъ садцться? — сказалъ м-ръ Каркеръ, улыбаясь.
— Покорно благодарю, — отвчалъ капитанъ, торопясь воспользоваться приглашеніемъ. — Разговоръ какъ-то идетъ плавне, когда сидишь. Да не угодно ли и вамъ приссть?
— Нтъ, я не люблю сидть, — сказалъ приказчикъ, продолжая всматриваться съ особеннымъ вниманіемъ въ капитана. Казалось, у него столько же было глазъ, сколько зубовъ, — Такъ вы приняли смлость, сказали вы, то есть, смлости тутъ нтъ никакой, a вы просто пришли — зачмъ?…
— Пожалуй, что и такъ, — отвчалъ капитанъ, — Люблю дружка за обычай, и что въ самомъ дл за церемоніи между свтскими людьми? Ну, такъ я пришелъ сюда потолковать съ вами насчетъ пріятеля моего Валли. Его дядя, старикъ Соль, надо сказать вамъ, человкъ ученый, то есть,
— A какъ вы сами думаете? — спросилъ Каркеръ, загибая руки подъ фалды фрака. — Вы человкъ практическій и морякъ; какой же, по вашему, втеръ дуетъ въ паруса молодого вашего друга?
Взглядъ капитана при этомъ вопрос принялъ также многозначительное и глубокопроницательное выраженіе, которое опять могъ бы только разъяснить китайскій мудрецъ, владющій непостижимымъ искусствомъ писать на воздух непроизносимыя слова.
— Скажите напередъ, — воскликнулъ капитанъ, одушевленный необыкновеннымъ восторгомъ — угадалъ я или нтъ?
— Конечно, угадали, — сказалъ м-ръ Каркеръ, — я не сомнваюсь въ этомъ.
— Ну такъ честь имю доложить вамъ, — вскричалъ капитанъ Куттль, — Вальтеръ летитъ на всхъ парусахъ при самомъ попутномъ втр! да или нтъ?
М-ръ Каркеръ улыбнулся въ знакъ согласія.
— Втеръ дуетъ взадъ, и на неб ни одного облачка, — продолжалъ капитанъ.
М-ръ Каркеръ опять улыбнулся, въ знакъ совершеннаго согласія.
— Да, да, — говорилъ капитанъ, чувствуя себя значительно облегченнымъ при этой выгрузк задушевныхъ мыслей. — Я давно такъ думалъ и Вальтеру говорилъ то же самое. Очень вамъ благодаренъ, м-ръ Каркеръ.
— У Вальтера Гэя впереди блистательная перспектива, — замтилъ м-ръ Каркеръ, оскаливая зубы до самыхъ десенъ. — Весь міръ передъ нимъ.
— Да, весь міръ передъ нимъ и жена на виду, какъ говоритъ англійская пословица, — самодовольно прибавилъ капитанъ.
При слов «жена», которое на этотъ разъ произнесено было безъ особаго намренія, капитанъ пріостановился, поднялъ глаза, повернулъ шляпу на конц своей палки и выразительно взглянулъ на своего вчно улыбающагося пріятеля.
— Держу пари, — сказалъ онъ — на лучшую бутылку ямайскаго рому, я знаю, чему вы улыбаетесь.
М-ръ Каркеръ улыбнулся еще больше.
— Разумется, это не пойдетъ дальше? — сказалъ капитанъ, притворяя дверь концомъ сучковатой палки.
— Ни на шагъ, — отвчалъ м-ръ Каркеръ.
— Ну, такъ вы теперь думали о заглавной букв Ф?
М-ръ Каркеръ не возражалъ.
— Затмъ слдуетъ Л, — продолжалъ капитанъ — a затмъ О и Р. Такъ или нтъ?
М-ръ Каркеръ опять улыбнулся.
— Да, такъ или нтъ? — шопотомъ спрашивалъ капитанъ, расплываясь отъ возрастающаго блаженства.
Когда Каркеръ, вмсто отвта, оскалилъ зубы и кивнулъ головой въ знакъ совершеннаго согласія, капитанъ вскочилъ со стула, взялъ его за руку и съ жаромъ принялся уврять, что они оба идутъ по одной и той же дорог, и что онъ, Недъ Куттль, первый напалъ на настоящій слдъ.